Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
АВТОМОНОГРАФИЯ Н.К. РЕРИХА

1933 г.
(ноябрь - декабрь)
***************************************************
 
СОДЕРЖАНИЕ

НОЯБРЬ
ПИСЬМО Н.К. Рериха к барону М.А. Таубе (3 ноября 1933 г.)
ПИСЬМО Н.К. Рериха к барону М.А. Таубе (10 ноября 1933 г.)
Н.К. Рерих, КОНВЕНЦИЯ "Знамени Мира" в Вашингтоне 17 ноября 1933 г.
ПИСЬМО Н.К. Рериха к барону М.А. Таубе (21 ноября 1933 г.)

ДЕКАБРЬ
Н.К. Рерих "РОДНОЙ СТАРИНЕ" и Рижскому Обществу Ревнителей Старины (Дек. 1933 г.)
ПИСЬМО Н.К. Рерих к барону М.А. Таубе (26 декабря 1933 г.)
ПИСЬМО Н.К. Рериха в Америку (29 декабря 1933 г.)
ПИСЬМО Н.К. Рериха к барону М.А. Таубе (31 декабря 1933 г.)
Н.К. Рерих "ЧЕРТА МИРА" [1933 г.]
***************************************************************************************************

НОЯБРЬ

ПИСЬМО Н. К. Рерих а к барону М. А. Таубе
Ноябрь 3. 1933

Дорогой Михаил Александрович!
Спасибо за Ваше ? 10 от 24 октября. Вполне понимаю все Ваши соображения. Радуюсь, если Эст[ер] меняет своё первоначальное решение. Будем ждать, в каком виде она отзовёт своё первое сообщение и чем будет мотивировать благоприятный оборот. Когда этот оборот чем-либо манифестируется, можно будет передать президенту и вашему знакомому министру знаки Первой и Второй Степени. В предыдущем письме Вы писали о каких-то благоприятных разговорах в Б. поверх Пакта. В чём дело, ибо в этом письме Вы их не поминаете?

Перехожу к заключительной части Вашего письма. Конечно, не может быть и речи, чтобы безбожники насильно проникли на Конвенцию. Мы приблизительно в курсе течения умов. Не скрою от Вас, что последние поступки Фр. и других Евр. стран, бросившихся в объятия безбожников, смутили многие слабые умы Амер. Под влиянием Европы там производится колоссальное давление в пользу торговли с безбожниками, но мы знаем, что даже и для этой формы сношений имеется много препятствий. Павшее правительство Фр[анции] во многом навредило. Отказ от платежа по законным обязательствам вносит необыкновенное смущение в разные умы. От этого страдают не только государственные, но и общественные и частные сношения. Вы понимаете, что если в пространстве является соблазнительный пример возможности неплатежа по обязательствам, то, как это должно влиять на современное человечество. Действительно, Вы правы, очень и очень жаль, что примеры Европы так заразительны для многих людей. Не дальше, как сегодня, в газете мы читали очень чреватые сообщения для ближайшего будущего. В вашем письме Руз[вельт] как бы называется нашим протекторатом; вероятно. Вы употребляете это название иносказательно, как Вы знаете, протектором состоит Уоллес, настроение которого вполне позитивно. Лишь бы только не было каких-либо экстренных нажимов из Европы, которая, попав в объятия безбожников, мечтает всех затащить туда же.

Очень жалею, что Вам пришлось пропустить заседание с франц. журналистами, о котором Шклявер отзывается положительно. Надеюсь, что Вы будете на заседании 18 ноября и приложите своё веское слово к обсуждениям. Мы здесь 17 ноября тоже устраиваем наше местное собрание. Между прочим, один колледж и музей сообщают, что в этот день развернут Знамя. Благодаря уже двадцати шести журналам, широко сказавшим о Конвенции, этот эвент здесь стал общеизвестным. Хотя Вы и ездили поездом, но всё же не миновали и ямщиков, как видите, старые способы мышления по-прежнему существуют. Тьма есть тьма. Её можно пронзить, но назвать её светом невозможно. Сколько настоящих черных лож и сатанинства существует в наше цивилизованное (уже не смею сказать культурное) время! Только бы ещё хвосты не повыросли. Итак, ждём от вас дальнейших реляций, не видали ли прелатов и что творится среди зарубежников. Шлём наш сердечный привет всей Вашей семье.

Духом с Вами

Из архива МЦР.
___________________



ПИСЬМО Н. К. Рерих а к барону М. А. Таубе
Ноябрь 10, 1933

Доверительно

Дорогой Михаил Александрович!
Из последних телеграфных сообщений из Нью-Йорка явствует, что до седьмого ноября мы имели для Конвенции участие двадцати стран, из которых 17 участвовало правительственно, а три в качестве наблюдателей - обзерверов. В числе обзерверов Италия, но при известных Вам там настроениях и такая степень участия уже хороша. Из этого же телеграфного сообщения мы видим, что Франция отказалась обсуждать вопрос охранения памятников искусства и науки, а Бельгия ещё молчит. Поведение Фр[анции] особенно странно после её участия на двух предыдущих Конференциях.

Совершенно доверительно посылаю Вам копию моего письма к Шкляверу, ибо в нём излагаю те же соображения, которые также сказал бы и Вам, ибо они касаются и Вашего поля действия. Бросается в глаза, что целый длинный ряд стран, с которыми переговаривались и из Парижа, почему-то оказался или отрицательным, или холодным. Кроме того, обратите внимание на один, очень странный вопрос, предлагавшийся как в Вашингтоне со стороны разных дипломатов, так даже и здесь. Все они почему-то интересовались результатами второй Конференции в Брюгге, хотели видеть копии журналов заседаний и резолюции. В чём дело, нам совершенно трудно судить, но складывается какое-то впечатление, точно бы кто-то и где-то шептал что-то неблагожелательное о самих прениях и результатах Конференции в Брюгге. Может быть, я ошибаюсь, но так как делопроизводство Тюльпинка уже не раз хромало и все мы замечали его склонность к некоторым Потёмкинским деревням, то нам всем остаётся лишь обратить внимание на причины таких странных вопросов. Кто знает, может быть, за это время и Вам приходилось слышать что-то в том же направлении. Во всяком случае, как всегда, нужно координировать все намёки, факты и возможности, а потому и буду ждать от Вас сообщений на этот предмет. С горестью на этих днях читали мы в местных газетах, насколько Фран. и Англ. хвалят Америку за переговоры с безбожниками. Может быть, Вы уже слышали, что даже сам Рокф[еллер] изо всех сил старается преклониться перед безбожниками. Таким образом, Европа не может укорять Америку за переговоры, так как главные европейские страны приложили все свои усилия к тому, чтобы заставить Ам. вовлечься в такой позор. К сожалению, этот позор отмечен по всей Европе. Характерно, что масоны отказались участвовать на Конвенции. Воображаю, как будет смаковать это известие м-м де Во. Начальник Американской Военной Академии вполне доброжелательно отнёсся к Пакту - замечательно, что военные власти вообще очень доброжелательны. Получили телеграмму об участии Греции, Персии, Чехословакии - таковы последние новости. Лист почёт[ных] членов очень хорошо и мистически составился из людей, понимающих вред безбожников. В местных газетах читаем дифирамбы этому признанию. Какой ужас творится в мире! Таким образом, насколько мы знаем, участвуют 21 правительство и три страны в качестве наблюдателей.
Шестнадцать губернаторов штатов и более ста сенаторов, конгрессменов и других общественных деятелей. Особенно любопытно - это отказ Франции и абсолютное молчание Бельгии. Неужели читавший доклад в Брюсселе не мог повлиять на правительство! Ведь Жюль Дэстрей был дружественен. Впрочем, Тюльпинк так странно заботился об удобствах Литвин. Итак, жду Ваших сообщений и знаю, что, видал разных дипломатов. Вы получите разнообразные информации. Шлём сердечный привет Вашей семье.

Духом с Вами

Из архива МЦР.
___________________


КОНВЕНЦИЯ "ЗНАМЕНИ МИРА"
в Вашингтоне, 17 ноября 1933 года

Друзья!
Приветствую вас, сошедшихся во имя священного дела Мира. Не случайно мир мыслит о мире, ибо, действительно, вражда и взаимная ненависть дошли до предела. Нарушение творческой жизни увлекает поколения в бездну одичания. Никакие поверхностные признаки цивилизации не скрывают одичания духа. В этой вражде, среди земных смятений, разрушаются истинные ценности, творения духа человеческого. Не будем оглядываться назад, где столько плачевных примеров, когда людям приходилось писать памятные слова: "Разрушено человеческим неведением - восстановлено человеческою надеждою".

Именно ради этой надежды человечества на лучшее будущее, на истинный прогресс духа необходимо охранить истинные ценности. Не буду напоминать историю нашего Пакта, над которым работало несколько Комитетов, Международный союз и две международные конференции. Несомненность нашей мировой идеи подтверждается существованием Красного Креста. Если Красный Крест печётся о телесно раненных и больных, то наш Пакт ограждает ценности гения человеческого, тем охраняя духовное здоровье.

Мир всячески мыслит о мире. В каждом мирном предложении заключается стремление к тому же мировому прогрессу и благосостоянию. Каждый на своём языке повторяет благую формулу доброжелательства. Вот и мы знаем, что, охранив, подобно Красному Кресту, все творческие ценности человечества особым Знаменем, мы вытесняем этим порядком и само понятие войны. Если весь мир покроется Знаменем охранения сокровищ истинной Культуры, то и воевать и враждовать будет негде.

Были голоса, замечавшие, что зачем мыслить об охранении, когда проще, казалось бы, вообще прекратить войну. Но в то же самое время, когда такие голоса были слышимы, уже новые сокровища человечества разрушались и земля покрывалась новыми стыдными знаками. Итак, будем же, прежде всего, священно охранять творческие сокровища человечества. Прежде всего, согласимся на самом простом, что, подобно Красному Кресту, Знамя в значительной мере может призывать человеческое сознание к охранению того, что, уже по свойству своему, уже принадлежит не только нации, но всему миру и является действительной гордостью человечества.

Нам могут сказать, почему мы мыслим о войне. Но ведь никто и не говорил, что Знамя нужно лишь во время формально объявленной войны. Ведь принцип охранения человеческих сокровищ нужен и во многих других случаях всевозможных потрясений. Действительно, не одна война, но многие другие потрясения и конвульсии человечества почему-то особенно яро обрушиваются на памятники культуры. Можно привести бесчисленное множество печальных примеров.

Кто-то сказал, что при дальнобойных орудиях Знамя не может быть охранителем. Но ведь и Красный Крест так же точно не может быть зрим физически на далеких расстояниях, и, тем не менее, никто не будет отрицать высокую гуманитарную полезность учреждений Красного Креста. Конечно, не забудем, что во время учреждения Красного Креста находилось много бездушных критиков, возражавших против этой высокочеловеческой идеи, но такое невежественное осуждение свойственно при каждом нововведении. Не забудем, что великое открытие Эдисоном фонографа некоторые академики считали шарлатанством.

