Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
АВТОМОНОГРАФИЯ Н.К. РЕРИХА

191 г.
(июль - сентябрь)
**********************************************************************
 
СОДЕРЖАНИЕ

ИЮЛЬ
Н.К. Рерих. ЗАЩИТА СТАРИНЫ (25 июля 1912 г.)

АВГУСТ
ПИСЬМО Н.Е. Макаренко к Рериху Н. К. (21 августа 1912 г.)

СЕНТЯБРЬ
ПИСЬМО Н.Ф. Беляшевского к Рериху Н.К. (30 сентября 1912 г.)

*************************************************************************************


ИЮЛЬ

25 июля 1912 г.
ЗАЩИТА СТАРИНЫ

С удовольствием читал я в 'Русском слове' статью о необходимости охраны прекрасных мечетей Туркестана.

В одном только автор статьи был неправ. Он как бы сетовал на молодое Общество защиты и сохранения памятников старины и искусства за то, что оно не обратило внимание на печальное состояние мечетей. Общество защиты старины можно менее всего винить в небрежности.

Внимание было на них обращено, и мне известно, как стремилось Общество найти средства, чтобы сделать что-нибудь действительно существенное.

Конечно, по величине памятника нужны и средства, и одних 'казённых' средств мало, а частный почин в этом деле слаб, когда речь доходит до денежных знаков.

Кучка любителей искусства старины, собравшаяся в указанном Обществе, уже позаботилась и о других памятниках. Попечениями Общества поддерживается Ферапонтов монастырь, Общество хлопотало о судьбе Ильи Пророка в Ярославле и о Василии Блаженном.

Дело о Василии Блаженном стало на ноги, так как уже Высочайше назначена комиссия по реставрации этого замечательного памятника. