Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
АВТОМОНОГРАФИЯ Н.К. РЕРИХА

1894 г.
(август - декабрь)
***********************************************************
 
СОДЕРЖАНИЕ

АВГУСТ
ПИСЬМО Воропанова Глеба Ф. к Рериху Н.К. (Конец июля -нач. авг. 1894 г.)
ПИСЬМО Воропанова Глеба Ф. к Рериху Н.К. (Начало августа 1894 г.)
ПИСЬМО Н. Рериха к Антокольскому Л.М. (3 августа <18>94 г. Извара)
ПИСЬМО Л. Антокольского к Рериху Н.К. (6 августа 1894 г. Вильна)
ПИСЬМО Н. Рериха к Антокольскому Л.М. (12 августа 1894 г., Извара)
ПИСЬМО Г.М. Бобровского к Рериху Н.К. (17 августа 1894 г., Поречье)
ПИСЬМО Л. Антокольского к Рериху Н.К. (23 августа 1894 г. СПб.)

СЕНТЯБРЬ
Н. Рерих, Л. Антокольский. "Устав кружка начинающих художников для взаимного самообразования" (8 сентября 1894 г. СПб.)
ПИСЬМО лесника Ильи Агафонова к Рериху Н.К. (13 сентября 1894 г. Сосницкая волость)

ОКТЯБРЬ
ПИСЬМО М.О. Микешина к Рериху Н.К. (12 октября 1894 г.)
ПРОЕКТ УСТАВА Кружка Самообразования и Самоусовершенствования (18 октября [1894 г.])
Из дневника Н.К. Рериха (ОР ГТГ, ф. 44/14).
ЗАПИСКА Л.А. Саккети к Рериху Н.К. (22 октября 1894 г.)

НОЯБРЬ
ПИСЬМО М.О. Микешина к Рериху Н.К. (4 ноября 1894 г.)

ДЕКАБРЬ
******************************************************************


АВГУСТ

[Конец июля - нач. авг. 1894 г.]
ПИСЬМО Глеба Фёдоровича Воропанова к Рериху Н.К.

Дорогой Коля,
прости, что так долго не отвечал; твоё письмо несколько дней ждало моего возвращения в Павлово. Дело в том, что кустарная артель в этом году в первый раз выступает на ярмарке, почему она и попросила моего содействия, которое выразилось в украшении лавки. Эта поездка в Нижний и заботы отняла от меня порядочного времени, а счётом дней я заниматься не мог, так как работы было на неопределённое время. Теперь прикончил всё, что от меня зависело, и с облегчением вернулся в Павлово.

Ярмарка Нижегородская на меня произвела крайне удручающее впечатление, какого я совсем не ожидал. Это какой-то ад, где копошатся тысячи алчущих наживы. Греки, армяне, русские пауки, всё это элементы, способные нагнать тяжкую тоску; особенно противны греки с их мошенническими физиономиями, армян ещё несколько искупает их беспредельная глупость, так ярко выступающая на их блинообразных лицах.

Твоя переделка Ивана царевича мне не совсем ясна. Насколько я понял тебя, ты хочешь своей картиной передать аллегорию, но я бы этого не делал. Я не говорю, что аллегория в искусстве излишня, но мне кажется, что национальность представляет собой уже и без того нечто такое цельное, что никакие другие элементы не могут украсить её. Мне кажется, что национальный эпос нужно смотреть так же наивно, как смотрел на него сам народ; он забывал и окончательно утерял даже давно уже, к чему метафорой служит Иван Царевич или конь его или баба Яга. В его глазах это не было метафорой, а совершенно самостоятельной формой, почти неразры почти перешедшей в культ, сделавшийся предметом его глубокой веры.

Это мы, только стоя на исторической почве и анализируя эти сохранившееся формы, можем догадываться, что эти все элементы сказки русской <...> - не более, не менее, как метафора тех явлений природы, которые человек когда-то в седой древности непосредственно боготворил, которых он не мог забыть и которые он, незаметно для себя, воплотил в этих формах. Теперь же, освоившись и давно уже примирившись, привыкнув к этим формам, он совершенно позабыл, откуда они у него возникли. Мне кажется, что трактуя народный эпос, нужно так же точно позабыть, как и народ, всё то, что (весьма давнее) воплотилось в этих формах, и передавать их вполне наивно. Национальный эпический сюжет непременно, мне кажется, требует духа национальности только, а не изобличения и анализа его. Изображая эти сюжеты, нужно смотреть на них с точки зрения самого народа почти. Если ты здесь не гонишься за национальным духом, то аллегория тоже может дать много красивого, но только и форма ведь должна быть лишена какой бы то ни было национальности.

