Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
АВТОМОНОГРАФИЯ Н.К. РЕРИХА

1910 г.
(август - декабрь)

*****************************************
 
СОДЕРЖАНИЕ

АВГУСТ
Картина Н.К. Рериха "Каменный век (Призыв солнца) (16 августа 1910 г.)
Хроника. БАЛЕТ ХУДОЖНИКА Н.К. РЕРИХА (28 августа 1910 г.)

СЕНТЯБРЬ
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Великой княгине Марии Павловне (5 сентября 1910 г. СПб.)
ПИСЬМО В.В. Переплётчикова к Рериху Н.К. (24 сентября 1910 г.)
Хроника. У Н.К. РЕРИХА (30 сентября 1910 г.)

ОКТЯБРЬ
Н.К. Рерих. ПОИСКИ ДРЕВНЕЙ РУСИ ("Русское слово" (Москва) 7 октября 1910 г.)
Н.К. Рерих. ВЕЛИКИЙ НОВГОРОД [1910 г.]
ПИСЬМО С.П. Дягилева к Рериху Н.К. (9 октября 1910 г.)
Хроника. IV СЪЕЗД РУССКИХ ЗОДЧИХ. (Зодчий. 1910. 17 октября. ? 42.)
ПИСЬМО А. Ремизова к Рериху Н.К. (18 октября 1910 г.)
IV СЪЕЗД РУССКИХ ЗОДЧИХ. (Зодчий. 1910. 24 октября. ? 43.)

НОЯБРЬ
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Грабарю И.Э. (21 ноября 1910 г.)

ДЕКАБРЬ

Н.К. Рерих "НОВГОРОДСКИЕ СТЕНЫ" (1910. Отдельный оттиск доклада автора IV съезду русских зодчих).


**************************************************


АВГУСТ

16 августа 1910 г.
 
  
 

Каменный век. (Призыв солнца). 1910.
Картон на дереве, темпера, графитный карандаш. 48 х 55 см.
Слева внизу коричн. краской дата и подпись: 1910 16 августа Н.Р.
********************************************************************************


ХРОНИКА
Балет художника Н.К. Рериха

Успех русского балета за границей, главным образом, декораций и костюмов, заставил даже художников взяться за сочинение балетов.
В скором времени увидит свет рампы новый балет художника Н.К. Рериха 'Великая жертва'.

- Содержание и эскизы балета - мои, - сказал нам г. Рерих. - Музыку пишет молодой композитор И. Стравинский.
Новый балет даст ряд картин священной ночи у древних славян.
Если вы помните, то в некоторых моих картинах эти моменты были затронуты:

Действие происходит на вершине священного холма, перед рассветом.
Начинается действие летней ночью и оканчивается перед восходом солнца, когда показываются первые лучи.

Собственно хореографическая часть заключается в ритуальных плясках.
Эта вещь будет первой попыткой без определённого драматического сюжета дать воспроизведение старины, которая не нуждается ни в каких словах.
Я думаю, что если бы мы перенеслись в глубокую старину, то эти слова были бы для нас всё равно [понятны].

- Балет будет коротеньким?
- Он одноактный, но я не думаю, чтобы он был особенно коротким.
Краткость балета делает впечатление более полным.
Конечно, я мог бы привязать фабулу, но она была бы именно привязанной.
- Чьи танцы?
- Фокина: Мы трое в одинаковой степени зажглись этой картиной и решили вместе работать.

Петербургская газета. 1910. 28 августа. ? 235.
_________________________________________


СЕНТЯБРЬ

5 сентября910 г. СПб.
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Великой Княгине Марии Павловне.

Ваше Императорское Высочество.
Когда я имел счастье видеть Ваше Императорское Высочество на погребении нашего любимого учителя A.M. Куинджи, я не доложил, что раскопки в Новгородском Кремле уже начались. Теперь же считаю долгом своим доложить о ходе работ по исследованию Новгорода, так как значение этого дела поистине общенационально.

Исследования начались с Рюрикова Городища, причём были открыты основания древней Никольской Церкви, уничтоженной пожаром в 1201 году. Кроме того, было выяснено, что лучшая часть Городища уже давно смыта бурным, течением Волхова.

Проследив культурные слои Городища, посредством пробных траншей, мы начали раскопку в Кремле. Не скрою, что с большим трепетом приступали мы к этой работе, так как опасались, что слои в Кремле давно перемешаны. Но к счастью, наши первоначальные надежды оправдались, и Кремль оказался нетронутым. Очень осторожною раскопкою мы выяснили, что до глубины 6 1/2 почва Кремля насыщена остатками всевозможных древних построек, наверху каменных, внизу деревянных, повреждённых пожарами.

Выявились древние деревянные помосты улиц, остатки деревянных тынов и срубы строений разных величин. Для науки эта картина очень поучительна, так как мы слишком мало знаем древние деревянные города. Как мы и предполагали, раскопками была захвачена часть бывшего Княжего Двора, в местности башни Кукуй и Княжой. За израсходованием сумм работы были прекращены, но можно смело сказать, что при милостивом внимании Вашего Императорского Высочества начато дело, которое в будущем даст замечательное свидетельство жизни Древней Руси.

Добытые при раскопке разные бытовые предметы: цветные изразцы, гребни, пряжки, ножи, сосуды, иглы, кресала, обломки ядер и оконной слюды и прочие остатки древности будут размещены на 30 таблицах и составят основание зала Допетровского Музея, которое будет посвящено незабвенной памяти Великого Князя Владимира Александровича. Надеюсь, что Ваше Императорское Высочество разрешить соизволите представить находки наши на милостивое личное воззрение.

Докладывая о вышеизложенном, имею счастье почтительнейше принести глубокую мою благодарность за сочувственное отношение Вашего Императорского Высочества к моим начинаниям. Ваше высокое внимание к исследованию Русской Старины и Ваше милостивое одобрение моих трудов по Школе Императорского Общества Поощрения Художеств, высказанное минувшею весною, наполняют меня чувством сильнейшей благодарности и дают силы на дальнейшую работу. При милостивой поддержке Вашего Императорского Высочества, Августейшего Вождя Русского Искусства, верим, что русское искусство сумеет отринуть заветы настоящего 'декаденства' и вступит на новый путь, справедливый погружением в мудрые примеры истории, в её лучших расцветах.

Простите, Ваше Императорское высочество, слово лишнее, но вылившееся из самых искренних помышлений, так как мы уже видели широкие и справедливые взгляды Вашего Императорского Высочества на развитие родного искусства.

Вашего Императорского Высочества всепреданнейший слуга

Академик Н, Рерих

Публикуется но изданию: 'Петербургский Рериховский сборник', II-Ш. Самара, 1999 г., стр.322-323.
__________________________________________________________



24 сентября 1911 г.
ПИСЬМО В.В. Переплётчикова к Рериху Н.К.

Многоуважаемый
Николай Константинович.

Прежде чем созвать Общее Собрание Союза, чтобы предоставить его обсуждению предложение Петербургской группы, подписанное 11-ю членами об исключении подписавших письмо к Александру Николаевичу Бенуа, я считаю долгом дать объяснение всего хода дела.

Группа недовольных статьями А.Н. Бенуа, касающимися выставок Союза, собравшись в частном совещании, написала известное Вам письмо к Александру Николаевичу. Путь для разрешения этого вопроса был выбран совершенно частный, потому что 13 устава С.Р.Х., примечание 2-ое, говорит: 'К обсуждению в Общих Собраниях дозволяются лишь такие вопросы, которые непосредственно относятся к определённой уставом деятельности Союза'.
Итак, Союз, как организация, не может вмешиваться в деятельность своих членов вне Союза, например, в педагогическую, литературную и т.д.