Итак, не будем обращать внимание на тормозящие доводы, ибо Красный Крест, благородно полезный, достаточно показал, что даже при дальнобойных орудиях, и при воздушных атаках, и при газовой бесчеловечности понятие Красного Креста осталось высоконужным и неоспоримым. Когда повозка Красного Креста мчится во спасение по улицам, то движение приостанавливается, ибо всякий понимает, что поверх обыденности случилось нечто, требующее экстренных мер. И сейчас среди смятений человечества уже звучит SOS. Лучшие умы приходят к мыслям о необходимости широких мер для умиротворения и разоружения. Но одно телесное разоружение не поможет. Нужно разоружиться в сердце и в духе.
И вот мировое Знамя-охранитель истинных сокровищ человечества поможет широко напомнить о том, что должно быть свято охранимо, как вехи и залог для светлого будущего. Школьники от малых лет должны твёрдо помнить, что там, где знамя-хранитель человеческих сокровищ, там Должно быть приложено особое сбережение, особая забота о достоинстве и дружеское сотрудничество во благо! Так же как Международный Трибунал Справедливости в Гааге, так же как идея почтового всемирного союза, так же как Красный Крест, в существе своём наш Пакт и Знамя не представляют никаких международных затруднений. Наоборот, Пакт призывает к ещё одному сотрудничеству. Зовёт к осознанию и к каталогированию религиозных, художественных и научных ценностей и к поднятию культурного взаимоуважения.

Нам нечего опасаться, что военные чины представят какие-либо непреодолимые затруднения. Как ни странно, но именно от военной среды нам не приходилось слышать никаких отрицаний, наоборот, всё время приходится слышать голоса сочувствия и соображения о полной применимости Пакта. Даже такие неоспоримые авторитеты, как старейший маршал Франции Лиотэ, высказались совершенно определённо в пользу Пакта. Если вы ознакомитесь с письменными заявлениями таких военно-учебных авторитетов, как генерал де Ланнюриэн, уже вводящий лекции о Пакте в военные школы, то ещё раз станет ясно, насколько удобоисполнима гуманитарная задача Пакта.

Правда, один учёный выразился, что Пакт может мешать военным действиям. Но ведь если Пакт не только помешает, но прекратит военные действия, то это будет лишь его несомненной заслугой. Ведь весь мир только и думает о прекращении смерто- и братоубийственных столкновений.
Люди глубоко понимают, что материальный кризис не может быть превращён в благосостояние одними декретами. Ведь сердце человеческое должно согласиться на разоружение и сотрудничество. И в этом общечеловеческом постулате всё, что напоминает об истинной культуре духа, о творчестве, о строительстве, должно быть обережено и утверждено.

Мы имели многие тысячи сочувственных Пакту отзывов от высоких представителей человечества, от государственных и образовательных учреждений. Организации со многими миллионами членов почтили проект Пакта единодушными восторженными резолюциями. Музейная комиссия Лиги Наций также единодушно одобрила Пакт. Председатель Трибунала международной Справедливости в Гааге состоит покровителем Международного союза Пакта, основанного в Бельгии.

Сейчас для меня необыкновенно знаменательна Конференция в Америке. Из Америки произошли многие формулы мирного общественного строительства. Америка в своём необычайном в истории конгломерате всех наций уже не раз является поборницей мирных и гуманитарных идей. Потому я считаю, что как общественные массы Америки, так и правительство её, выражающее высокий дух нации, активно поддержат Пакт и Знамя Мира, ибо это соглашение являлось бы ещё одним звеном мирного мирового преуспеяния.

Сердечно жалею, что в сегодняшний день не могу быть с вами, но всею силою сердца, всем дружелюбием заклинаю вас твёрдо и повелительно создать ещё одну мощную опору для процветания творческих сокровищ духа. Я уверен, что правительство Соединённых Штатов, которому вы передадите резолюцию вашу, со свойственною ему сердечностью отзовётся безотлагательно.

Если человечество признало Красный Крест для телесно раненных и больных, то также признает оно и Знамя Мира, как символ преуспеяния и здоровья духа. Кланяюсь вам низко, от Гималаев, и прошу вас помочь символу здоровья духа человеческого. Благодарю вас, друзья.

1933 г. Вашингтон
Н.К.Рерих "Священный Дозор" Харбин. 1934
_______________________________________


ПИСЬМО Н. К. Рерих а к барону М. А. Таубе
Ноябрь 21, 1933

Дорогой Михаил Александрович!
Наверное, Вы уже знаете, что Вашингтонская Конвенция прошла с явным успехом в присутствии представителей тридцати двух наций. Резолюция была принята единодушно. Покровительство и личное участие Уоллеса и официальное представительство им Стэйт Департамента делают участие правительства Америки несомненным. Накануне наша делегация, состоявшая из Уоллеса, проф. Маггофина, директора Пан-Американского Союза д-ра Боргеса и м-ра Хорша, была принята Президентом, который от них принял резолюцию организационного Комитета и был очень дружествен и отзывчив. Значит, на самой Конвенции всё прошло прекрасно. Но теперь нужно исследовать три вопроса, и я очень прошу Вас ближайшим образом помочь в этом Шкляверу, а также прошу написать мне и в Америку о Ваших соображениях.

Во-первых: как Вы знаете, Лабулэ, всё время изображавший дружелюбие, дал из Америки отрицательный отзыв. Необходимо исследовать, что такое могло произойти, и не найдём ли мы и в этом предательском действии каких-то старых знакомых.

Второе: каким образом Тюльпинк не мог устроить участие Бельгии? Получилось нелепое впечатление, что страна, дважды участвовавшая и приютившая Конференцию, вдруг оказалась в разряде посторонних нам Турции и Болгарии. Казалось бы, Бельгия более всего заинтересована в Пакте, и потому её уклонение от участия является более чем странным и заслуживает расследования. Ведь Тюльпинк, который однажды уже предложил больше, звезду в виде знака, а затем так трогательно заботился о комфорте Литвин., заслуживает всестороннего расследования.

Третье обстоятельство привлекает особенное внимание. Директор Ассоциации всех Американских Музеев Колеман, принявший почётное членство на Конвенции, вдруг потребовал снятие своего имени с листа, мотивируя это тем, что будто бы факт одобрения Музейной Комиссией Лиги Наций нашего Пакта представляет из себя ложь. Колеман заявил, что первоначальное постановление Музейной Комиссии будто бы было затем отозвано и ссылка на постановление этой Комиссии является ложью. Такое вздорное и больше того - преступное обвинение должно быть документально опровергнуто. Ведь Музейная Комиссия под председательством Жюля Дэстрея действительно вынесла постановление в пользу Пакта. Раз постановление Музейной Комиссии состоялось, то та же Комиссия никоим образом не могла уничтожить или, как сказано, отозвать своё же постановление.

