Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
АВТОМОНОГРАФИЯ Н.К. РЕРИХА

1932 г.
(октябрь - декабрь)
************************************************************8
 
СОДЕРЖАНИЕ.

ОКТЯБРЬ
ПИСЬМО Н.К. Рериха к барону М.А. Таубе (2 октября 1932 г.)
Н.К. Рерих "ЭКСПЕДИЦИЯ СИТРОЭНА" (Кейланг , 1932 г.)
Н.К. Рерих "АНГЕЛЮС" (1932 г.)

НОЯБРЬ
'RIGOR MORTIS' (Окостенение) (24.11.32 г. Гималаи)

ДЕКАБРЬ
ПИСЬМО Н.К. Рериха к барону М.А. Таубе (17 декабря 1932 г.)
ПИСЬМО Н.К. Рериха к барону М.А. Таубе (24 декабря 1932 г.)

ПИСЬМО Н.К. Рериха к барону М.А. Таубе (31 декабря 1932 - 3 янв. 1933 г.)

********************************************************************************


ОКТЯБРЬ

ПИСЬМО Н. К. Рериха к барону М. А. Таубе
Октябрь 2, 1932

Дорогой Михаил Александрович!
Хотя с прошлой почтой и не было вести от Вас, но я не могу отложить сообщить Вам мои последние соображения. Вы конечно чувствуете, что я всеми силами стараюсь упрочить положение нашего Европейского Центра. В этих же видах как для настоящего, так особенно для будущего я считаю необходимым вызвать к жизни деятельность Восточного Института, который был уже установлен в 1930 г. Хотя бы самые маленькие размеры, но по многим причинам исполнение этой идеи нужно начать. К тому же мы имеем несколько условий вполне благоприятствующих. Имеем готовый свет и тепло, то есть, наше помещение, где вечерами или во второй половине дня могут произойти лекции или собеседования. Мы имеем в лице Вас незаменимого руководителя дела, а г. Шклявер и целый ряд востоковедов различного положения внесут посильный вклад в начало этого незаменимого учреждения. Наконец, мы счастливо имеем и готовую аудиторию. Стоит кликнуть клич, и наши осетины, калмыки, сибиряки, русское общество, наконец, часть "Утверждения" с удовольствиям представят из себя слушателей, из которых, не сомневаюсь, многие серьезно заинтересуются. Конечно, не будем с них спрашивать плату, так же как и лекторы по первоначалу, конечно, не возьмут гонорар. Важно хотя бы в очень краткой сессии приступить к делу. Кроме того, нечто фактически начатое гораздо легче может повлечь за собою и моральное и финансовое сочувствие. Если бы даже правительственные ресурсы оказались слишком труднонаходимыми, то, кто знает, может быть, такие люди, как Ситроэн, через теперешнего начальника бывшей экспедиции, так или иначе, придут навстречу. Кроме того, не один же Ситроэн во Франции.

Вы, конечно, чувствуете, почему я считаю так неотложно полезным начать уже оформленный Институт. Не буду Вам ещё более пояснять, ибо Вы сами понимаете, что, если я указываю на что-то так определённо, это значит, имею к тому достаточно оснований. Итак, порадуй-те меня ближайшими извещениями по этому вопросу.

Кроме того, в тех же видах укрепления и упрочения очень прошу Вас к концу текущего года дать мне меморандум о деятельности Вашей за истекший год. Конечно, мемо может быть написано в третьем лице. Все положительные встречи Ваши, пропаганда нашего дела в Гааге, в Осло и в Мюнстере, и всё то, что характеризует Вашу плодотворную деятельность как генерального Делегата, Председателя Русского Общества и Председателя Особого Комитета Пакта, всё это, конечно, оправится в прекрасные рамки. К тому же, надеюсь, уже в этот год войдут и соображения по моему предложению о Восточном институте. Годы, полные событий, полные и вражды, но и сочувствия. Применим же решительно все имеющиеся в распоряжении возможности для безотлагательных результатов.

Читали ли мои статьи "Экспедиция Ситроэна" [см. ниже - ред.] и "Ангелюс" [см. ниже - ред.]. Все события, и мировые и каждодневные, подтверждают правоту наших направлений. Желаю Вам от души и сил и успеха, а семье Вашей шлём наш общий сердечный привет.