Другая группа, не подписавшая письмо, предлагала письма не посылать, а путём опять-таки частного разговора выяснить вопрос, не оказывая на Александра Николаевича никакого давления, просто рассказать о настроении которое существует в неизвестной части Союза.

В конце концов, решено было поехать побеседовать об этом вопросе частным образом. Письмо было прочитано Александру Николаевичу, как показатель настроения известной части Союза, и оставлено ему по его просьбе. Я и Виноградов ездили не как члены комитета.

Итак: 1) это дело совершенно частное и всего Союза не касается, 2) цель моей поездки и Виноградова - простой разговор о возникшем частном вопросе и является актом внимания как к Александру Николаевичу, так к самому вопросу.
Эта поездка была вызвана искренним желанием мирно и жизненно разрешить осложнение, возникшее среди некоторых членов Союза.

Кроме того, я считаю своим долгом указать, что факт исключения члена из Общества, с юридической стороны вещь очень важная. Исключение должно быть мотивировано серьёзными юридическими причинами.

Если Общее Собрание исключит кого-нибудь из состава Общества без достаточных юридических оснований, то исключённый может восстановить себя в своих правах через прокурора в гражданском порядке и требовать с Общества возмещения убытков, если таковые нанесены ему временным лишением его прав.

Я покорнейше прошу ещё раз рассмотреть этот серьёзный вопрос об исключении, и после всестороннего обсуждения дать мне ответ.

Уважающий Вас
В Переплётчиков.

24 Сент. 1910.

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/1111, 1 л. [Машинопись]
_____________________________________________


ХРОНИКА
У Н.К. Рериха

Сравнительно небольшая мастерская молодого академика Н.К. Рериха вся заставлена мольбертами с начатыми работами. Художник пишет в настоящее время эскизы росписи храма в имении М.К. Тенишевой 'Талашкино' Смоленской губернии и очень увлекается ими.
Нас интересовал вопрос о положении работы художника над его балетом.

- Вас интересует, как я напал на мысль написать балет, - сказал художник. - На это могу вам ответить, что оттого остановился я на балетном действии, что для оперы обработать мой сюжет никак нельзя. В нём доминирует движение, и для 'пения' оставалось очень мало места, хотя во всё время действия за холмом слышно пение священных молитв. Поэтому-то я и остановился на балете. Моя работа в этом направлении значительно облегчилась сотрудничеством с такими талантливыми людьми, как с композитором Стравинским и артистом нашего балета Фокиным. Мы взаимно помогали друг другу, и работа шла скоро и легко.

- Декорации, конечно, вы пишете сами?
- То есть, эскизы к ним. И притом ведь декорация одна только и будет. Балет одноактный. Я хочу изобразить, как светлой летней ночью на вершине священного холма, известного в истории каменного лабиринта, происходит ряд ритуальных древнеславянских танцев, оканчивающихся жертвоприношением. Во всяком случае, костюмы для моего балета должны представить особый интерес, ибо эта эпоха инсценируется едва ли не впервые. Всё действие моего балета займёт максимум минут сорок.

- Где ваш балет пойдёт впервые?
- О, об этом, право, не могу ничего сказать определённого. У меня много предложений. Есть основание предполагать, что он впервые увидит свет здесь, а то, быть может, и за границей. Точно не знаю.
Эль

Обозрение театров. 1910. 30 сентября. ? 1187.
Утро России (Москва). 1910. 30 сентября ? 261.
*****************************************************************************************


ОКТЯБРЬ

7 октября 1910 г.
ПОИСКИ ДРЕВНЕЙ РУСИ

Пусть наш Север кажется беднее других земель. Пусть закрылся его древний лик. Пусть люди о нём знают мало истинного. Сказка Севера глубока и пленительна. Северные ветры бодры и веселы. Северные озёра задумчивы. Северные реки серебристые. Потемнелые леса мудрые. Зелёные холмы бывалые. Серые камни в кругах чудесами полны. Сами варяги шли с Севера. Ищем красивую древнюю Русь.
 
  
 

Н. К. Рерих. Варяжский путь. 1907.

Много лет пришлось помечтать и поговорить о раскопках в Киеве и Новгороде. Немногим любящим старину пришлось стыдить, сердиться. Лишний раз пришлось подивиться на наших скептиков. А скептиков у нас много, особенно в искусстве и в науке. Личина глубокого скепсиса во многих житейских делах очень пригодна.

Но вот вместо холодных убивающих голосов послышались голоса живые, любящие дело. С высоким вниманием отнеслась к исследованию Новгорода великая княгиня Мария Павловна. Откликнулась кн. М. К. Тенишева и для начала дела прислала тысячу рублей. Гр. П. С. Уварова в личной со мной беседе высказалась сочувственно за исследование Кремля. Энергично помог председатель общества архитекторов-художников гp. П.Ю. Сюзор. Поддержали: кн. М. С. Путятин, А.В. Щусев, В. А. Покровский и прочие члены комиссии Допетровского музея.* [Допетровский музей искусства и быта основан в Петербурге Н.К. Рерихом в 1909 г. - примеч. ред. газеты]

И вот юный Допетровский музей мог на своём щите прежде всего, вписать: 'Раскопка в новгородском Кремле'.

Сложилось начало большого дела, в нём будет место многим работникам и многим рублям, многим препятствиям и многим победам.

К нашему делу присоединилось и военно-историческое общество и уделило пятьсот рублей на обмеры башен и стен южной части Детинца. Особенно постарался за Новгород секретарь отдела военной археологии Н.М. Печёнкин.

Было решено приступить к Новгороду немедля. Начать исследование Кремля, и для сравнения культурных слоёв произвести разведки на Рюриковом Городище.

Для начала не обошлось без помех. Не подождав нашу раскопку, Новгородская городская управа наковыряла ям на месте, ею же отведённом для исследования. Архивная комиссия и губернатор знали об этом, но почему-то спешно не воспрепятствовали, как следовало бы. Приезжал член археологической комиссии Б. Фармаковский, возмутился действиями управы и архивной комиссии и доложил в Петербург. Археологическая комиссия потребовала предать суду нежданных копателей. Новгородское общество любителей древности не нашлось немедля протестовать против действий управы. Вообще, любезностью и тороватостью новгородцы не отличались. Произошла путаница.

Только стараниями разных учёных обществ нелепое постановление Думы было отменено.

Пока шла неразбериха с ямами, накопанными управой, мы с Н. Е. Макаренком, секретарём Допетровского музея, поехали для разведок на Рюриково Городище. Остановились в церковном училище наискось от жирных стен Юрьева монастыря. Где-то в этих местах Аристотель Фиораванти навёл через Волхов мост для Ивана Грозного, стоявшего на Городище.

Кроме исконного поселения, на Городище долгое время жили новгородские князья со своими семьями. Московские князья и цари часто тоже стояли на Городище, хотя иногда разбивали ставки и на [Шаровище], где теперь Сельцо, что подле Нередицы. Княжеские терема оставались на Городище долго. Вероятно, дворец на Городище, подаренный Петром I Меньшикову, и был одним из старых велико-княжеских теремов.

Богатое место Городище! Кругом синие, заманчивые дали. Темнеет Ильмень. За Волховом - Юрьев и бывший Аркажский монастырь. Правее сверкает глава Софии и коричневой лентой изогнулся Кремль. На Торговой стороне белеют все храмы, что 'кустом стоят'. Виднеются - Лядка, Волотово, Кириллов монастырь, Нередица, Сельцо, Сковородский монастырь, Никола на Липне, за лесом синеет Бронница. Всё, как на блюдечке за золотым яблочком.
Озираемся с бугра, на котором стоит высокий крест. Зовётся место 'Никола'. Среди храмов Городища упоминается Никольская церковь, сгоревшая в 1201 г. 'от грома'.

Исследуем бугор и действительно находим основание небольшой деревянной сгоревшей церкви, но существовала она, видимо, и в XVIII веке. Вещи сплавились. Осталась белая смазка пола, как в Нередице, и гончарные плиточки довольно тонкого обжига.

Из пяти церквей, известных на Городище по летописям, теперь сохранилась лишь одна Благовещенская, построенная в 1099 году Мстиславом Великим, сыном Мономаха. В этом храме находилось знаменитое Мстиславово Евангелие. От прочих храмов, от всех теремов ничего не осталось. Даже и развалин не видно. Только в крутых обрывах по Волхову пестреют известь и кирпичи. Явно, что какие-то строения смыты бешеной во время ледохода рекой. Предположения оправдываются. В ризнице церкви находим план Городища 1780 года. На плане видно, что за столетие с небольшим Волхов, изменяя своё течение, оторвал около 12-ти саженей высокого берега. Насколько же раньше выступало вперёд Городище! В Волхове покоятся и терема и часть храмов. Словом, вся лучшая часть поселения - всё, что стояло на видных, передовых местах. Теперь понятно, почему главную массу старинных предметов находят не на берегу, а весной внизу, подле самой воды. Из-под берегов к нам несут местные находки: браслеты, обломки вислых печатей, бусы, черепки и металлические поделки. Нам ясна толщина жилого слоя и гибель лучшей части Городища; пора спешить в Кремль.

Кремль много раз перестраивался. Начат каменный Кремль при Ярославе. Сильно перестроен и достроен при Андрее (сыне Александра Невского) и при Иване III. Возобновлены были стены при Петре I и при Александре I, и, наконец, часть рухнувшей стены была спешно вновь сложена накануне освящения памятника Тысячелетия. Ещё не так давно в башнях были жилые помещения, но теперь почти все башни необитаемы. В высоком Кукуе выломаны лестницы. Княжая Башня держится только на 'честном слове'. В Архивной башне весь архив завален помётом. Вообще, Кремль новгородцам, видимо, представляется отхожим местом. Все башни грозят падением. Нужны многие тысячи, чтобы не заткнуть, а только починить их. И здесь наши отцы, полные отрицания старины, оставили нам плохое наследие.

Вся южная часть Детинца теперь занята огородами. Прежде здесь стояли многие строения и до 20-ти церквей. Здесь же проходило несколько улиц и главная улица Кремля Пискупля. Где-то возле Пискупли стоял храм св. Бориса и Глеба, поставленный на месте древней, сгоревшей Софии. На этих же огородах были все княжие постройки и самые терема. Как известно, Княжая Башня вела на Княжий Двор.

Трудно всё это представить, глядя на пустырь. Не верится старинным изображениям Кремля, не верится рисункам иноземных гостей. На планах сравнительно недавних (XVIII в.) ещё значатся на месте огорода какие-то квадраты зданий. Куда это всё девалось?

Каким образом прочные старинные стены, трубы, фундаменты изгладились совершенно? Когда каменные кладки превратились в гладкий огород? Неразрешимые вопросы.

Стоим на пустыре среди мирной капусты. Мечтаем о былом виде Детинца. Всячески комбинируются исторические справки. Говорится много предположений. Ясно, что на первую тысячу мы не можем вскрыть многое. Хочется захватить по-удобнее, повернее. Наконец, избирается место для длинной траншеи в местности Кукуя и Княжей Башни. По догадкам, здесь мы должны затронуть какие-либо постройки Княжого Двора. Конечно, ещё лучше было бы место под домами причта, но оно было застроено без всяких исследований. Место с ямами, накопанными управой, конечно, решено не трогать.

Начинаем копать.

Ниже наносного огородного слоя очень близко от поверхности земли уже показываются обломки всяких строительных материалов. Куски кирпича, цветные изразцы, части слюды, гвозди и скобы Черепки из верхних слоёв относятся к недавнему времени, не глубже XVI в. Становится очевидным, что слои не тронуты.

Любопытная картина начинается ниже второго аршина. В разных частях траншеи вылезают деревянные срубы. Основы каких-то многочисленных, густо стоявших построек. Поперёк траншеи, направлением на Кукуй, обнаруживается длинный помост из тёсаных брёвен. Может быть, деревянное покрытие улицы. Конечно, окончания его неизвестны. Срубы прямо нагромоздились один на другой. Между ними какие-то перемычки из вбитых стоймя брёвен. Продолжения строений заманчиво далеко идут за стенки траншеи. Но нам нельзя развлекаться случайною стенкою, нам нужно дойти до материка, чтобы прорезать все наслоения. Вещи становятся интереснее. Гребни, ложки, кадушки, кресала, ножи, горшки...

Уже начался древний деревянный Новгород, о котором мы знаем так мало. Очевидно, мы находимся где-то на Княжом Дворе, не раз уничтоженном пожарами. Не успевает один слой строений быть снятым и обмеренным, как за ним вслед вылезает следующий.

Траншея приобретает фантастический вид. Оба бока наполнены уходящими в стенки брёвнами. Тёсаными и круглыми. Где высунулся помост. Где какой-то глубокий срубик, аршина полтора размером. Где наискось торчит угол, срубленный в лапу. Чем глубже, тем дерево становится всё твёрже, и сквозь черноту земли под лопатою сквозит светлое тело бревна.

Главная, предчувствованная нами, задача разрешена. Жилые слои Кремля не перекопаны. В пустующей южной части Кремля при достаточных средствах можно раскрыть всё распределение зданий и улиц.

Осторожно двигаемся глубже. Рабочим неудобно выбирать землю среди нагромождений дерева. Странно, каким путём громоздились постройки друг на друга, нарастая в слой 5-6 аршин. По черепкам можно думать, что мы в XII - XIII веке. Горшки попадаются такие же, как под Смоленском, в славном варяжском Гнёздове.

Кажется, что Новгород зашевелился; кто-то его пытается пробудить.

Но радость недолгая, по крайней мере, для нашей партии. Деньги уплывают. На новгородцев надежды нет. Скоро придётся отложить работу до новых средств.

О новой траншее уже и не думаем, хотя места для неё так и напрашиваются. Всеми участниками овладела одна мысль: хоть бы до материка дойти. Напряжённо следим за каждым новым ударом лопаты.

Уже спустились на шестой аршин. Срубы не прекращаются. Вещи идут уже из XII - XI веков.

Из боков траншеи уже просачивается вода. Каждое утро приходится её откачивать ведрами. В сырой земле трудно и неприятно работать. Поэтому появление материка приветствуется одинаково и нами, и рабочими.

Материк показался на глубине 6 аршин 5 вершков. Подчищаем яму и подводим итоги.

Ожидание нас не обмануло. Если год тому назад я писал только по догадке, что Великий Новгород лежит под землёй нетронутым, то теперь могу это повторить уже на деле.

В Кремле культурный слой невредим и ждёт исследователей. В толщине от 4-х до 7-ми аршин. Кремль насыщен всякими строениями разных веков.

Надо уезжать. Открытую траншею пробуем передать в ведение предварительного комитета будущего археологического съезда, но председатель комитета, местный губернатор, оказался не в силах охранить нашу раскопку до съезда. Придётся тратить последние деньги ещё на засыпку, а съезду нельзя будет представить картину напластований Кремля. Жаль.