В сообщениях по поводу Брюжских Конференций и других коммюнике о Пакте управление Музея ссылалось лишь на постановление Музейной Комиссии под председательством Жюля Дэстрея. И мне кажется, несомненность этого факта нелепо опровергать. Особенно же нелепо теперь, когда секретариат самой Лиги Наций выразил в известном Вам письме такой симпатичный интерес к нашему Пакту.

Таким образом, Вы видите, что эпизод с Колеманом должен быть документально расследован, ибо по обычаю нашему и этого клеветника нужно выявить. Не находятся ли в связи с этой клеветой таинственные запросы о протоколах и резолюциях в Брюгге, а также о том, сколько именно наций официально в Брюгге участвовало. Очень прошу Вас разъяснить мне все вышесказанные пункты, чтобы на случай каких-либо клеветнических атак быть вполне вооружённым. Вопрос Колемана мы не должны игнорировать, ибо он, являясь председателем всех Музейных организаций, может очень вредить. Кроме того, он ссылался о том, что именно Европейский Центр неоднократно был извещен о том, что постановление Музейной Комиссии было отозвано, называет самого себя представителем интересов этой Комиссии в Америке. Таким образом, раз он письменно и, во всяком случае, официально снял имя своё с листа, поминая при этом наш Европейский Центр, то и документальное возражение должно, прежде всего, произойти от Европейского Центра. И конечно, Вы как генеральный Делегат, а Шклявер как ген. Секретарь, прежде всего, выясните эту преступную клевету. Там, где мы выясняли клевету до дна, там всегда получались лучшие результаты. А сейчас, когда Вашингт. Конвенция имела успех, мы тем более должны ущемить подобных враконосителей. Итак, буду ждать Вашего ответа. Передайте Вашей семье наш привет.

Духом с Вами

Из архива МЦР.
************************************************************************




ДЕКАБРЬ

ГОРОДУ БРЮГГЕ

Сердечно благодарю город Брюгге, благодарю Международный союз моего Пакта. Мне драгоценно сознавать, что медаль выбита во имя мира всего мира. Без этого желанного мира в конце концов эволюция человечества станет невозможной. Мне драгоценно, что медаль выбита в Бельгии и дана в Брюгге, с которыми у меня связаны глубокие воспоминания. Город ван Эйков и Мемлинга всегда был притягателен мне. Да и где же другой город в Европе, где бы сохранился весь живой уклад старины в такой неприкосновенности.
Эта неприкосновенность Прекрасного именно так нужна при мыслях об охранении сокровищ человеческого гения. Само Провидение судило, чтобы именно Брюгге стал постоянным местопребыванием нашего мирного союза. Освящение знамени нашего не случайно должно было произойти в соборе Св. Крови, во имя всей Мученической Крови, пролитой за Прекрасную Истину. Где объединяется столько высоких символов, там возникает истинная твердыня.

Помню, как в молодости первое поминание о Брюгге пришло мне от Вилле, звавшего скорей посетить Брюгге, до реставрации. Мы никогда не забудем посещений Брюгге. И колокола, которых нигде не услышишь; картины, как бы на местах их творения; улицы, хранящие следы великих послов прекрасного; стук деревянных сабо по камням мостовой; наконец, столетняя кружевница, манящая в каморку, чтобы показать своё рукоделие. Сколько чудесного и в великом и в малом! И когда писалась опера 'Принцесса Малэн', то именно карилльон Брюггских колоколов лёг в основу вступительной темы.
Посвящена была эта музыка мне, как выразителю образов Метерлинка и обожателю старого Брюгге.
 
  
 

Ведь во имя Бельгии, во имя Брюгге я заклинал войну первого марта 1914-го года картиною моею 'Зарево'. Сейчас облики Малэн и Брюгге в моих картинах живут в шести странах. В Риксмузеуме, в Атэнеуме Гельсингфорса, в Москве, в Киеве, в Париже, в Польше, в Нью-Йркском нашем Музее, в Бостоне, в Чикаго и в далёкой Небраске, в Омахе. 'Башня принцессы Малэн'. Перечисляю, что помню, с двоякою целью. Первое, Комитет наш должен знать, где посланники мои о Бельгии, о Брюгге, о Принцессе Малэн, о Сестре Беатрисе. И сам я, вспоминая их, тку новую сердечную связь с Брюгге, с драгоценною Каплею Крови, творящей и оживляющей. Второе, каждый перечень многих стран нам напоминает о нашей ближайшей обязанности в отношении Знамени Мира.

Не только признать и обобщиться мыслью Знамени Мира должны мы. Мы ведь освятили Знамя на Святой Крови и тем поклялись вводить его в жизнь повсеместно, всеми силами. Ведь не тщетно будут искать Знамя Мира над хранилищами истинных сокровищ все те, которые во всех концах мира поверили нам и наполнили пространство сердечными желаниями. Каждый день приходят новые письма, новые отзывы. Избирательная урна 'За мир' наполняется ценными знаками.

А ведь мир и культура сейчас так особенно нужны. Всё, что мы все делаем, и есть служение Культуре, человечеству и тем самым миру всего Мира.
Поучительно видеть, какие именно новые и неожиданные элементы вовлекаются этими манифестациями в орбиту мышления о Культуре.
Поистине, многие из вновь заговорившие о Культуре без импульса деятельности нашей и не заговорили бы о великом начале, не нашли бы времени помыслить о нём, заваленные массою обиходных дел и житейских соображений. Пусть даже не надолго некоторые из них обратят мысли свои к Культуре, но всё же, хотя бы временно, они помыслят о ней и тем приобщатся к сообществу строителей жизни. Драгоценно, что действия о Знамени Мира, о Культуре не только не застывают, но приносят самые новые и неожиданные следствия. Дело Знамени Мира настолько разрастается, что всякое злобное противоречие с каждым месяцем становится всё более неуместным, всё легче отвергаемым.

В каждой правильной деятельности всегда приходит такой момент её развития, когда она до известной степени становится как бы самодеятельною, уже вне человеческих рамок и возможностей. Будем надеяться, что наш проект обновлённой Культурной и мировой работы уже приходит в то состояние, когда жизненность его становится очевидною. Всем друзьям нашим в такой фазе развития проекта работа будет становиться легче и приятнее, ибо явится возможность постоянного благотворного посева, не затрачивая ценных сил на ненужные трения. Во имя этой устремлённой и благой работы можем, поистине, приветствовать друг друга.

Пусть Знамя Мира, может быть, ещё не развивается над всеми хранилищами творчества. Иду дальше, пусть оно временно пребудет внутри этих Учреждений, физическое его место не так уж сейчас безусловно, важно, чтобы росло и укреплялось его духовное значение. А для укрепления этого духовного значения и понимания, каждый может действовать посильно в своей сфере. Мы опять приходим к идее бесконечной цепи, когда приобщившийся к благой идее берёт на себя приобщить к ней хотя бы семерых друзей своих и таким образом это моление о Культуре и Мире, в быстро нарастающей прогрессии, безудержно входит в жизнь.
Нужен не столько ещё один закон, сколько ещё одно повелительное желание, одна народная воля всемирно охранить светочи человечества.

Таким образом, перед нами сейчас ближайшая двоякая задача. С одной стороны, насаждая всюду Знамя Мира, мы будем, способствуя миру, вообще уменьшать физическое поле войны. С другой стороны, вводя в школах день Культуры, мы, также внушая задачи мирного строительства, будем возвышать и утончать сознание молодых поколений, утверждая его высокими примерами человеческого творчества.

Для дела, полезного миру и Культуре, вовсе не надо ждать всемирного признания. Начало общего Блага и Красоты творится во всяком размере, сохраняя свой животворный потенциал.

Прилагаю моё воззвание, которое по постановлению нашего Комитета в Нью-Йорке будет 27 сего декабря прочтено во всех храмах. Не сомневаюсь, что собор Св. Крови и другие славные храмы Бельгии присоединятся к этому благому пожеланию нашего Комитета.

Поистине хотелось бы признательно сердечно напутствовать всех наших сотрудников:
'Каждый посильно в своих возможностях, без промедлений и откладываний, в добрый путь!'
Ещё раз сердечно благодарю героическую Бельгию и славный город Брюгге за высококультурное выступление на Благо Человечества.

"Твердыня Пламенная". 1933 г.
__________________________


'РОДНОЙ СТАРИНЕ' И РИЖСКОМУ КРУЖКУ РЕВНИТЕЛЕЙ СТАРИНЫ

Привет друзьям !
В далёких Гималаях сохранно перед нами лежат выпуски 'Родной Старины'. Здесь в далёких краях эти страницы ещё милее и дороже. Истинный привет зачинателям древле-православного исторического вестника. Как прекрасна мысль запечатлевать всё самое изначальное, самое драгоценное. При пожаре мира как в сохранную скрыню полагается истинное сокровище до сужденого часа. Сколько драгоценных устоев сохраняется в изображении древних храмов и святоотеческих преданий. Сколько прекрасных мыслей выявлено на страницах 'Родной Старины'. Всё это так нужно, и будет ещё нужнее. Острова духовные, отмеченные народною мудростью, озаряются огнями сердца. Для сердец молодых наглядные и доступные изображения близко напомнят о заветах духовных. Как на холме благовест звучат все призывы Рижского Кружка Ревнителей Старины. Как перезвоны малиновые звучат эти зовы о Благолепии, о победе над врагами адовыми, все исторические справки о монастырях, стихиры о Св.Иосафе, Царевиче Индийском, о зерцалах душ, славные напоминания о Св.Сергии Радонежском, просветителе народа Русского, о Белых Спасах, о Чудотворных Иконах, - все эти старательные писания пусть напомнят молодёжи о путях извечных.

Именно в дни трудные, когда узко время и темны ночи, тогда драгоценно вспоминать об истинных сокровищах духа. Когда всем так безмерно трудно, разве не зовёт колокол к Свету Единому. Звенигород Светлый по-прежнему белеет на перепутье к новому строению, и да не умолкнут освященные славной стариной колокола.

Шлю к Празднику Рождества Христова сердечный привет 'Родной Старине' и Ревнителям Красоты Благолепной.

Духом с Вами,
Николай Рерих.

[Декабрь] 1933
_________________


29 декабря 1933 г.
Письмо Н.К. Рериха в Америку

29.XII.33
Родные,
Вероятно, это будет одним из последних писем перед Новым годом. Пусть этот Новый год действительно будет новым и принесёт с собою и новые успехи, и новые мысли, и новое единение. С каждым днём Вы, конечно, чувствуете, что без единения, без взаимного доверия нельзя ожидать настоящего успеха. Многое, может быть, кажется в суете жизни незаметным и безобидным, но в пространственном плане часто такие стрелы и вехи окажутся очень тяжкими. Потому убережёмся от всего, что может поглощать драгоценную энергию без пользы.

1. Своевременно из Парижа от Ф[лери] получите письменный или телеграфный запрос, нужен ли его немедленный приезд в Нью-Йорк. Тогда немедленно телеграфируйте по адресу Центра, что приезд абсолютно нужен немедленно, иначе произойдёт вред. Вы, конечно, понимаете, зачем это нужно, ведь приглашения по многим странам совершенно неисполнимы по денежным условиям.

2. После половины февраля через Друга устройте, чтобы миссис Перкинс телеграфировала бы в Ам[ериканское] Конс[ульство] в Париже о выдаче разрешения на въезд. Конечно, пусть будет это сделано вполне достойно, иначе, ввиду наличности многих знакомств, около Консульства могли бы пойти нежелательные толки. Конечно, разрешение должно быть на двоих - для Ф[лери] и старшего сына.

3. Конечно, не следует никому сообщать о приезде Ф[лери]. На этот раз никакой публицистики не нужно.

4. Хотя время чрезвычайно трудно, но всё же следует продолжать планы и сообра-жения о финансовых возможностях. Если что-либо было невозможно вчера, то оно может стать возможным завтра. Эту старую истину приходится очень помнить.

5. Относительно продажи художественных предметов также не следует отчаиваться. Было бы ошибкою считать, что никаких возможностей нет. Отсутствие возможностей может быть для определённого лица и в определённых местах, но как общее правило эти возможности следует искать постоянно. Неожиданное нахождение их слишком обычно происходит.

6. Разве не замечательно, что один почтарь приносит сведение о действиях тьмы, утверждающее, что вообще охрана худож[ественных] ценностей и культурных сокровищ невозможна и несвоевременна, а в то же время приходит сведение о единогласном принятии Пакта конгрессом в Монтевидео?! В то время когда отживающие скелеты противодействуют, именно тогда молодые жизненные страны понимают и звучат на понятие культуры. Из постановления в Монтевидео нужно сделать наибольшую пользу.

Радуемся, что и Друг наш будет иметь ещё один прекрасный повод для беседы и убеждения chief'а. 31-го декабря я всё время имел в мыслях нашего Друга и рассказывал Е.И. один план, который может чрезвычайно исправить и подвинуть положение вещей. А теперь новое сведение из Монтевидео должно ещё раз опровергнуть инсинуации старого дома и все его вредные шептания. Следует очень укрепиться на том мнении, что неинтеллектуальная некооперация не представляет из себя какое-то обязательное учреждение, тем более, что Америка ведь не участвует в Лиге Наций. А теперь без ещё двух больших держав - Японии и Германии - пресловутая Лига делается каким-то частичным учреждением.

Поистине, можно сказать, что будем поспешать всеми силами к сужденному свету, который тем ярче горит, чем сердечнее и восторженнее устремляемся мы к Вл[адыке]. Телеграмму о Монтевидео мы передали Ману в Лахор и Шкляверу в Париж.

Будьте бодры и находчивы. Духом с Вами,
Николай Рерих
_______________________________________




ПИСЬМО Н. К. Рерих а к барону М. А. Таубе
Декабрь 26, 1933

Дорогой Михаил Александрович!
Очень рад был получить Ваше письмо ? II, в котором, как я подозреваю, заключались многие интересные, нужные сообщения. Вы совершенно правы, полагая, что многое у Вас не уложилось в строки письма. Кстати, будете ли Вы в половине февраля в Париже? У меня накопилось многое для сообщения Вам. Также Вы совершенно правы, полагая, что Вашингтонская Конвенция являлась тем большим успехом, что преодолела всякие северные и прочие препятствия. Между прочим, такие преодоления чрезвычайно знаменательны, ибо ещё раз доказывают, что действительно свет поражает тьму. А ведь эта тьма немалая и очень опасная.

Давно уже я не охотился, но всякая охота на тигров является большим испытанием для владения своими силами. Наверное, за это время у Вас накопится ещё множество интересных фактов, которые нужно будет принять во внимание. Как ни странно, но тьма хватается за самые неосновательные аргументы, очевидно, не имея ничего более существенного. Так, например, продолжаются довольно вредные шептания о том, что наш Пакт вполне выражен Гаагской Конференцией 1907 года. Эта чепуха, противоречащая действительности, повторяется некоторыми слабо осведомлёнными и шаткими людьми. Они даже не задумываются над тем определённым фактом, что бывшая великая война со всеми происшедшими разрушениями достаточно показала, что никакого конкретного Пакта и определённых мер к сохранению сокровищ человечества не существовало. Говорить, что Конференция 1907 г. делает идею нашего Знамени ненужной, равнялось бы утверждению, что ввиду многовекового существования медицины идея Красного Креста была не нужна. Так или иначе, приходится сталкиваться и с тьмою невежества, и со злобою разрушителей, хорошо, что лучшие силы международного права так определённо благожелательно высказались о нашем Пакте и Знамени. Конечно, всякие типы, вроде Гильб. Мэррея, должны заслуженно получить по носу, ибо они действуют не без заведомо разрушительной причины. Шклявер писал, что он уже ответил ему сурово. Хорошо, если бы и Вы в нужный момент поразили бы Вашим рыцарским мечом дракона тьмы. Замечательно, как в самые нужные моменты к нам подходят честные и мужественные люди. Так, например, протектор Конвенции оказывается, можно сказать, единственным рыцарем против безбожия. Во всяком случае, надеюсь, что наш Парижский Комитет будет деятельно работать в полном сотрудничестве с нашим американским комитетом.

Ваше сообщение о том, что Тюльпинк не имеет никакого значения в Брюсселе, к сожалению, лишь подтверждает мои сведения и подозрения. Напар, так сильно предупреждавший в этом смысле музей в Нью-Йорке, очевидно, имел к тому достаточные основания. И в этом случае придётся принять вещи так, как они есть. Надеюсь, что "Твердыня пламенная", вышедшая ещё до 17 ноября, теперь Вами уже получена. Также сам я Вам передам книгу "Знамя Преподобного Сергия", которую Вы прочтёте внимательно и по строкам и между. Сейчас происходит много замечательных знаков, и то, что Вы сообщаете в Вашей приписке из разных источников, звучит очень основательно. Надеюсь, что это письмо застанет Вас в Париже, куда уже пришли мои последние шесть картин, которые должны достаточно усилить коллекцию нашего Центра. Удивляетесь, что Вы получили столько моих писем зараз? Неужели корреспонденция Вам не пересылается? Всё это полезно знать на случай спешных сообщений.

Все мы шлём Вам и семье Вашей сердечные пожелания к Новому году. Пусть среди смятения и мрака, обуявших землю, засияют добрые знаки.
Духом с Вами

Из архива МЦР.
___________________



31 декабря 1933 г.
ПИСЬМО Н. К. Рерих а к барону М. А. Таубе

Единогласное принятие Пакта в Монтевидео - большая победа, употребите её во Благо.
Доверительно.