Об этом мы как-нибудь потолкуем, лучше при свидании, в письме я совершенно не умею сосредоточиться. Передай моё сердечное приветствие всем твоим милым домашним. Набросал с себя красками голову казака (разбойника), получилась такая зверская физиономия, что все пугаются, и даже самому неприятно чувствуется под собственным взглядом и этого зверя я из себя выкроил; хорош!!
Твой Глеб.

Отдел рукописей ГТГ, ф.44/702, 2л.
______________________________


[Конец июля - начало августа 1894 г. Павлово.]
ПИСЬМО Воропанова Глеба Ф. к Рериху Н.К.

Дорогой Коля,
устранив всякие препятствия, собираюсь к тебе в воскресенье 4-го, если не получу от тебя до того времени никаких указаний. По твоему давнишнему предписанию еду с тем поездом, который отходит в 6 ч. 15 минут от Питера. Грустно будет, если на моё несчастье будет такой же дождь, как вчера, когда я относил прошлое письмо на Балтийский вокзал. По дороге так смок, как будто выкупался где-нибудь.

Начал ли ты свою симпатичную картину? Потолкуем, я попозирую, если надо для фигуры, а то так и для избушки на курьих ножках. Отчего ты пейзажа не пишешь? Ведь это тоже интересная статья. Вообще, я думал, мы на этот счёт пройдёмся помалости.
Написал своему приятелю, что 5-го с ним не поеду, и если завтра от него письма не получу, то без церемоний отправлюсь к тебе.

Итак, до скорого свидания. Сестра ещё немножечко полёживает, голова у неё помалости побаливает, но это ей нисколько не мешает пожелать тебе от души здоровья покрепче, чем у неё, и послать свой поклон с этим письмом.

Искренно любящий тебя
Глеб.

Отдел рукописей ГТГ, ф.44/703, 2 л.
_________________________________


Извара 3 августа <18>94 г. Извара.
Письмо Н. Рериха к Антокольскому Л.М.

Извара, 3/VIII 94.
Друже! Жду Твоего письма. Ты писал, что скоро собираешься в город, а так как я пробуду в имении числа до 15, а затем уеду в Москву, а мне весьма хотелось бы повидать Тебя у себя, то черкни, когда думаешь приехать в Питер и когда навестишь меня. Я думаю, что следующее Твоё письмо закончит нашу переписку. Теперь скоро увидимся, тогда вдоволь наговоримся, ведь на бумаге всего не напишешь. Ergo жду письма.

Твой и Твой Н. Рерих

На случай сообщи С.Петербургский Твой адрес.
_______________________________________________


6 Августа 1894 г. Вильна.
Письмо Л. Антокольского к Рериху Н.К.

Вильна 6 Августа 94.

Дорогой мой друг!
Письмо твоё застало меня среди самых хлопотливых приготовлений к отъезду. Извини, голубчик, что не ответил. Положительно некогда было, нечего и говорить, что работа не особенно спорится, когда одолевают дела
семейные. Спешу поскорее отсюда уехать, чтобы в Питерб.-ге заняться серьёзно эскизами. Выезжаю отсюда 15-го - 16-го Авг., еду в Москву, там пробуду от 19-го до 24-го Августа. Оттуда reste по Николаевской дороге еду в Питер. Меня в восхищение приводит, что ты тоже к тому времени будешь в Белокаменной.

Напиши друг мой, как мы там встретимся. У меня собственно почти не к кому заехать, и в гостиницу не заеду - не знаю как посту пить.

Еду в первый раз в древнепрестольный град посмотреть на её богатства и тем увеличить запас своих исторических познаний.

Напиши, пожалуйста, сколько времени пробудешь в Москве и не едешь ли и ты с той же целью, что и я. Было бы очень не худо, если бы мы сообща позанялись бы изучением этого художественного центра.

Ещё раз прости, что не ответил на прошлое письмо. Я вполне понимаю, что ты обиделся справедливо и впредь буду без всяких оговорок делиться с тобою.

Если ещё увидишься с Мих. Осип., передай им всем мой искренний поклон.
Ну, до свидания, друже, жду нетерпеливо твоего письма, которое окончательно решит наше свидание в Москве.

Твой навеки преданный тебе друг и худож. брат
Леон Антокольский

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/570, 1 л.
____________________________________


12 августа 1894 г. Извара.
Письмо Н. Рериха к Антокольскому Л.М.

Извара, 12/VIII 94.
Дорогой друг мой!
Я эгоист, и если бы Ты знал, с какой завистью читал вчера Твоё письмо. Ты говоришь, что едешь в Москву, а у меня поездка затягивается и, по-видимому, вовсе не состоится - одно дело требует моего присутствия здесь. Вчера даже я думал предложить и Тебе не ездить и отложить поездку до Рождества, чтобы поехать вместе, но потом сообразил, что это чересчур эгоистично; тем более, что ещё наверно не знаю, что сделает со мною судьба. Может, и теперь попаду.

На всякий случай, когда будешь в Москве, числа 21, наведайся в гостиницу 'Славянский базар'. Если я поеду, то остановлюсь в ней. Москву я видел поверхностно, и так и тянет изучить её основательнее. Теперь я ничего не делаю, да и не стараюсь делать. Стою, как конь на римских играх за цепью, и жду, когда упадёт она, чтобы броситься вперёд, потонуть в облаке пыли, кругом мелькают люди, всё торопится, шевелится. Слышится голос возничего. Рядом трудятся, вперёд рвутся товарищи. Жизнь кипит.

Потрудимся, брат, и мы! Так, чтобы можно было сказать: seci quom portu saciant meliora potentes! Согласен, друже, вместе поднять стяг наш? Будем держать, несмотря на порывы ветра. как мне хотелось бы повидать Тебя поскорее. Твёрдо и крепко уповаю, что мы, встретившись, теперь уже больше не разойдёмся, всё по одной дороге рука об руку пойдём. Пишу погано, рука не слушается - был на охоте. Как будешь в Кремле и поглядишь Замоскворечье, то вспомни меня и поклонись от меня этому широкому русскому простору.

Пришли мне ещё письмо до 20 Августа. 25 августа буду в Петербурге и надеюсь Тебя увидеть, сообщи адрес.

Твой друг и брат в искусстве
Н. Рерих
_________________________________


17 августа 1894 г., Поречье.
ПИСЬМО Бобровского, Г. М. к Рериху Н.К.

1894 г. Августа 17-го.

Дорогой коллега Николай Константинович!
Благодарю за письмо и за память, и извиняюсь, что по стечению некоторых неблагоприятных случайностей, не смог написать Вам раньше. Не буду входить в объяснения этих случайностей, потому что полагаю, это не прибавит делу ничего. Скажу только в своё объяснение, что я человек не особенно подвижной в смысле начинаний, и своё обещание, в скобках сказать, уже считал до некоторой степени невыполниым; Ваше же письмо, как грозное momento mori, напомнило мне всё.

Хотелось бы написать Вам что-либо поинтересней, но желание моё напрасно - здесь в глуши мало чего найдётся интересного.
Если Вы пишете, что сделали слишком мало за каникулы, то я про себя не хотел бы и говорить, потому что, к стыду своему, должен сознаться, что не сделал ещё ровно ничего.

Начало каникул провёл в разъездах, отчасти нужных, отчасти и не нужных; средину - в занятиях (у меня был заказ на несколько икон), а в настоящее время не делаю ничего, т.е. ничего не рисую; кое-что почитываю, да погуливаю и, вообще, стараюсь поправиться здоровьем, если это выражение окажется точным. Впрочем, оно и правильно, потому что первое расстройство, над которым я так недавно ещё смеялся, в эти каникулы заставило меня даже обратиться к доктору.

Как видите коллега, положение моё печально, и я даже завидую отчасти перечню Ваших работ. Не скажу, чтобы Вы сделали очень много, но мы в руках обстоятельств - я не сделал ничего.

Ваше известие о картине Пояркова заинтересовало и меня. Говоря вообще, на Репина мы привыкли смотреть всё-таки как на что-то большое, если не восхищаться, то нужно ожидать чего-либо порядочного.
Не знаю, может быть, случится что-нибудь похожее на мышь или крысу, потому что от Академистов я слышал о Пояркове совсем будничное мнение и Репин его на своём восхищении не слишком вынесет, хотя, с другой стороны, и по Академии трудно судить.

На днях написал письмо в Академию: не знаю, когда начнутся в гипсо-фигурном классе занятия - может быть ещё скоро увидимся, - сентябрь уже на носу.

Жму Вашу руку и остаюсь готовым к Вашим услугам
Г. Бобровский

Поречье

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/629, 2 л.
_______________________________


23 Августа 1894 г. СПб.
Письмо Л. Антокольского к Рериху Н.К.

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО.
ст. Волосово Балтийской жел. дор.
Мыза Извара

Студенту-академисту Н.К. Рериху

Справа на штемпеле дата: 24.VIII.94. С.Петербург
_____________________________________


СПб. 23/YIII 94
Дорогой друг
20-го приехал сюда в Петербург до сего дня устраивался, сегодня нашёл себе пристанище (Вас. Остр. Средн. пр. д. 49, кв. 24). В Москве волею судеб не был, отложил до Рождества.

Жду тебя у себя каждый день по утрам с распростёртыми объятиями.
Твой преданный друг
Леон Антокольский

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/571, 1 л
____________________________________



СЕНТЯБРЬ

*******************************************************************************************
8 Сентября 1894 г.

УСТАВ КРУЖКА НАЧИНАЮЩИХ ХУДОЖНИКОВ ДЛЯ ВЗАИМНОГО САМООБРАЗОВАНИЯ.

II... Вперёд... Вперёд без оглядки!!!
(Крамской)
I. "Один в поле не воин"

 1 Цель кружка - пополнять образование общее и поднять уровень общего и худ[ожественно]го.

 2 Художественное.  2. Общее образование пополняется чтением книг по
1) философии; 2) истории; 3) естествознанию; 4) психологии 5 остальн.; 6) беллетристики; 7) Литература.
Чтение происходит совместное или же, для успешности занятий, между членами распределяются книги для составления рефератов, которые и читаются в собрании.

 3 Художественное образование пополняется сочинением эскизов на всевозможные темы. Эскизы представляются на собрании, где и обсуждаются.

 4 Число членов кружка неограниченно. Члены - начинающие академисты по различным избр. специальностям искусства.

 5. Из числа членов выбирается закрыт. баллотировкою старшина и секретарь кружка на академический год.

 6. Председательство предлагается для каждого отдела по одному лицу кому-нибудь известному на данном поприще.

 7. На обязанности председателя по отделу общего образования лежит
наметить членам список книг и руководить занятиями и рефератами.

 8. На обязанности председателя специального (художественного) отдела лежит обсуждение композиций и общие замечания по композиции.

 9. В случае отсутствия [или по болезни] председателя по общему отделу с его разрешения (по его указаниям) старшина кружка, занятия собрания происходит под руководством старшины, в случае отсутствия председателя специального отдела место его заменяет общее постановление собрания.

 10. [Cтаршины сносятся с председателями, доставая для чтения собрания (если нужно) книг из библиотек: На старшине лежит ответственность занятия кружка и ему же предоставляется право от имени всего кружка сноситься с лицами и учреждениями, интересующимися кружком, о чём он обязан докладывать на ближайшем собрании.]

 (10) 11. На секретаре лежит ведение книги кружка, вношение отчётов каждого собрания и помощь старшине кружка, буде такая понадобится.

 12. Собрание считается состоявшимся при присутствии председателя или старшины, секретаря и не менее третьей части членов.

 13. На случай своего отсутствия секретарь и старшина может передать свои обязанности [2-му из членов кружка].

[ 14. До приискания специального помещения собрания происходят на квартире членов по соглашению].

 15. Если на расходы (плата за помещение, в библиотеку, за кружковые книги и др.) может быть установлен членский взнос не свыше 10 рублей ежегодно.
Член явно не подчинявшийся постановлению собрания должен быть исключён из числа членов кружка. [Лицо трижды избиравшееся в старшины не подлежит удалению].

18. Новый член принимается не иначе как за поручительством не менее 2-х действительных членов.

[Далее текст написан рукой Антокольского:]
 19. Результаты каждого собрания вносятся в виде протокола (отчёта) в особую книгу, (секретаря), в которую вносится, в виде набросков (или фотограф.) копии с представленных на собрании эскизов, исполненных их авторами, или по их поручению.

 20. Всем без исключения членам кружка вменяется в непременную обязанность представление к каждому собранию по настроению одного эскиза по своей отрасли, исполненного каким-угодно способом в возможно более законченном виде. При этом желательно было бы, чтобы авторы эскизов не совещались о них между собою до собрания кружка, на котором эти эскизы имеют быть представлены.

 21. Члены кружка собираются в первые воскресные дни после 15 числа ежемесячно. Один же раз в течение академического учебного года (Октябрь - Апрель)

22  ??... Г-дам членам кружка самообразования предлагается иметь в виду, что занятия собраний должны иметь своим предметом только то, что непосредственно ведёт к цели художественного самообразования, и никакое обсуждение каких бы то ни было других вопросов безусловно не допускается.
21  ?? По соглашению всех членов и председат[еля] некотор. пункты этого устава могут б. изменены.
 
  
 

Рисунок пером с надписью: "Ура! Наша взяла!

Добавлено карандашом:
[  13] Собрание открывается председателем, или, по его отсутствии, стар-шиною.
_____ " ______
______ года происходит чрезвычайное годовое собрание в день годовщины первого собрания кружка.
На нём читается старшиной составленный им отчёт о занятиях кружка в истекшем году и рассматривается альбом набросков или фотографий представленных эскизов. - Затем собрание приступает к выбору старшины и секретаря, к обсуждению общих дел кружка, и намечает программу занятий кружка на предстоящий год.

На чрезвычайном годичном собрании допускается присутствие лиц, не принадлежащих к кружку, само собою разумеется, по приглашению членов.

[19]  22. Годичный отчёт о занятиях кружка вместе с альбомом набросков или фотографий представляется господину Вице-Президенту Императорской Академии Художеств [графа Ив. Ив. Толстого, на его рассмотрение]

[ 23. Занятия кружка продолжаются с 1-го октября до 15 апреля, то есть все время занятий в Императ. Академии Худ. (В Высшем Худож. Училище).]

За время же летних и зимних каникул предоставляется членам переписываться между собою по интересующим их предметам, а также со старшиною и даже председателем, таковая переписка приобщается к сборнику разовых отчётов каждого собрания.

Инициаторы [По почину]
Ученик Высшего Художественного Училища
(подпись) Лев Антокольский

Вольнослуш. Высш. Художеств. Училища.
Студ. СПб-ск. Унив.
(подпись) Николай Рерих
СПетербург

Сентября 8 дня 1894 года.

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/57, 2 л.
________________________________



13 сентября 1894 г. Сосницкая волость, С.-Петербургская губерния

ПИСЬМО лесника Ильи Агафонова к Рериху Н.К.

Николай Константинович,
имею честь уведомить вас, что на нашей Сосницкой земле охоту производить можно только с дозволения обчества. Обчество наверное дозволит, но только придётся поставить &#189; ведра водки на угощение обчества. На обчественной земле зайцев среднее число, вальдшнепов много и частью белых куропаток, тетерева тоже есть, но только на чучела летят плохо, потому что не видно, много ещё листа на деревьях. Если вам будет угодно приехать на охоту, тогда приезжайте, только что в хорошую погоду, до свидания.

Всегда готов услугам вашим
Казённый Лесник Илья Агафонов.

Николай Константинович, вы мне просили написать Адрес нашего мужичка. у которого книжка, про которую я вам говорил.
То Адрес его: Литейный проспект, дом ? 40, квартира ? 56. Сергею Яковлеву.

Автограф. МСССМ. ф. Н.К. Рериха.
Публикуется по изданию: Петербургский Рериховский сборник, II - III. Самара. 1999.
************************************************************************************


********************************************************************************************


ОКТЯБРЬ

12 октября 1894 г.
ПИСЬМО М.О. Микешина к Рериху Н.К.

Сынок мой - об Аполлоне Колинька? Что-то Ваша работа милый - отзовитесь! Переделали ли Вашего 'Псковича' и удалось ли его кончить так, как я Вам советовал?

Возлюбленному мною Папе Вашему - скажите, что не являюсь к нему с деньгами - потому что ещё не получил их с Гл[авного] Каз[анского] Управления и, лишь получу, то немедленно явлюсь.

Целую Вас, а Вы поцелуйте руки Маме, сестре, а губы - проч. мелюзге.

А. Микешин

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/998, 1 л.
________________________________


18 октября [1894 г.]
*******************************************************************************************

ПРОЕКТ Устава Кружка Самообразования и Самоусовершенствования

 1. Члены кружка имеют целью изыскивать возможно большего самоусовершенствования: общеобразовательного и художественного.
2. С целью общеобразовательною происходят чтения книг по: философии, естествознанию, истории, археологии, психологии, эстетике, этике, мифологии и др.
3. Художественная цель состоит в усовершенствовании в деле художественных сочинений.
4. Чтения на собраниях происходят совместные или же, для успешности занятий, между членами распределяются книги, и эти члены составляют о прочитанном рефераты, которые потом и прочитываются на собрании.
5. Члены избирают председателя кружка.
6. Число членов кружка - неограниченно. Члены - гг. Академисты, и академистки и вольнослушающие Академии.
7. Делопроизводство, если таковое будет, возлагается на членов, выбранных товарищами.
8. Взнос с членов 6 руб. в год. (или по 1 рублю в месяц.)
9. Новый член принимается в кружок по большинству голосов.
10. Члены кружка собираются по воскресеньям в назначенный час после 1 и 15 чисел каждого месяца. (В течение академического учебного года. Октябрь - Апрель. 15-е).
11. На собраниях кружка обсуждаются предметы, исключительно связанные с целью кружка.
Обсуждение каких-либо других посторонних предметов безусловно не допускается.

(Сокращённая форма устава. Когда и это уже показалось страшным, то я наплевал на всех гл. членов. Ну их ко всем чертям в болото, а не только в болото, а хоть бы и в озеро Генисаретское.
И эти гг. цеховые воображают себя художниками! Мне кажется, они могут быть протоколистами, копиистами в искусстве, но настоящими художниками - художниками композиторами им не быть).

18/X

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/1440, 2 л.
************************************************************************************


Из дневника Н.К. Рериха:

19 октября 1894 г.

19. Х. Начало занятий. ? 17. Сегодня сижу и зарисовываю в альбомчик этюды и слышу за собой: 'Ишь, заядлый художник, аж руки дрожат!' А меня действительно, какая-то дрожь пробирала. Придя домой, невольно пришло на ум, что Академия, до некоторой степени, даже вредна. Вот хоть бы теперь, до того увлекаешься сочным тоном, каким красивым, сильным рисунком, что всё остальное и самое главное в искусстве не только отодвигается на второй план, но даже совсем исчезает. Следствием же этого является, что художник может пропасть, или с должности художника (в искусстве) перейти на место протоколиста, т.е. заносить только то, что он видит. А ведь корреспондентом может быть и не литератор. С другой же стороны, если во время письма этюда памятовать, что есть и ещё кое-что кроме интересного тона, то пострадает сам тон в отношении техники. Другое дело, работа дома или наедине. Тут никто не мешает, не смотрит. Я, например, не могу работать, когда знаю, что мне под руку смотрят. Этюдных классов 3, но в классе, кажется, больше 30 номеров, а по уставу полагается не более 30. Странно, что профессора не приняли во внимание, что с некоторых мест совсем нельзя писать. Бедному Леону попалось такое место, натурщик почти на фоне окна - ну ничего не разобрать - вероятно, переменит место.