На прощанье ещё раз осматриваем несколько пригородных древних мест - Волотово, Ковалёво, Холопий Городок, Лисичью Гору, Вяжищкий монастырь. На всех местах могут быть интересные исследования. В Ковалёве и на Лисичьей Горе ещё вполне видны внушительные монастырские очертания. Но для этих работ нужны большие деньги. Так же как и на поддержание Вяжищкого монастыря.

О Вяжищком монастыре мало знают. Благодаря отвратительной дороге, мало кто его посещает. Но сам монастырь достоин большого внимания.
Не сусальный великан, как Юрьев монастырь. Не пограничный терпелец, как Псково-Печерский. Не суровый печальник, как Валдайско-Иверский, Вяжищкий монастырь особенный. Одинокая дорога по непроездным вяжищам упирается в монастырь. Около, на поляне, деревушка. Кругом леса и болота. Дальше и дороги нет.

В марте будущего года монастырь будет праздновать своё пятисотлетие. Жаль, если ему придётся справлять праздник в таком же запущенном виде, как сейчас. Вновь назначенный архимандрит о. Вячеслав с первого дня приезда начал подчищать 'нажитые слои'. Но денег мало, и задача о. Вячеслава трудна.

Хотя отдельные помещения монастыря ещё относятся к XVI веку, но общий вид его надо считать Никоновским. При Никоне монастырь обстроился, насчитывал несколько сот монахов, а главное - изукрасился отличными изразцами. Теперь грустно видеть, как обширное хозяйство монастырское обеднело, здания дают трещины, украшения падают. Надо думать что о. Вячеславу удастся найти средства поддержать обитель.

Не в далёких пустынях, не за высокими горами всё, всё полно находок, всё ждёт работников, всё нуждается в помощи, а здесь, между нами, в трёх, четырёх часах езды из средоточия страны. Да и обеднел-то не какой-нибудь проходимец, а сам Господин Великий Новгород.

Теперь о старине принято говорить. К старине потянулись. За два последних года в одном Петербурге создалось три общества любителей старины. Музей старого Петербурга. Допетровский музей искусства быта, Общество охранения памятников старины, поставившее себе первую отличную задачу - хорошо восстановить и поддержать историческое село Грузино.

Сейчас о старине столько пишут, что нам, поднимавшим это движение, даже страшно становится.

Уж не мода ли это? Просто случайная, скоро проходящая мода? Или это следствие культурности?

Только будущее даст верный приговор. Только оно укажет, кто из каких целей занимался стариной.

Одно - пустой, ненужный разговор. Совершенно другое - дело, требующее знаний, труда, затрат и любви.

Пока будем надеяться, что к старине общество пошло путём искренности и восхищения, живым путём изучения старины для ступеней будущего творчества.
Научаемся верить, что:
'Не знающий прошлого не может думать о будущем'.

Русское слово (Москва). 1910. 7/20 октября. ? 230.
(Черновые записи очерка хранятся в ОР ГТГ, ф. 44/44, л.л. 30-32.)
__________________________________________________________


ВЕЛИКИЙ НОВГОРОД

- 'Бояху-бо ся звериного их нрава', - замечает о новгородцах Никоновская летопись.

Боялись князья идти управлять сильными, непокойными ильменцами.
Но напророчила Марфа Посадница. Стал Великий Новгород самым скромным, самым тихим из русских городов.
Притаился.
Скрыл свой прежний лик. Никто не представит себе, как тянулся великий, пёстрый, шумный Ганзейский город на вёрсты до Юрьевского монастыря, до Нередицы, до Лядки. Никто не признает жилым местом пустые бугры и низины, сейчас охватившие Новгород.

Даже невозможно представить, чтобы когда-нибудь новгородцы:
- 'Были обладателями всего Поморья и до Ледовитаго моря и по великим рекам Печоры и Выми и по высоким непроходимым горам во стране, зовомой Сибирь, по великой реке Оби и до устья Беловодныя реки: тамо бо беруще звери дики, серечь соболи'.

Трудно поверить, как ходили новгородцы до моря Хвалынского (Каспийского) и до моря Венецийского.

Невообразимо широк был захват новгородских 'молодых людей'. Молодая вольница беспрерывно дерзала и стремилась. Успех вольницы был успехом всего великого города. В случае неудачи старейшинам срама не было, так как бродили люди 'молодшие'. Мудро!
Но везде, где было что-нибудь замечательное, успели побывать новгородцы. Отовсюду всё ценное несли они в новгородскую скрыню. Хранили. Прятали крепко.
Может быть, эти клады про нас захоронены.

В самом Новгороде, в каждом бугре, косогоре, в каждом смыве сквозит бесконечно далёкая обширная жизнь.
Чёрная земля насыщена углями, черепками, кусками камня и кирпича всех веков, обломками изразцов и всякими металлическими остатками.
Проходя по улицам и переулкам города, можно из-под ноги поднять и черепок X - XII века, и кусок старовенецианской смальтовой бусы, и монетку, и крестик, и обломок свинцовой печати...

Глядя на жирные пласты прошлых эпох, не кажется преувеличенным сообщение В. Передольского, что жилой слой новгородской почвы превышает семь саженей.
Вы идёте по безграничному кладбищу. Старое, изжитое место. Священное, но ненужное для жизни.
Всякая современная жизнь на таком священном Кургане кажется неуместной, и, может быть, не случайно сейчас глубоко усыплён временем
Великий Новгород.

Пора серьёзно опять обратиться к старому Новгороду.
Обстоятельства создают и собирателей. Но их мало.
Собрание Передольского с его широкими, но путаными замыслами лежит под спудом, а между тем оно важно для Новгорода так же, как собрание Плюшкина близко Пскову.
Да оно и много лучше собрания Плюшкина.

Следует помогать таким собирателям. Но не хватит у города находчивости из этих собраний сделать продолжение своего расхищенного музея.
Поймут ли 'отцы города', что в их руках сейчас не рыбное, не лесное, не хлебное дело, а единственное подлинное сокровище - былое Новгорода со всеми его останками?

В 1911 году Великий Новгород будет праздничным.
После долгих сомнений справедливо решено собрать и Новгороде археологический съезд.
Во главе съезда опять будет отзывчивая гр. П. С. Уварова. Она умеет поднять людей, умеет и взять дело пошире. В ней есть то, чем 'любитель' часто одолевает 'специалистов'. Ко времени съезда Новгороду придётся показать многое из того, что скрыто сейчас.

Моё предложение образовать музей допетровского искусства и открыть всероссийскую подписку на исследование Новгорода, древнейших городов русских было встречено очень многими сочувственно.

Мне кажется, не откладывая, следует всеми силами начать собирать средства.

Находки из этих исследований, - а их будет огромное количество, - должны поступить в музей допетровского искусства и быта. Как ни странно; но до сих пор в столице нет многоцельного историко-бытового музея.

Отдельные находки сосредоточены в Эрмитаже, в археологическом обществе и археологическом институте. Небольшие отделы находятся в Академии наук, в артиллерийском музее, в хранилищах университета, но всё это разрознено, часто трудно доступно.

Нужен в Петербурге музей, равный по значению московскому Историческому. И России, где находки ещё только начинают выявляться, следует подумать о материалах для такого хранилища. Конечно, начнём с Новгорода и Киева.

Несколько обществ, несколько издательств могут приняться за это большое культурное дело.
В первую голову принялось за дело исследования городов общество архитекторов-художников, которое собирается в Академии Художеств в Петербурге. И это правильно.