Духом с Вами

Из архива МЦР.
_________________


Н.К. Рерих
ЭКСПЕДИЦИЯ СИТРОЕНА

Возвратилась вторая экспедиция, устроенная Ситроеном. Получили мы газеты с первыми сведениями о результатах. Видели первые снимки второй выставки привезённых экспонатов. Сердечно мы пожалели потерю экспедиции в лице её безременно погибшего начальника Харда. Но и порадовались, что остальные участники этой экспедиции в лице Луи Одуэн-Дюбрейль, Ж. Хакен, О. Тейяр де Шарден и другие вернулись невредимыми и привезли новые поучительные отчёты. Мы радовались, слыша о прекрасных новых рисунках Яковлева. По себе знаем, насколько трудны такие пути и как нужно ценить каждую удачу в этих отважных достижениях.
#sitroen#
Маршрут экспедиции Ситроена.

После этой второй экспедиции, устроенной Ситроеном, нельзя не подвести некоторый итог и отметить своеобразие этих предприятий. Мы не видели первой выставки, результатов Африканской экспедиции, но зато знаем и отчёты о ней, и превосходное издание путевых работ Яковлева, выразившего неповторяемый характер пройденных стран.

Обе экспедиции, как Африканская, так и Азиатская, вызывают определённые соображения, так нужные при современных движениях культуры.
Рассматривая состав экспедиции, можно радоваться необыкновенно удачному и разнообразному подбору сотрудников по всем специальностям. Каждая отрасль была представлена одним из самых живых и характерных в ней деятелей. А ведь это случается не часто, и каждый знает, что подобрать такое многообразное созвучие нелегко.

Мы знаем о многих экспедициях, которые не только не доходили до цели, но разваливались по пути, вследствие непростительного человеческого взаимного антагонизма. Но в случае экспедиции Ситроена мы видим не только преоборение трудностей, но и живой, убедительный, многообразный результат.

Автомобиль, как одно из самых могучих средств сообщений, в этом случае напомнил, что он явился объединяющим предметом для изысканий научно-художественно-культурных. В этом смысле привхождение индустриального фактора, как объединительного и соединительного звена, является прямо драгоценно.

Задачи Культуры, о которых сейчас так много говорится, требуют и своих современных выражений. Культура, как таковая, исключает всякую завистливую антагонистическую сепарацию. Если верхи цивилизации и высшие области Культуры, прежде всего, являются синтезом всех завоеваний человеческого гения, то ведь и средства к выполнению этих расширенных задач должны быть поистине современны. Именно широкие горизонты Культуры, как поднятие общего уровня мышления, зовут нас ко всем современным открытиям и усовершенствованиям.

Мотор, радио, телевидение, все подводные и надземные сообщения должны вести к взаимопониманию и объединению. Именно коллективные экспедиционные задания так особенно ярко выразились в экспедициях Ситроена и могут напоминать нам о задачах сотрудничества, основанного не на туманных отвлечённостях, но на открытиях сегодняшнего дня. Посетители выставок Ситроена, читатели отчетов об этих экспедициях будут благодарны за то коллективное целое, что живо переносит их не только в другие страны, но и действительно расширяет их сознание своим многообразием.

Когда-то, как замечательно было отмечено у Анатоля Франса, люди боялись всякого синтеза, всякого обобщения и тем упирались в неминуемое ничтожное, ожесточенное разобщение. Вся культура последних дней, как в её индустриальных проявлениях, так и в духовных поисках, стремится к выражению истинной кооперации. Человечество усиленно ищет формулы, на которых можно бы сойтись для мирной, созидательной работы. Все новые Конференции, новые Общества, Учреждения в той или иной мере имеют в себе эту задачу культурного объединения и взаимопонимания.

Если раньше могло казаться, что культурное объединение может выражаться преимущественно в каких-то областях, научных или художественных, то сейчас особенно делается ясным, что эти объединения гораздо шире отдельных областей. Они выражаются в общем подъёме уровня мышления в смысле общенародного творчества во всех областях жизни.

Вот во имя Культуры, от лица Лиги Культуры и хочется благодарить все предприятия, подобные просвещённым заданиям экспедиции Ситроена. Именно хочется благодарить и самих вдохновителей, строителей и сотрудников всех подобных предприятий, которые своими самоотверженными трудами шевелят человеческое мышление и, конечно, возводят его па новую ступень. Без этих отважных нахождений человечество опять погрязало бы в рутине каждодневной вульгарности. Мы знаем все трудности передвижений и по горным тронам, и по пескам Такла-Макана, и по льдистым нагорьям.

Мы встречали на путях много доброжелательных местных рассказов о замечательном исследователе Свен Гедине и воспоминания о Пржевальском, и о миссии Пельо, и о многих, приносивших из глубин пустынных новые соображения, новые толчки человеческой мысли.
Не будем жалеть, что поэтический верблюжий караван уступает своё место мотору, аэроплану, железным путям. Не будем огорчаться, что 'длинное ухо' Азии передаёт свои возможности телеграфу и радио. Но будем думать, что все эти усовершенствования уживутся не только с цивилизацией, но и войдут благостно в Культуру, не обесценивая никаких духовных ценностей.