Декабрь 31, 1933

Дорогой Михаил Александрович!
Спасибо за Ваше письмо ? 12. Прежде всего, о движениях с нашим Пактом. Не мне Вам рассказывать о происшествиях в Париже со всеми ядовитыми газами из всех зловонных ям. На месте Вы лучше меня знаете происходящее и видите, какие неотложные благотворные меры следует принять.

Конечно, Вы чувствуете, что меры действительно должны быть неотложными, а кстати, враги Пакта ставят себя в ридикюльное положение каких-то игнорамусов и разрушителей. Ведь можно подумать, что все эти веяния идут именно от безбожников, которые очень опасаются, чтобы их разрушительная деятельность не подвергалась бы культурному контролю. Ещё в прошлый наш приезд Ян Масарик называл известную кооперацию неинтеллектуальной некооперацией. Значит, он в своё время почувствовал дикость её участников. Конечно, тьма есть тьма, и она не может сделаться светом, она может лишь рассеяться. Потому хорошо бы Вам, и Шкляверу, и всем членам Парижского комитета произвести ряд личных атак на отдельных членов некооперации. Быть может, среди них найдутся некоторые, не совсем погрязшие во тьме. Во всяком случае, конечно, Вы согласны, что требуются неотложные действия и следует привести в движение все те благодетельные накопления авторитетов, которые достаточно выразились за Пакт и за его своевременность.

Пожалуйста, осведомляйте о действиях нашего комитета и о Ваших личных как американский комитет, так и нас сюда. "Куй железо, пока горячо", а турнир с тёмными сатанистами и безбожниками есть действие славное. Итак, пусть новый год начинается с новой достойной битвы во славу сохранения религии, искусства и науки как устоев человечества. Если кто считает такую охрану неосуществимой и несвоевременной, то пусть получит о себе все достойные этого сатанинского постановления определения. Итак, буду усиленно ожидать результатов Ваших благодетельных действий.

Теперь о Ваших вновь найденных знаках. К истории знака триединости, выраженной на Голландском кресте, у меня собрано очень много аналогий.

Среди католических изображений в самых старых соборах можно видеть изображение триединости именно в этой трактовке. Вообще замечательно, что именно этот знак в своей символике является не только западным знаком, но и восточным, а всякое такое объединение, конечно, чрезвычайно ценно в качестве знака мирового. Кстати, не видали ли Вы прелатов и не укрепите ли Вы их относительно Вашингтонской Конвенции? Не увидите ли Вы Ганского и Кологривова и всех полезных в смысле осведомления?

Теперь, что касается присланного Вами нумидийского знака, я нимало не удивлён. Триединость колосьев соответствовала Матери Мира. Недалеко от этих комбинаций находятся тамплиерские знаки Крестовых походов и тому подобные аналогии. Во всяком случае, для наших соответственных коллекций всё это очень любопытно. Слышал я о нахождении ещё одного Рерикенхов в Тюрингии, но, по-видимому, происхождение его не столь древнее и относится к 15-му веку, не старше.

Я послал Шкляверу любопытную статью Вострякова, появившуюся в старейшей русской газете Америки "Свет". Приведённые им стихотворения очень характерны и ещё раз показывают, что все комментарии излишни. Совершенно ясно, что сатанинская тьма во всей своей мерзости действует всеми мерами для разрушения всего, чем может быть жив дух человеческий. Недавно мне пришлось писать в статье "Черта мира" о том, насколько явно все друзья и враги Пакта распределились по этой черте света и тьмы. Это обстоятельство может только усилить всех стремящихся к свету и ко благу человечества.

Тюльпинк на своём почтовом бланке, кроме всех прочих многочисленных уже надписей, вставил ещё помощь безработным работникам искусства. Дело огромное, требующее столь же большой энергии и средств. Как бы из этого он не пристроил Потёмкинскую деревню, конечно, я не скажу ему этого, чтобы не стеснить ничем его свободу, но сознаюсь, что совершенно не знаю, каким путём получаются эти постановления. Теперь перед нами некультурная резолюция о том, что вообще охранение памятников невозможно и несвоевременно. Куда же идти дальше, значит, человечество одичало.

Ещё раз шлём Вам и Вашей семье хороший Новый Год.
Духом с Вами

Из архива МЦР.
___________________


Из письма Н.К. Рериха от 31.12.33.:
"Недавно мне пришлось писать в статье "Черта мира" о том, насколько явно все друзья и враги Пакта распределились по этой черте света и тьмы".


ЧЕРТА МИРА

Много пробных камней уготовано для человечества, на которых можно испытать белое и чёрное. Как лакмусова бумажка, темнеет или светлеет лик человека при упоминании пробных понятий.

Разве не темнели лица ненавистников Красного Креста, когда этот благородный символ был предложен? Не только темнели лица человеконенавистников, но они пылали злобой при одном упоминании о знаке милосердия и помощи. Но защитники света были тверды, и злоба всё-таки потерпела ещё одно поражение.

Разве не темнеют некоторые лица и личины, когда вы говорите о сохранении сокровищ религии, науки, искусства? Темнеют и корчатся все, кто питается разложением и разрушением. Посмотрите на имена нежелающих обсуждать спасительные меры; вы увидите с их стороны и многие другие нежелания и препятствия в отношении созидательного блага и сотрудничества. Истинно раскололся мир по границе сотрудничества, созидания, с одной стороны, и по злобе, разрушению, разложению - по другую сторону. Также попробуйте заговорить о живой этике, о чести и достоинстве, и вы получите то же таинственное, но явное разделение. Оно будет и международно; ни расы, ни народности, ни наречия признаками не будут. Опять встретитесь со Светом и тьмой.