Вот почему. Во-первых, исследование городов должно быть ближе всего зодчим. Они творцы лица государства.
Зодчим поручается многое в укладе нашей жизни - велико должно быть к ним и доверие.
Именно зодчим должны быть ведомы условия нарастания городов. Они больше других должны чувствовать всю захороненную житейскую мудрость прежних устройств.

Строительная молодёжь, которая собирается вокруг общества архитекторов-художников, будет крепнуть на таких исторических изысканиях, развивая свой вкус и опыт для нового творчества.

Во-вторых, общество архитекторов-художников молодо. Пока - вне всяких скучных запретительных традиций. Общество быстро развивается и не боится новых дел. В общество охотно идут, и таким путём складывается кадр многосторонний, пригодный для крупных начинаний.

Молодому обществу удалось уже многое спасти, многое выяснить. Зоркие молодые глаза усмотрели уже много вандализмов и громко указали на них.
Обществу покровительствует Великая Княгиня Мария Павловна, новый президент Академии Художеств. Великая Княгиня с большим рвением занялась новой работой. Она окажет самое горячее покровительство широкому общегосударственному делу, близкому каждому любителю искусства и старины.

Следует начать подписку. Помощь будет.

Уже в 1911 году к съезду работа может дать первые результаты.
В конце июля Комиссия Допетровского музея начёт раскопку южной стороны Детинца, где стояли княжий терема, а также пять старых храмов. В то же время возможна раскопка и на старом городище, где долгое время жили княжьи семьи.

Люблю новгородский край. Люблю всё в нём скрытое. Всё, что покоится тут же, среди нас.
Для чего не надо ездить на далёкие окраины: не нужно в дальних пустынях искать, когда бездны ещё не открыты в срединной части нашей земли. По новгородскому краю всё прошло.
Прошло всё отважное, прошло всё культурное, прошло всё верящее в себя. Бездны нераскрытые! Даже трудно избрать, с чего начать поиски.

Слишком много со всех сторон очевидного. Чему дать первенство? Упорядочению церквей, нахождению старых зданий, раскопкам в городе или под городом в самых древних местах?

Наиболее влекут воображение подлинный вид церквей и раскопка древнейших мест, где каждый удар лопаты может дать великолепное открытие.

На рюриковском городище, месте древнейшего поселения, где впоследствии всегда жили князья с семьями, всё полно находок. На огородах из берегов беспрестанно выпадают разнообразные предметы, от новейших до вещей каменного века включительно.

Чувствуется, как после обширного поселения каменного века на низменных Коломцах при впадении Волкова в Ильмень, жизнь разрасталась по более высоким буграм через Городище, Нередицу, Лядку - до Новгорода.

На Городище, может быть, найдутся остатки княжьих теремов и основания церквей, из которых лишь сохранилась одна церковь, построенная Мстиславом Владимировичем.

Какие поучительные таблицы наслоений жизни может дать исследование такого старинного места. Обидно, когда такие находки разбегаются по случайным рукам.

Кроме Городища целый ряд пригородных урочищ спорит о древности своего происхождения.
Коломны (откуда Передольский добыл много вещей каменного века), Лядка, Липна, Нередица, Сельцо, Раком (бывший дворец Ярослава), Мигра, Зверинцы, Вяжищи, Радятина, Холопий городок, Соколья Гора, Волотово, Лисичья Гора, Ковалёво и многие другие урочища и погосты ждут своего исследователя.

Но не только летописные и легендарные урочища полны находок.
Прежде всего, повторяю, сам город полон ими. Если мы не знаем, чем были заняты пустынные бугры, по которым, несомненно, прежде тянулось жильё, то в пределах существующего города известны многие места, которые могли оставить о себе память.
Ярославле Дворище (1030 г.), Пятрятино Дворище, Двор Немецкий, Двор Плесковский, два Готских Двора, Княжий Двор, Гридница Питейная, Клеймяные Сени, Дворы Посадника и Тысяцкого, Великий Ряд, Судебная Палата, Иноверческие ропаты (часовни), Владычни и Княжьи житницы, наконец, дворы больших бояр и служилых людей - все эти места, указанные летописцами, не могли исчезнуть совсем бесследно.

На этих же местах внизу лежит и целый быт долетописного времени.
Всё это не исследовано.

Дико сказать, но даже Детинец новгородский и тот неисследован, кроме случайных хозяйственных раскопок.

Между тем Детинец весьма замечателен. Настоящий его вид не многого стоит. Слишком всё перестроено.

Но следует помнить, что место Детинца очень древнее, и площадь его, где в вечном поединке стояли Княж-Двор, и с Владычной стороны св. София видела слишком многое.

Уже в 1044 году мы имеем летописные сведения о каменном Детинце. Юго-западная часть выстроена князем Ярославом, а северо-восточная - его сыном св. Владимиром Ярославичем. Хорошие, культурные князья! От них не могло не остаться каких-либо прекрасных находок.

Словом, огромный новгородский курган не раскопан. Можете начать его, откуда хотите, откуда удобнее, откуда более по средствам и силам.
Хотите ли заняться восстановлением церквей? У вас тоже есть всюду работа, так как в каждой старой церкви что-нибудь нужно во имя искусства исправить.

Возьмём, что легко вспомнить.
Красивая церковь Петра и Павла на Софийской стороне испорчена отвратительной деревянной пристройкой. Уровень храма был на целый этаж ниже. На стенах, несомненно, были фрески.

В церкви Фёдора Стратилата у Ручья замазаны фрески. Их следует открыть.
В Николо-Дворищенском соборе на стенах совершенно непристойная живопись. Были фрески: вероятно что-нибудь от них сохранилось.

У Фёдора Стратилата на Софийской стороне замазаны цветные изразцы.
В Благовещенской церкви на Рюриковом Городище фрески далеко не исследованы.

Также не исследованы вполне стенописи в Волотове и Ковалёве. В Ковалёве ясно видны три слоя живописи. На них нижний слой, конечно, наиболее интересен.

Можно привести длинный список всего, что нужно исправить в церковной старине Новгорода.
Длинен мог бы быть и список непоправимого.
Умерло многое уже на наших глазах.

Под непристойной работой Сафоновской артели стоит Софийский храм. Приезжие иностранцы недоумевают о такой невообразимой для первоклассного собора росписи. Чуждыми и странными кажутся случайно сохранившиеся ещё иконостасы и отдельные иконы.

Без горести нельзя вспомнить о погибшей внешности Нередицкого Спаса.
Сиротливо стоит Новгородская глава на новых византийских плечах. Нелепы византийские формы при глубоко ушедших в землю фундаментах. Нестерпимо сухи вновь пройденные карнизы и углы.

Смотрю на Спаса и ещё раз мысленно говорю Покрышкину, что он сделал со Спасом прескверное дело. Поступил не по-христиански.

На собрании общества архитекторов-художников после моего доклада о Спасе Покрышкин только сказал: 'дело вкуса'.

Он прав. Ничего другого ему сказать не оставалось. И на это сказать тоже нечего. Странный бедный вкус!
В середине Спаса теперь часто копошатся художники.
Зарисовывают.

Вспоминаю, что во время моих первых поездок по старой Руси не встречалось так много работающих над стариной.
Значит, интерес растёт. Наконец-то!

Случайная встреча ещё раз подсказывает, что в Новгороде искать надо.
Ехали мы на Коломец к Ильменю.
От Юрьевского скита закрепчал 'боковик'. Зачихала вода по бортам. Перекинуло волну. Залило.

Затрепетала городская лодка. Подозвали мы тяжёлую рыбачью ладью, в ней пошли на Коломец.
Старик рыбак держал рулевое весло. За парусом сидела дочка. На медном лице сияли белые зубы.
Спросили её:
- Сколько лет тебе?
- А почём знаю.
- Да неужели не знаешь. Ну-ко, вспомни. Подумай!
- Не знаю, да, верно, уже больше двадцати.

И сидели рыбаки, крепкие. Такие помирают, но не болеют.
На Коломце скоро заторопил старик обратно:
- А то, слышь, уеду! Лодки-то сильно бьёт! Заспешили. Забрались на рыбачью корму, но городская лодка с копальщиками не сходила с берега.
Трое гребцов не могли тронуть её.
- Али помочь вам? Садитесь вы все! - пошла по глубокой воде дюжая новгородка.
Взялась за лодку и со всеми гребцами легко проводила в глубину. С воды прямо взобралась на корму. Сущая Марфа Посадница.
А рядом, на высокой корме, сидел её старик. Суховатый орлиный нос. Острые запавшие глаза. Тонкие губы. Борода - на два больших кудряша. И смотрел на волны зорко. Одолеть и казнить их собрался.
Сущий Иван Грозный.

Марфа Посадница, Иван Грозный! Всё перепуталось, и стала встреча с диковатыми рыбаками почему-то нужной среди впечатлений.
Такой народ ещё живёт по озёрам. Редко бывает в городе. Так же, как земля, умеет он хранить слова о старине. Так же, как в земле, трудно узнать, откуда и с чего начать с этим народом.

Везде нетронуто. Всюду заманчивые пути творчества. Всегда богатые находки.

Придут потом другие. Найдут новые пути. Лучшие приближения. Но никто не скажет, что искали мы на пустых местах. Стоит работать.

[1910]

Н.К. Рерих. Собрание сочинений. т. 1.
________________________________



9 октября 1910 г. Париж.
ПИСЬМО С.П. Дягилева к Рериху Н.К.

Милый друг, Николай Константинович!
Предполагая весною ставить в Париже 'Садко', обращаюсь к тебе с просьбою взять на себя исполнение 2-й картины этой оперы - Ильмень озеро - костюмы и декорацию.

Вижу это действие в твоих красках, с очень русским лесным зелёным пейзажем, непременно с соснами и елями, а не с хорошенькими 'поэтичными' деревцами, как у нас принято изображать.
На фоне озера, окаймлённого твоим глубоким зелёным лесом, - белые, холщёвые русалки, простые и характерные, будут прелестны.

Пишу тебе это заранее, чтобы ты мог выкроить несколько времени для этой срочной работы.
Надеюсь, что ты не откажешь мне в твоей дружеской помощи, и через десять дней лично потолкую с тобой в Петербурге о деталях этого интересного дела.

Жму твою руку, до скорого свидания.
Сергей Дягилев.

P. S. Как досадно, что Стравинский не поспеет к весне с балетом, но ce qui est remis n'est pas perdu.
__________________________________________________________________



17 октября 1910 г.

Хроника.
IV СЪЕЗД РУССКИХ ЗОДЧИХ.

В 1892 году был созван I-й съезд русских зодчих в Петербурге; через три года, в 1895 году состоялся в Москве II-ой съезд и в 1900 году, опять в Петербурге, - III-й съезд. О громадных успехах этих трёх съездов свидетельствуют те тома "трудов" съездов, в которых отразилась их деятельность/ <...>

В соединённом заседании 1-го марта т.г. и выработаны были главные основания для созыва IV-го всероссийского съезда зодчих.
Созвать съезд предположено на декабрь 1910 г. или на январь 1911 г.; местом съезда намечен Петербург <...>

После состоявшихся в собраниях обоих обществ выборов членов в состав организационного комитета, таковой был окончательно сформирован из следующих лиц: от императорского СПб. Общества архитекторов - И.С. Китнер, В.В. Эвальд, М.С. Свержевский, Г.Д. Гримм, Д.А. Крыжановский, Р.Р. Бекер, А.И. фон Гоген, С.В. Беляев, П.П. Марсеру, Л.В. Шмеллинг, А.К. Павловский, Л.Н. Бенуа, А.И. Клейн, л.А. Ильин.
От общества архитекторов-художников - гр. П.Ю. Сюзор, В.С. Карпович, Н.К. Рерих, М.С. Лялевич, Н.П. Козлов, Б.Н. Николаев, В.Л. Владыкин, А.А. Грубе, А.А. Стаборовский, Н.Н. Крамаренко, А.Е. Элкин, Е.Е. фон Баумгартен, А.Л. Лишневский, М.М. Перетяткович...

Зодчий. 1910. 17 октября. ? 42.
__________________________


18 октября 1910 г.
Таврическая 3в кв. 23
А. Ремизов

Глубокоуважаемый и дорогой НИКОЛАЙ КОНСТАНТИНОВИЧ!
Всё к Вам собирался и не мог: столько подошло всякого дела, едва успеваю. 'Шиповники' взялись издавать мои сочинения и должен я представить им до Рождества четыре тома, вот и сижу, всякую страницу пересматриваю, по строчкам хожу, всякую буковку перетряхиваю. Через два воскресенья самое трудное пройдет и я к Вам приду.

Теперь же хочу попросить Вас, напишите, пожалуйста, мне, что же случилось с картинами того художника молодого, о котором я писал Вам из Москвы - получил ли он премию или не получил. Художнику Константинов фамилия.
Всего Вам хорошего.

А. Ремизов
18 окт. 1910

Архив Музея-института семьи Рерихов в СПб. Мемориальное собрание С.С. Митусова, р. VIII, оп. 2, ? 308.
___________________________________________________


22 октября 1910 г.

IV СЪЕЗД РУССКИХ ЗОДЧИХ

В конце 1910 и начале 1911 г. Обществом архитекторов-художников устраивается одновременно с IV-м съездом зодчих, строительно-художественная выставка.
Цель её - ознакомить как съехавшихся со всех концов России членов съезда, так и публику, с развитием и успехами, достигнутыми за последнее десятилетие в строительной и архитектурно-художественной промышленности. <...>

Ближайшее заведывание выставкою возложено на комитет, в состав которого входят: П.П. Марсеру, Р.Ф. Мельцер, В.А. Покровский, Н.К. Рерих, В.С. Карпович и А.А. Стаборовский. За справками и разъяснениями просят обращаться к П.П. Марсеру (Больш. Конюшенная, 29), к Р.Ф. Мальцеру (Карповка, 27) и в канцелярию Общества архитекторов-художников (Академия художеств).

Зодчий. 1910. 24 октября ? 43.
****************************************************



НОЯБРЬ

21 ноября 1910 г.
Письмо Н.К. Рериха к И.Э. Грабарю

Конверт с адресом
Дата на штемпеле: Москва. 26.11.1910.

Москва. Овчинников пер. Дом Мещериной.
Его Высокородию
Игорю Эммануиловичу Грабарю.
____________________________________
.
Дорогой Игорь,
спасибо за письмо. Только что мы решили сделать первую выставку в СПб. Срок доставки 20 декабря. Сведения для каталога - к 10 Декабря. Так и сообщи московским членам. Таким способом выяснится, кто остался в Союзе, а кто с нами. Полагаю, что в середине Февраля будет легче подыскать в Москве помещение.

От души любуюсь Твоим изданием и радуюсь, что наконец русское искусство будет освещено по заслугам. Воображаю, сколько труда и времени берёт у Тебя эта работа! но результаты действительно блестящие.
Говорят, что в Августе Ты был в СПб., отчего не заглянул?
Жена шлёт привет.

Искренне Твой
Н. Рерих.
21. Нояб. 1910.

Отдел рукописей ГТГ, ф. 106/10113, 2 л.
__________________________________



ДЕКАБРЬ

27 декабря 1910 г. СПб.