Ревниво оберегаемая наука, чем скорее она распространится, тем она принесёт больше блага. Правильно истолкованные народные предания и тысяче-летняя традиция в новом свете исследований дадут лишь новые блестящие возможности, и, при истинном сотрудничестве, не может возникать ничего враждебного, ничего мешающего или умаляющего. Всё разpyшительное и разлагающее останется в пределах невежественности. Но каждый шаг кооперации и объединения будет означать движение к истинному просвещению.

Эти соображения являются, когда мы видим перед собою коллективные труды последних экспедиций. Хочется поблагодарить устроителей и участников их за ту бодрость мышления, которую несомненно вносят они в человеческое сознание, сейчас так смятённое и так утеснённое. Ведь поистине новым шагом к прогрессу будет то обстоятельство, что самые последние усовершенствования подали руку науке и искусству. Это коллективное творчество даёт ту бодрость духа, в которой так нуждается молодое поколение. Искренний привет!

1932 г. Кейланг.
'Твердыня пламенная', 1933 г.
________________________


Н.К. Рерих
"АНГЕЛЮС"

В далёких Гималаях бегун-почтарь, с копьём, с бубенцами и рожком, приносит почту. Нью-Йоркский "Таймс" от 12-го августа - ровно месяц в пути и ровно год с нашей Первой Конференции в Брюгге.

В "Таймсе" телеграмма из Брюгге об успехе Второй Конференции нашего Союза об Охране памятников Искусства и Знания. В этой же газете на ближайшей странице следующее сообщение из Парижа - привожу его целиком во всей наготе:

"Безработный разрезал произведение Миллэ в Париже. Механик порезал "Ангелюс" в Лувре, чтобы привлечь внимание к своему бедствию. Париж 11-го августа. Пьер Гилар, тридцати одного года от роду, механик, недавно потерявший должность в Электрической компании, нанёс ножом три пореза знаменитой картине Миллэ "Ангелюс" в помещении Лувра.
Он сделал это, по его словам, чтобы обратить внимание на своё бедственное положение. Управление Лувра заявляет, что реставрация холста будет сравнительно легка, ибо на нём лишь три пореза. Один под рукой молящейся женщины, другой через бедро крестьянина, обращённого к ней, и третий, длинный прорез между фигурами.

Гилар совершил своё нападение неожиданно и вначале сопротивлялся служителям, прибежавшим обезоружить его. В конце концов, он сдался и был уведён. Министерство образования и изящных искусств начнёт процесс против него.

"Ангелюс" является самым знаменитым произведением Миллэ и считается из наиболее прославленных произведений Мира. Оно написано в 1858-59 годах и одно время было собственностью американского собирателя. В 1910 году оно было вновь приобретено французским негоциантом Шошаром, поднесшим его нации".

Итак, именно во время Конференции о сохранении памятников Искусства изуродовано одно из самых гениальных произведений. Ещё раз понятно, почему так настоятельно и неотложно нужно всемирное признание охранительного Пакта. За последние годы убеждаемся, что вовсе не одна официально объявленная война угрожает незаменимым творениям человеческого гения. Не одна война, но ползущее варварство и одичание в той же, если не в большей, мере грозят лучшим памятникам творчества.
Не в шкурах пещерных, но в смокингах сидят "джентльмены", бесстыдно восклицающие: "Долой культуру", безнаказанные в своём губительном бесстыдстве и невежестве.

Довольно всяких Геростратов! Записываем имя безумца механика как самое стыдное клеймо, но не для отягощения страниц истории. Преступное одичание обращается прежде всего на наиболее возвышенные и совершенные творения. Невежество пытается уродовать самое лучшее - в этом страшная печать тьмы.

Поистине, нужны самые проникновенные всемирные меры, чтобы обновить традиции культуры. Пожелаем от всего сердца, чтобы вновь образовавшаяся Всемирная Лига культуры действительно всемирно просветила новым, благотворным светом все ожесточённые, обуянные, затемнённые сердца.

На горных полях сейчас убирают ячмень, несутся переливчатые песни труда, и ещё больнее думать, что такой трогательный и торжественный апофеоз труда, как "Ангелюс", изуродован рукою тёмного безумства преступного. Нет оправдания! Есть ужас перед одичанием, перед хаосом тьмы!

Больно звучит сообщение, что картина может быть сравнительно легко восстановлена. За долгие годы собирательства и экспертизы знаем, что значит инвалидная картина. Какое множество таких неизлечимых инвалидов пришлось осмотреть и сожалеть о неизбежных последствиях, которые рано или поздно дадут о себе знать. Нет такой реставрации, которая через вековой срок не обнаружилась бы вследствие разницы материалов. Сколько трещин непоправимых, сколько порезов нанесено невежеством. Сколько самого ценного стёрто, испепелено варваром уничтожателем. Как бы ни был заклеен, замазан и укрыт под толстое стекло "Ангелюс", всё-таки он будет инвалидом, и следы преступного нападения встанут, обнаружатся, как язвы стыда современности.

Не обвиним хранителей. Преступная рука дотянется всюду, если мозг и сердце прониклись преступностью. Но от первых детских лет должно быть сказано и в семье, и в школе, в чём заключается истинные мировые духовные ценности. Если мы будем сознавать, что древний Китай и Египет больше нас почитали творчество, то это будет очень плохим сознанием. Механик изуродовал "Ангелюс". Не знаменательно ли это? Не напоминает ли это о различии механической цивилизации от культуры? Слава Богу, что такой "механик" не сродни всем истинным строителям. Исследователям и улучшителям жизни.

Ещё недавно слышали мы и о погибших Гойя в Испании, и о гибели ценнейшей библиотеки в Шанхае, и о многих варварствах. Говорят, гнев народный! Но почему же он обрушивается на прекрасное, а не на безобразное?! Стыд, стыд!

По всему миру начали праздноваться Дни Культуры. Это хорошо. Пусть они будут истинным почитанием Света, Красоты и Знания, которые опустят руки варваров перед созданием прекрасным.

Говорить ли о значении Знания и Красоты? Не труизм ли? Но действительность во всей её неприглядности заставляет бессменно и неустанно молить об утверждении культурных основ. Вместо вечерни труда во всей её торжественности и строительности может наступить вечер зарева разрушения. Сами видите, что может наступить, несмотря на все "Олимпийские игры", которые в отличие от античных тоже иногда кончаются кулачною, дикой расправой.

Та же газета, что известила об изуродовании "Ангелюса, сообщила и о конференции двадцати трёх стран о сохранении памятников искусства и знания. Пусть все Лиги, Институты, Музеи, Общества, Учреждения, Конференции, Конвенции растут и множатся, чтобы просвещением вытеснить все ужасы невежества и тьмы.
Сердце, слышавшее о просвещении, не поразят "Ангелюс".

Гималаи
1932.
****************************************************************



НОЯБРЬ

24 ноября 1932 г. Гималаи.

Н.К. Рерих
'RIGOR MORTIS' (ОКОСТЕНЕНИЕ)

Окостенение трупа вызывало много соображений. Старые розенкрейцеры очень метко говорят об этом странном с материалистической точки зрения явлении. Отмечается, как постепенно совершается плачевный процесс окостенения не только физически при смерти, но хуже того и при жизни, поражая мыслительные органы.

Бездушные люди формируются здесь, на глазах наших не как отвлечённый символ, но как психофизическую инволюцию надо признать этот процесс инволюции. Много дано людям, и тем шире амплитуда шатания. Но ведь существуют такие клейкие области, за которые маятник духа надолго, если не навсегда зацепляется.

Много, много нужно усилий, чтобы из этого мыслительного окостенения снова выйти к широкому, сознательному мыследействию. Известный британский инженер-изобретатель оповещает в прессе, что человечество морально не готово принять все последние изобретения и открытия. Это утверждение западного учёного своевременно и характерно. Оно совпадает с учениями Востока как древними, так и новейшими.

Помимо ежедневных газетных сообщений о всевозможных антикультурных ужасах, на печатных столбцах можно находить своеобразные указания, в спокойном тоне, точно бы они могут соответствовать двадцатому веку нашей эры и неисчислимому веку от начала планетной жизни.

Сообщается о попытках каких-то организаций возобновить чёрную магию на Брокене. И девушка-красавица, и козёл, и прочие атрибуты чёрного шабаша были приготовлены.

В Финляндии открыта целая тёмная организация некромантов. Осквернение трупов, какие-то действа на кладбищах и полное служение чёрного ворона было обнаружено.

На Бенгальском заливе упоминается человеческое жертвоприношение. Газеты сообщают как о факте, о действительности.

Те же газеты повествуют, как нарядная толпа в Америке пришла и даже издалека приехала, чтобы полюбоваться на сожжение негра.