Сегодня человек 20 спрашивало меня насчёт кружка, и почти сочувственно, а не сочувствуют и мутят друзья Скалона, так что я начинаю подозревать, не подаёт ли он им первый пример в этом деле, а может быть, из-за того - зачем инициатива принадлежит не ему. Что-то уж слишком горячо он теперь восстал против кружка - должно быть, и Леона с толку сбил он же. Ещё они собираются чуть не каждый вечер, а мне, конечно, времени нет. Ceterum censeo [Я утверждаю (лат.) - (Ред.)], что там Скалон ни говорил, а Мих. Осип. относится ко мне очень хорошо. Примером может служить его память о моём Псковиче. 'Если бы по прежнему уставу, наверно за него медальку схватили бы', - сказал он вчера.

Последние дни нет-нет, да и заболит голова, да так тупо, зловеще, хотя и не очень сильно, и шум в ушах бывает. Не знаю, что сей <...> значит. Только бы ничего серьёзного - мне болеть нельзя, времени нет.
______________________________________________

20 октября 1894 г.

20. Х. Вечерний рисунок начат хорошо, все ходят и смотрят. Этюд начат прямо-таки худо и обращает внимание только красным мелом.
Леон, по обыкновению, набрасывает легко и изящно. - Скалон, тоже по обыкновению, грубо режет правду матку (но иной раз и привирает). В класс заходили В. Маковский и Куинджи. Куинджи по виду сущая свинья в ярмолке,
ближе его не знаю.

Маковский своей энергичной физиономией с виду мне весьма понравился, но его замечания, (на которые, кстати, промолчал сосед Петрусевич 'темна вода во облацех'), по своей общности и ничего несказанности, не понравилась, а одно так просто-напросто грешило против натуры.

После этюдного я со Скалоном пошёл в Университет, где походили около часу по коридору, за что и получили крестики у педеля. Кабы было время, с удовольствием занялся бы я одним историко-юридическим исследованием 'О быте и положении первых русских художников, как приезжих, так и местных'.
Впрочем, совсем не исследованный. Но...

Сегодня после этюда вернулся до того разбитый и усталый, что ни за что не мог приняться. Вероятно, вместо 3 часов буду писать 2 часа, а то устаю и на третий час порчу то, что сделал в начале. Теперь приходится серьёзно заниматься более 12 часов в сутки, а я замечал, что более 9 часов серьёзной работы мне не под силу - надо сократить что-нибудь, не то...

Фёдоров подходит и спрашивает, отчего я так волнуюсь во время работы, даже, мол, со стороны заметно. Вот, кабы он мог мне объяснить, отчего я так
волнуюсь, так я бы ему весьма благодарен даже был бы.

Отдел рукописей ГТГ ф.44/1273 1л.
_______________________________


*****************************************************************
22 октября 1894 г.
ЗАПИСКА Ливерия Антоновича Саккети к Рериху Н.К.

22 окт 1894.
Многоуважаемый Николай Константинович!
Очень хотелось бы с Вами повидаться. Не зайдете ли завтра (23 окт. воскресенье) ко мне: я с 4 до 6 пополудни буду дома.
Ваш Л. Саккети.

Отдел рукописей ГТГ ф.44/1273, 1л.
*****************************************************************************


23 октября 1894 г.
Из дневника Н.К. Рериха:

23. Х. Кружок воскресает. Сегодня был у Саккетти. Впрочем, поздно, лучше завтра. Сейчас ушёл Леон, кажется, мы вполне узнали друг друга и будем всегда друзьями.

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/14.

*********************************************************************************************


НОЯБРЬ

ПИСЬМО Микешина М.О. к Рериху Н.К.
4 Ноября 1894 г. СПб.

Милый мой Колинька,
Как я глубоко растроган памятью обо мне Вашей и Ваших милых моему сердцу товарищей: Скалона, Краузе, Антокольского, Склярова, Буд:. и Каб: не разобрал надписей под милым наброском.

Как я жалею, что все были без меня (или вернее, хорошо, что это случилось
без меня!), так как я не удержался бы от слёз при том, когда расцеловал бы каждого из вас - вдребезги! А г. Скалон - <поэт>!

Завтра же, я водружу эту драгоценную для меня палитру - на стену!
Целую Вас, милый!
Всей душой любящий Вас
Миша М.

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/999, 1 л.
________________________________