ХУДОЖЕСТВЕННЫЕ ВКУСЫ ПЕТЕРБУРГА
(Беседа с академиком Н. К. Рерихом)

Об эволюции в художественных вкусах Петербурга я беседовал с академиком Н. К. Рерихом.

- Несомненно, что в художественных вкусах нашей столицы произошла какая-то эволюция. Если возьмём хотя бы последнее десятилетие, то и в течение этого краткого периода можно видеть несколько изменений.
Мы сразу же замечаем значительное отклонение в сторону 'модернизма', который быстро перешёл в дешёвку и сейчас под названием декадентства заканчивает свои дни по магазинам картин.
Взамен же этого отклонения к 'модернизму' наблюдаем новое и очень ценное движение общества под влиянием художественной группы, проникшейся искусством прежних веков и начавшей, наконец, серьёзно изучать историю искусств.
Под этим-то влиянием, за последнее время, и начали складываться более тонкие понимания и оценка искусства.

Не нужно бояться, что проникновение старым искусством должно нанести ущерб новейшему творчеству. Если мы будем смотреть не в узком понимании, а имея критерий искусства многих минувших веков, то тем самым и суждения об искусстве перестанут быть случайными, и общество в состоянии будет тогда разобраться в течениях искусства последнего времени.

Не подумайте, что я говорю это как археолог. Нет, только как художник, желающий из чудесных старых обломков сложить твёрдые ступени современного и будущего свободного творчества.
Поэтому-то и следует особенно приветствовать стремление к искусству, замечаемое теперь среди молодёжи.
Молодёжь, не только учащаяся, но и рабочая молодёжь уже давно так не стремилась в музеи и на выставки, как в настоящее время.
И если среди будущих деятелей жизни мы замечаем сейчас такую потребность в искусстве, то можем смело думать, что если не в нашем, то хоть в будущем поколении искусство и красота сделаются необходимыми для жизни.

Увы, и теперь можно в некоторых чиновных и даже довольно культурных домах встретить не только ужасные картины, но и самые пошлые олеографии. Всё это наследие многих наших отцов, которые, не в пример дедов и прадедов, начали было относиться к искусству обидно безразлично.
Что касается до аукционов, то, конечно, и на них часто можно заметить, как некультурные люди набивают цены за нехудожественную вещь, или, что ещё хуже, за ужасные золотые багетные рамы.
Но эта область уже вне сферы искусства, и художнику знать о ней и считаться с ней не приходится.

Повторяю, что приветствую молодёжь за её последние горячие стремления к искусству, ибо некультурность - самый страшный враг русской жизни, и только там, где кончается неосведомлённость, можно рассчитывать на справедливое и разумное отношение к пониманию искусства.

Капе

Петербургская газета. 1910. 24 декабря. ?353. С. 4.
____________________________________________



Н.К. Рерих.
НОВГОРОДСКИЕ СТЕНЫ
(1910. Отдельный оттиск доклада автора IV съезду русских зодчих).

Число погибших памятников искусства всё увеличивается, каждый год приносит новые жертвы. Оставшиеся ждут своей очереди. К числу наиболее цельных, грандиозных и сравнительно ещё сохранившихся памятников относятся городские кремли и детинцы. До сих пор они оставались неисследованными. Даже Московский Кремль, стоящий у всех на виду, по странному недоразумению, остался незамеченным, никем не замерен, и для его изучения не существует обмерных чертежей.

Новгородский кремль также мало исследован, хорошо не описан и не замерен, и теперь, заброшенный, одиноко разрушается, не видя поддержки. Лишь в этом году Императорское Военно-Историческое общество приступило к работам по обмеру Новгородского кремля. Обмеры же являются началом исследования. При переделках и ремонтах они необходимы и должны быть исполнены прежде всего.
 
  
 

Илл. 1. Вид южной части Новгородского кремля.

Кремль Новгородский заброшен. Башни и стены лишены всякого ухода и охраны. Беспрепятственно разрушают и растаскивают кладку и деревянные части башен. Все стены сплошь заросли кустами; даже осмотр их часто является невозможным, не говоря уже о вреде этих зарослей для самой кладки. Поражает особою ветхостью прясло северной части кремля и между башнями Кукуевской и Княжой, в южной части, где вся стена лишена крыши и поросла кустами. Нельзя не подчеркнуть вред от этих зарослей, между тем всё это легко устранимо.

О прошлом Новгородского кремля можно судить по изображениям его в церквах Знаменской, Михайловской, Флоро[лавр]ской и Хутынской. Эти изображения относятся к XVI и XVII векам. Знаменский план Новгорода относят к XVII веку, и некоторые считают его за копию с более древнего рисунка. Михайловское изображение Новгорода представляет один детинец с подробно нанесёнными постройками внутри его. К более ранним изображениям кремля относятся два рисунка - Флоролаврский и Хутынский. Первые три изображения плана Новгорода на иконах Знамения иконописного характера, [значения] не имеют и представляют материал для исторической географии. Лишь Хутынское изображение Новгорода представляет иконографический памятник, богатый и бытовым, и художественным содержанием, и может быть отнесён к XVII, довольно точно к XVI веку. Прочие изображения, ввиду не установленной хронологии их, приходится принимать с большой осторожностью. При восстановлении плана Новгорода до XVI века приходится прибегать исключительно к летописным памятникам.

По летописям первые упоминания о новгородском детинце относятся к 1044 году, когда детинец был окружён рвом и валом с деревянными стенами. Только в 1302 году появляются сведения о каменных башнях и стенах. Про-следить первые переделки кремля и установить их хронологию является почти невозможным. Известна лишь перестройка 1490 года.
 
  
 

Илл.2. Вид стены у Княжой башни..

Теперь Новгородский кремль носит следы переделок, произведённых Петром Великим. Это был крупный ремонт, изменивший вид стен и башен; произведён он был в силу военных соображений, для укрепления Новгорода против шведских войск. Характер всей стены и башен указывает на одновременную переделку всего кремля. Детали петровского времени Кукуевской башни, верхние карнизы и наличники дверных и оконных отверстий - сходны с профилями карнизов Покровской церкви в кремле, а время надстройки её может быть точно определено и относится тоже к петровскому времени. Из переделок за XIX век самой значительною является восстановление в южной части кремля стены, рухнувшей в 1862 году. Эту очень неудачную работу можно объяснить только крайней спешностью, с которой было застроено это прясло. Так, рисунок зубцов совсем не сохранён и не похож на зубцы, оставшиеся на старых пряслах. Все прочие ремонты значительными назваться не могут.
 
  
 

Илл. 3. Дворцовая башня.

Новгородский кремль расположен на правом берегу реки Волхова, на горе План его - слегка изогнутый эллипс (илл. 1). Он имеет в настоящее время 9 башен, из них 5 башен квадратного плана: Дворцовая, Княжая, Кукуевская, Покровская и Тюремная, ныне музей; 2 башни [имеют] план продолговатым треугольник, изогнутый по радиусу стены; бывшие ворота - Спасская и Владимирская и 2 круглые башни: Митрополичья и Фёдоровская.
 
  
 

Илл. 4. Княжая башня.

Судя по изображениям детинца на образах, существовали ещё четыре башни: 2 воротные - Воскресенская и Богородицкая, Борисо-Глебская башня, в южной части кремля, и Неревская в северной. 2 башни - Воскресенская и Богородицкая стояли на месте въездов Московского и Петербургского и служили воротами. Ныне воротами являются простые арки в стене Александровского времени. К югу от Богородицких ворот, или Московского въезда в кремль, идёт подновлённая в 1862 году стена. Часть арок этого прясла заделана, и помещение отведено под архив.
 