Попробуйте обсуждать героизм, вредительство, учительство, и вы натолкнётесь на ту же международную границу. Ни возраст, ни воспитание, ни образование, но совершенно иные стимулы очертят два всемирных стана.

Коснитесь гигиены духа и тела, укажите на значение здоровой пищи и чистых условий жизни - и из пространства встанут перед вами опять те же таинственные, почти несказуемые, но явные деления.

Поразительнее всего будет то, что обитатели каждого из этих двух станов очень дружно и ладно сойдутся между собой, несмотря на разнообразие одежд и речи. Те, кто восставал против Красного Креста, приветливо улыбнутся отрицателям полезности охраны культурных ценностей. Отрицатели героизма и учительства сочувственно поймут насмехающихся над живой этикой. И, пожалуй, все они сойдутся за кровавым бифштексом и ликерами.

Конечно, и соратникам созидательства легче быть вместе. Никакие океаны не внесут среди них деления в устремлении к улучшению жизни. Этика будет для них самым живым предметом, и трапеза их не потребует пролития крови. Когда же речь зайдёт о здоровье духа и тела, то и здесь согласие не будет нарушено. Все поймут, что нельзя говорить о здоровье тела без оздоровления духовных начал. А для этого все признают, что охрана культурных ценностей прежде всего будет мерилом.

Друзья блага одинаково признают, что благо и мысль не есть нечто отвлечённое. Они также признают, что положение мира требует объединения всех положительных элементов. Организованность сил разрушения должна вызывать тем большую сплоченность всех строителей.

Друзья блага понимают, что мир нужен как основа мирного труда, обмена, созидания и сотрудничества. Но они также знают, что насилие и приказ не создадут мира, который прежде всего зарождается не в мозгу, но в сердце. И также знают, что вся-кая злоба и проклятие недопустимы, ибо они прежде всего положат вечное клеймо на самого злоначинателя. Радостно, светло, незабываемо прекрасно побыть с друзьями блага.

После светлых сотрудничеств невообразимо тяжко окунуться в тину отрицателей. Некоторые из них дошли до той ступени нетовства, что даже на самое очевидное норовят сказать своё тупое, немое и подлое 'нет'. Вспоминаю, как одна дама на самое очевидное утверждение ответила таким определенным 'нет', что пришлось невольно спросить 'возможно ли даже в таком культурном обсуждении быть так ярко отрицательным'? Но поборница отрицаний заявила, что она на всё имеет возражение и начинает с 'нет'. Мы не могли удержаться, чтобы не заметить, что и само выражение её лица стало отрицательным. А разве нечто отрицательное не делается отталкивающим? А разве отталкивающее не становится отвратительным?

Всякая отвратительность, разложение, тление гниют в одной бездне с ложью и предательством, одичанием и разрушением. Космический сор называются эти отбросы. Восточная мудрость, говоря о 'Мире Огненном', напоминает древнюю истину, которую тьма пытается скрыть:

'Утвердим преисполнение духа. Преисполниться духом - значит поставить себя в непосредственное общение с иерархией. Всевозможные магические приёмы, даже само умное делание будут попытками к высшему Общению. Но новое приближение к Высшему устремляет к образам подвижническим, которые поверх всего подходили к непосредственному Общению. Видим пророков, подвижников, которые не впадали в исступление, но каждое их слово было словом Завета. Если спросите меня - какие приёмы приличествуют вашему времени? Скажу: нужно готовиться к непосредственному Общению. Всякие условные меры - уже посредственны в себе. Во дни, когда огненные энергии напряжены, именно этот Огонь поможет сердцу понять Веление Высшее. Такое Веление выражается среди всей жизни, тогда мы говорим - слушайте и слушайтесь! Каждая эпоха имеет свои выражения. Даже в старых Заветах видим пророков, которые были всегда преисполнены духа. И много позднее изучались формулы, числа и ритмы. Но иные считали, что такие методы близятся к вызываниям и тем умаляют высшее Начало. Особенно сейчас, при эпидемии одержания люди должны искать сердечного Общения'.

'Лишение благословения есть акт древнейшего Патриарха. Он далёк от позднейших проклятий. Проклятие является уже продуктом невежества, но древнейший акт предусматривал нарушение связи с Иерархией. Связь с Иерархией есть настоящее благословение со всеми последствиями'.

'Спросят невежды - мы много раз поносили всё Высшее и тем не менее мы существуем; никакой огонь не спалил нас и ничто не угрожает нам'. Тогда поведём их на площадь, где в грязи пресмыкаются слепые нищие и скажем: 'Вот тоже вы! - разве не узнаёте себя? Только пресеклась нить с Высшими и вы полетели в бездну'. Устрашать не нужно, жизнь полна таких ужасов. Помните, что нагнетение Огня незримо, но ничто не минует последствия. Так можно видеть, как даже древние понимали справедливость закона и знали уже, что оскорбление Начал так велико и ужасно, что последствие не может быть немедленным'.

Мудрость всего мира остерегает, повторяя: 'Проказа начинается от самого ничтожного пятнышка'. Но в тёмном стане по-прежнему раздаются вопли: 'К чёрту культуру - деньги на стол', или 'Нельзя заниматься отвлечённостями', - так говорится, когда люди хотят охранять творческие ценности. Даже неправдоподобно звучат такие выкрики после всех вековых наслоений культуры. Но тьма редко бывала так активна, как сейчас. Редко можно было наблюдать истинный интернационал тьмы как в наши дни, когда чёрные мессы служатся по всем адовым правилам.

Но если слуги тьмы так понимают единение и свою иерархию, то не пришел ли час, чтобы служители Света тоже собрались на своих дозорных башнях для бессменной стражи? Черта Света и тьмы выступает ярко именно во дни духовной битвы, когда тьма гремит яростью, но светоносцы преисполняются духом и несломимым мужеством.

Нет такой бездны, которая не могла быть заполнена творящим благом и превращена в сад прекрасный. Но для такого садоводства нужно понять сотрудничество.

[1933 г.]
(Май 1934 г. - по данным МЦР )