Указывается, что недавно толпа в Берлине окрашивала знамёна в крови казнённых, убитых. Это было не в средние века, но теперь.

В Париже какие-то индивидуумы пытались обмакнуть платки в кровь убитого.
В Испании приносят большие деньги бандерильи, окровавленные в бое быков.

Ещё вырывают сердце врага и приносят кровавые жертвы в нашем двадцатом веке! Действительно, не готово человечество принять последние открытия. С одной стороны чуть ли не всесильная атомическая энергия, а с другой чёрная месса культ сатаны, Бафомет и кровавые терафимы.

Расчленилось сознание человеческое. В общем разложении мира верхи и низы настолько разошлись, что поступательное движение делается трудновообразимым.

Старинный ежемесячник помещает сообщение:
'Мы рады узнать, что недавно образовано Общество с целью покровительства и помощи всем жертвам чёрной магии. Если кто-нибудь где-либо страдает от 'оккультивного преследования', он может сообщить редактору, и всё возможное для помощи пострадавшему будет сделано'.

Сознаемся, что такие сообщения редко приходится читать. Что-то должно было случиться, чтобы в жизнь могла войти такая действительность.

После кровавых гекатомб неслыханной войны сотряслись все основы. Вместо жданного благосостояния во всех странах лопнули финансы. Страны отреклись от обязательств, засвидетельствованных и торжественно объявленных. Появились биллионы гибели бюджетов; образовались многомиллионные армии безработных. Произошли прежде немыслимые по размеру крахи банков. Мир был потрясён великими неожиданностями вроде Крейгера и Инсула.

Так вдруг, как неумолимая карма за массовые убийства, создалось расхождение жизни, разрыв мира. Резко по линии культуры раскололся мир.
Сколько же сознательного, созидательного добра должно быть пролито, чтобы обмыть всю запекшуюся кровь?! А тут целые организации выезжают на Брокен для действа шабаша. 'Таймс' помещает снимок козла и девицы, как будто это водевиль.

В то же время под предлогом кризиса сокращаются всевозможные культурные учреждения. Слуги тьмы вопят: 'К чёрту культуру!' Ведь не выдумано всё это. Было бы великим счастьем признать, что этих гибельных угроз и действий не было.

И слабеют работники культуры, видя, что их лучшие задачи засыпаны золою тьмы. И тщетно ищут, куда обратиться, где собраться?

А в то же время кто-то едет на Брокен, кто-то мечтает выпить чашу крови:

Не в 'оккультных' романах, где можно надеяться на выдумку, но в жизни, среди крахмальных воротников эти ужасы.

Шутовство, балаган, осмеяние, поругание идёт к пределам возможного. Те, кто говорят, что зло равносильно добру, не должны забывать, что зло должно быть сводимо и осознаваемо как несовершенство. За добром всегда остаётся первоначало творчества. Но сейчас вместо начала непобедимо ведущего, поистине руководящего, добро отступает на оборонительные позиции и тем теряет первозвестие.

Из постыдной плотской самозащиты люди избегают приближаться к Истине. Хотя бы ценою душевного позора не потерять своё условное положение!
Можно слышать убийственный шёпот: 'Лучше закостенеем, лучше rigor moris, нежели дерзнём ополчиться на невежество'.

Пока безответственные сознания успокаивают себя и сдаются во тьму окостенения, всякое разложение не дремлет. Оно понимает, что ему, по людской трусости, представлена значительная возможность. И действительно, инициатива тьмы и в великом и в малом становится очевидной.

При этом тьма пользуется своей обычной тактикой: она влезает и ползёт незаметно. Под различными личинами вторгаются служители тьмы; хихикают самодовольно лишь уже ворвавшись в крепости.
Книга 'Мир Огненный' отмечает эти опасные нападения крошечными действиями.

'Бездушные существа всем известны. Это не символ, но химическая действительность. Могут спросить - воплощаются ли они в этом плачевном состоянии? Вопрос покажет незнание основ. Никто не может воплотиться без запаса огненной энергии. Без светоча Агни никто не войдёт в плотный мир. Расточение Агни происходит здесь, среди всех чудес Природы. Вовсе не требуется при расточении Агни совершать какие-то зверские преступления. Мы достаточно из разных Учений знаем о преуспеяниях даже разбойников. Обычно расточение Агни совершается в буднях и в сумерках духа. Крошечными действиями останавливается нарастание Агни. Нужно понять, что благодать Агни естественно нарастает. Но когда тьма покрывает усовершенствование, тогда Огонь незаметно, но химически доказано, уходит из негодного вместилища. Прекрасен закон, дающий каждому воплощённому иметь в себе вечный Агни, как Свет во тьме.