  
 

Илл. 5. Княжая башня. Вид из кремля.

Затем следует башня Дворцовая, в которой теперь также сохраняется архив.
Нельзя не упомянуть о странном состоянии этого архива - он разбросан по полу и покрыт грязью; между тем там могут быть какие-нибудь интересные данные для истории Новгорода. Помещается этот архив в двух этажах башни, третий замурован и входов не имеет. Снаружи фасад башни украшен тремя круглыми интересными окнами. Перекрыта она, как и другие, деревянной четырёхскатной крышей. От Дворцовой башни идёт старое прясло стены с башней Спасской, бывшими Псковскими воротами. В плане эта башня закруглена по тому же радиусу, как и стены.

Снаружи к башне пристроена каменная двухэтажная часовня "Живоносного Источника". Состояние башни самое безобразное: во всех стенах трещины, железные связи лопнули, штыри выгнулись. В верхнем этаже башни, в который можно проникнуть со стены, заметны остатки орнаментальной росписи, в виде розеток и кругов. Снаружи башня украшена поясом орнамента из кирпича в виде ёлки.
 
  
 

Илл. 6. Остатки раскопочных фундаментов пристройки у Княжей башни.

Следующая за Спасской - Княжая башня. Она служила ещё недавно помещением для склада Новгородскому гарнизонному батальону, теперь же все внутренние деревянные стены и лестницы полуразрушены и висят, еле держась. Башня четырёхэтажная, большинство окон замуровано. Раскопками этого года перед башней обнаружены остатки стен и фундаментом постройки к ней. Ввиду ветхости стен башни есть большие трещины - раскоп пришлось вести траншеей параллельно передней стене. Пристройка по ширине равнялась башне, выступая вперёд на 10 метров. Вход - против башни. Есть остатки пола из уложенного в ёлку кирпича. При раскопках найдены цветные изразцы и много железных бытовых предметов - петли, замки, ножи и гвозди. Углублять траншею нельзя было из-за слабых стен баш[ни], поэтому существование других фундаментов под этими не обнаружено; лишь сбоку, рядом с группою уложенных камней, оказались остатки деревянного настила. В соседних с Княжей башней пряслах находятся камеры в виде комнат, некоторые из них с опускными колодцами, ведущими наружу кремля.
 
  
 

Илл. 7. Кукуевская (Сторожевая) башня.

Далее, к северу, находится так называемая Сторожевая или Кукуевская башня, самая высокая в кремле, высота около 16 сажен. Башня имеет 7 этажей. Кладка из кирпича, нижние же 2 этажа, как и все стены и башни кремля лишь облицованы кирпичом, внутри же кладка из камней с плитой на известковом растворе. Это указывает на позднюю переделку, при которой первоначальные стены и башни, сложенные из камня и вероятно пришедшие в ветхость, были облицованы кирпичом для укрепления. Пример облицовки можно найти везде, так как во многих местах эта кирпичная кладка отстаёт и обваливается от каменной.

Кукуевская башня имеет до шестого этажа квадратный план, который переходит затем, при помощи парусов, в восьмиугольный шестого этажа, над которым, на купольном своде, стоит восьмиугольник седьмого этажа. Все этажи отделяются сводами, по которым были устроены кирпичные полы. Лестницы были все уничтожены, исключая одну каменную из пятого в шестой этаж. Оконные и дверные проёмы имеют кирпичные наличники очень чистой и правильной тёски и кладки. Вопрос, чем венчалась башня, зубцами или просто крышей, решить трудно. На старых рисунках встречаются иногда зубцы. Последнее предположение подтверждается и остатками зубцов на других башнях. Крайне интересна прежде существовавшая пристройка к Кукуевской башне. В 1891 году были исполнены обмеры остатков фундамента и поныне видимого здания перед башней. Очевидно, эта пристройка была довольно высока и доходила до 4-го этажа Кукуевской башни, так как на наружной стене башни есть остатки пят сводов и проёмы, ведущие из башни в пристройку. Проёмы эти - две большие арки - ныне заложены. На высоте первого этажа башни также есть остатки пят сводов пристройки. Интересно, что пяты сводов продолжаются и в соседних с башней пряслах. Вход в башню теперь через помещение в стене, из которого есть и опускной колодец наружу. При существовании пристройки вход в башню был, очевидно, через неё.
 
  
 

Илл. 8. Кукуевская башня. Боковая стена.
Илл. 9. Вид из кремля.

Далее, к северу идёт Покровская башня, где ныне помещается богадельня. Башня эта обезображена деревянными пристройками убежища. Рядом с ней стоит и Покровская церковь. Следующая [Тюремная] башня приспособлена для помещения музея и испорчена переделкой. Ранее там помещалась тюрьма и вокруг существовали многие пристройки. За архиерейскими домами находятся две круглые башни: Митрополичья и Фёдоровская, обе в крайне запущенном виде. Последняя башня - бывшие Владимировские ворота. В 1311 году за воротами была устроена церковь во имя Владимира архиепископом новгородским Давидом. Церковь эта была затем разрушена. Ныне к башне пристроена снаружи часовня, и ворота заделаны. Башня со стороны сада духовного училища имеет вид полуразрушенный и грозит обвалом.

Судя по изображениям детинца на иконах, во всех надворотных башнях существовали церкви; кроме этих церквей, было ещё 27, расположенных по кремлю. Теперь существует лишь 6, из коих церковь "Входа в Иерусалим" новой постройки. Из числа исчезнувших - знаменитый храм святых Бориса и Глеба выстроенный в 1173 году Садко Богатым. Находился он в южной стороне кремля и был, судя по рисунку, очень богатой и великолепной постройки. Погиб он окончательно во время шведского разорения.

Помимо церковных сооружений, в кремле было много гражданских построек, что подтвердилось и раскопками этого года, которые одни могут теперь выяснить план всего детинца со всеми постройками и разобрать хронологически наслоение времени. Свободного же места, т. е. незастроенного, в кремле ещё много, так как вся южная часть занята огородами. Поэтому особенно странной является мысль занять без всяких предварительных исследований эти места зданиями реального училища.
 
  
 

Илл. 10. Стена между Кукуевской и Княжой башнями.

Сам кремль Новгородский, башни его и стены дошли до такого состояния, когда всеми ясно чувствуется необходимость немедленных работ и мер к его сохранению. Я не говорю о капитальном ремонте - на это потребуются очень крупные суммы, для этого необходимы многие подготовительные работы, как обмеры, изготовление чертежей, что займёт много времени и потребует опять-таки большие средства. Я предполагаю мелкие работы, возможные в данное время, тем более, что ежегодно на это отпускаются определённые средства.
 
  
 

Илл. 11. Покровская башня.

Необходимы лишь внимание и желание помочь, и нужны знающие люди. Все те переделки и мелкие ремонты, которые сейчас ежегодно производятся в кремле, не приносят пользы никакой. Работы эти сводятся к забиванию дверей и окон в башнях ставнями и к подправке крыш, но все эти ставни снова paстаскиваются на дрова, при полном отсутствии всякой охраны и постоянного надзора за стенами. Даже заросли и кусты на стенах не уничтожаются и продолжают разрушать кладку.
Повторяю, что в данном случае необходимо лишь руководство знающих людей, и оно поможет сохранить ещё надолго один из самых интересных памятников.

Брошюра хранится в Российской Государственной библиотеке.
Публикуется по изданию: Петербургский Рериховский сборник. II-III. Самара. 'Агни'. 1999.
____________________________________________________________