Прекрасен закон даже вопреки Карме наделяющий каждого путника Светом. Прекрасен закон, не препятствующий уже от семи лет возрастить сад огненный. Пусть эти первые цветы будут не велики. Пусть они расцветают на крошечных помыслах, но это будет верный зачаток будущего мышления. Какое множество прекрасных помыслов зарождаются в семилетнем сердце, когда смутные образы Тонкого Мира ещё не покинули мозг и сердце! Так же может начаться и расточение, если почва растения оказалась гнилой. При таком бедствии можно много помочь или, как давно сказано, одолжить Огонь. Это одолжение происходит тоже на самых крошках. Итак, уже трижды напоминаю о крошках. Из этих искр растут огромные Огни.

Не думайте, что бездушные люди какие-то чудовища. Они в разных областях достигают даже механических преимуществ, но Огонь покинул их и затемнились дела их.

Конечно, каждый волен в судьбе своей и даже в конечном разложении. Но существа бездушные очень заразительны и вредны'.

После уловления крошечными сетями, поднимаются 'цивилизованные дикари' как самое опасное для культуры явление. А затем, чтобы чистить дом от этих неутомимых в подлости и пошлости врагов, придётся применять и тратить самые драгоценные энергии. Иначе подкрадётся то самое окостенение, которое будет ужасною смертью всех благих накоплений.

Крошки подлости могут забраться в самые малые щели. Значит, как же непроницаема должна быть броня духа!

Служители тьмы умеют объяснить каждое своё действие, даже поездку на Брокен и некромантию они обставляют псевдонаучными соображениями. Сперва псевдоцивилизация, затем псевдонаука, псевдодружелюбие, псевдодостоинство, а там уже во всём безобразии окостенения псевдочеловек.

Всё это не так далеко от действительности. Знамёна мрака и подлости новые веют не только в 'оккультных действиях'. Ими расцвечены многие пиршества, балаганы, базары.

Иногда люди ещё взывают о мире всего мира, о соединении всех церквей, о добротолюбии, о великодушии. Но какой такой мир мыслим для улыбки черепа, если умолкнет сердце и угаснут огни! И не наденет ли псевдодобротолюбие наряд палача!

Защити от окостенения! Убереги от всех крошек тьмы, домашних, заразных, мохнатых!
Свет побеждает тьму!

24 ноября 1932 г. Гималаи.
"Твердыня Пламенная".
********************************************************


ДЕКАБРЬ

ПИСЬМО Н. К. Рериха к барону М. А. Таубе
Декабрь 17. 1932

Дорогой Михаил Александрович!
Недавно Вы писали мне о подкупности прессы, и французской в частности. Конечно, этот факт чрезвычайно плачевен, но мне кажется, что и в данном случае может быть найдено вполне достойное средство. Должен сказать, что за всю мою сорокатрехлетнюю деятельность я никогда прессе ничего не платил и, в конце концов, от этого обстоятельства вовсе не страдал. Могу подчеркнуть, что и в Америке за десять лет наших учреждений мы ни разу не были вынуждены платить что-либо прессе и, тем не менее, не можем пожаловаться, чтобы критики и репортеры не были к нам внимательны. Правда, в Париже припоминается мне один любопытный случай 1910 г., когда на выставке, устроенной княгиней Тенишевой, один бойкий молодой человек пожелал иметь мою картину, гарантируя при этом отзывы в 22 изданиях, но Дени Рош, принимавший участие в этой выставке, категорически воспротивился такому подарку, говоря, что если Вы дадите одному, то и всей выставки не хватит удовлетворить всех прочих. И надо отдать справедливость, что мы всё-таки без отзывов не остались. О том же Париже, очень давно мне пришлось видеть любопытное письмо И.С.Тургенева к моему учителю А.И.Куинджи, в котором Тургенев среди прочих бюджетных предположений о выставке ставил очень высокую цифру на известные расходы по прессе. Выставка Куинджи тогда не состоялась, и потому прогноз Тургенева остался без подтверждения.

Теперь, вероятно, Шклявер показывал Вам мою статью "Ангелюс", которую м-м Ван Лоо поместила в бельгийской прессе. Думается, что это и есть прямой и достойный ход в прессу. Необходимо иметь друзей не репортеров, но выдающихся писателей, которые, будучи на постоянной службе прессы, могут помещать интересные для публики сведения, может быть, даже получая за них соответственно от газеты. Подчёркиваю, интересные сведения, ибо что-либо исключительно личное или ничтожное и не должно быть вообще помещаемо. Могу привести также пример здешней местной прессы. В самом начале один из друзей моих предложил мне иметь особого агента для прессы. Но по обычаю моему я резко отклонил это предложение, чтобы ни в какой истории не остался бы хотя бы косвенный намёк на оплаченную рекламу. И опять мне не пришлось пожалеть об обычном моём решении. Если я Вам перечислю количество статей и осведомлений, помещённых в очень широкой прессе за текущий год, то Вы будете искренно изумлены как количеством, так и качеством напечатанного; причём всегда интерес проявлялся со стороны, извне. Потому, отвечая на Ваше соображение по поводу подкупности прессы, скажу, что и этот вопрос, как и многие другие, зависит от хороших отношений, от дружелюбия. Конечно, я не предвижу никаких особых мер в этом вопросе, ибо, например. Пакт и Знамя настолько далеки от личного интереса и настолько должны широко захватывать человеческое чувство, что если даже тема сохранения мировых сокровищ будет казаться кому-то ничтожной, то ведь этот некто и не может называться человеком вообще.

Шклявер писал об Афинской газете, вспомянувшей благоглупости Гилберта Мэррея и какого-то испанца. Может быть, этот выпад был следствием нового назначения Тюльпинка или просто новым выпадом сил тёмных и разлагающих. Иногда даже такие антикультурные голоса, которые считают, что в образовании и культуре уже совершенно достаточно сделано, могут быть тоже полезны, возбуждая справедливое негодование людей честных и искренних. По-видимому, это письмо вместит лишь соображение о прессе и отзывах. Пусть и в этом наша точка зрения будет зафиксирована. Вообще наша переписка приобретает летописный характер. Пусть и эта летопись кому-то послужит на пользу. Шлём Вам всем сердечный привет.

Духом с Вами

Из архива МЦР.
______________




ПИСЬМО Н. К. Рериха к барону М. А. Таубе
Декабрь 24. 1932

Дорогой Михаил Александрович!
Сегодня двадцать четвёртое декабря, и потому в дополнение ко всем уже посланным Вам приветам мне хочется ещё присоединить моё искреннее пожелание всего доброго и Вам и супруге Вашей.

Шклявер мне прислал копию своего письма, посланного Декану Юридического факультета в Льеже. Письмо мне очень нравится, ибо всякие нелепые выходки Мэррея и испанца должны не оставаться без ответа. Конечно, пресловутому испанцу можно бы для полноты ещё напомнить, что после его опасения о неприменимости Пакта в Испании его соотечественники уже разрушили несколько монастырей и прекрасных незаменимых картин Гойи и других мастеров. Беспокойство этого испанца за Пакт мне напоминает единственное в своём роде письмо одного типа, считающего себя учёным, в котором он попросту сожалеет, что Пакт будет мешать успешности военных действий. Так прямо и сказано со всей беззастенчивостью невежества. Получается поучительная картина, как маршалы Франции понимают полезность и применимость Пакта, а глубоко штатский доктор горюет о стеснении военных действий. Вот среди каких нелепостей мы живём. Если и раньше Ваши некоторые письма задерживались в пути, то теперь это может произойти ещё сильнее, ибо уже второй день у нас валит снег; им засыпаны и горы и долины, уже до трёх футов. Таким образом, пути сообщения ещё более усложнились.

Очень буду жалеть, если эти обстоятельства задержат доставку Вашего письма, ибо жду Ваших разъяснений и впечатлений о Чилийской выдумке. Если мы не обращали внимания на клевету о масонстве и католичестве, тем более, что в этом ведь ничего дурного и нет, то выдумка о Чили является чем-то совершенно особым, показывающим какую-то преднамеренную махинацию. Так хотелось бы отбросить все эти сатанинские козни и залить их действенным Благом. В клевете о Чили вряд ли могут быть замешаны лишь иммигрантские элементы. Наоборот, само происхождение сведений из Берлина, и, кто знает, может быть не без участия корреспондентов "Морнинг Пост", мне напоминает некоторые Ваши рассказы о Берлине. Во всяком случае, к этому факту следует очень прислушаться. Лично я, так же, как и Вы, глух на всякие клеветнические выпады, когда они касаются лично меня, но когда при этом, хотя бы косвенно, затронуты и другие люди, то является необходимость очищать атмосферу от всяких гнилых миазмов. Может быть, в Париже Вы что-нибудь и узнаете ещё по поводу подобных выдумок. Будем совместно преследовать всяких клеветников и выдумщиков, которые в основе своей или настоящие сатанисты, или очень близки к ним. Ведь около каждой сатанинской ложи есть столько полусознательных и бессознательных сотрудников. Я уже начал собирать фотографии для второго альбома Папе и жду сейчас от Шклявера точный список картин первого альбома, чтобы не повториться. Думаю, что во второй альбом войдёт около двадцати снимков картин, посвящённых Святым. Вообще, если припомнить все мои картины, посвящённые жизнеописаниям Святых, то их окажется не менее трёхсот. Жалею, что не имею при себе снимков с них. Особенно жалею, что не имею снимка с огромной настенной мозаики в Почаевской Лавре, где были собраны все Святые Воители. Мозаика была закончена незадолго до войны и явилась как бы одним из предчувствий близкого будущего. Также жалею, что со мной нет снимков с Нерукотворного Спаса в Талашкине и стенописи Церкви во Пскове, а также альбома моих эскизов "к" культу Сакр Кэр, который всегда меня привлекал в католицизме. Впрочем, если бы эти альбомы судьба не сохранила, то я все же надеюсь посвятить несколько картин этому прекраснейшему, драгоценнейшему символу христианства. Итак, в день Великого Праздника христианства и закончу сердечными приветами от всех нас всем Вам. Всё культурное переживает тяжёлые годы, и потому мы, для которых почитание Света не абстрактно, должны быть очень вместе и распространять кругом и просвещение, и великодушие, и стремление к единому Свету. На этом призыве дружелюбия остаюсь в Духе с Вами!

Из архива МЦР.
______________



ПИСЬМО Н. К. Рериха к барону М. А. Таубе
Декабрь 31, 1932

Дорогой Михаил Александрович?!
Спасибо за Вашу телеграмму к Новому Году, в которой Вы сообщаете о детальном письме, находящемся в пути.

Конечно, оно ещё не дошло до нас, но я уже предвкушаю многие интересные детали, ибо немало вопросов будет отмечено.

М-м де Во прислала мне статью академика Люи Маделэн о национализме. Статья мне вообще очень понравилась, а особенно я с удовольствием отметил, что этот почтенный французский историк так определённо говорит в отношении Франции о Культуре очень человечной. Я так был рад, что наконец м-м де Во прислала мне именно французскую статью именитого автора, который так достойно произносит близкое всем нам слово Культуры. Если французский академик не боится произносить это понятие, не считая возможным заменить его ничем другим, то, кольми паче, позволительно и нам не бояться этого выражения, которое так хорошо уживается с истинным национализмом. Присылка от м-м де Во статьи Маделэн дала мне импульс написать мою очередную статью "Звучание народов" [см. далее - ред.], которую, конечно, Шклявер покажет Вам. Действительно, если малоценные монеты интернационализма совершенно стёрлись, а с другой стороны, человеконенавистническое чучело достаточно озлобило людей, то, действительно, может и должен быть настоящий светлый и просветлённый национализм, который поймёт и Культуру очень человечную. Знаю, что светлое понятие национализма в его подлинном значении близко Вам. Никакой историк, никакой деятель народного просвещения не отречётся от настоящего национализма, опирающегося на Культуру, крепкую всеми культами света. Вместе со статьей Люи Маделэна ко мне дошла интересная книга Т. Л. Васвани "Религия и культура", а также "Образовательное обозрение" Мадраса с прекрасной статьей Аянгара "Культура и национальность". Автор отлично разбирается в своём задании и говорит тем же языком, которым и я выражался неоднократно и которому я радуюсь и в статье Маделэна.

Именно последний день тридцать второго года заключаю соображениями о национализме, о Культуре без всякой критики, со всеми добрыми желаниями преуспеяния. Знаю, что и Вы будете встречать Новый Год также благостно, со всем вмещением и долготерпением. Без этих качеств мы не можем преодолевать всякие навалившиеся мировые кризисы. А если к этим духовным и материальным кризисам прибавим ещё всю черноту человеческой клеветы и подлости, то ведь пейзаж получится ужасно тёмный. Но наступающий год принесёт и некоторые хорошие накопления, которые примем со всем устремлением ко благу. Содержание второго альбома для Папы недели через две будет, надеюсь, готово; только бы знать точное содержание первого альбома. За это время у меня создалось ещё несколько картин на вечные сюжеты - "Искушение Христа", "Бегство в Египет" - такие вечно руководящие понятия.

Янв. 3-го 1933

Кончаю уже в Новом Году, ибо до последнего момента всё ещё надеялся на Ваше письмо с последней почтой, но она вообще ещё не дошла.

Итак, начну в Новом Году новую нумерацию и ещё раз пожелаю и Вам и супруге Вашей лучший Новый Год.
Духом с Вами

Из архива МЦР.
____________________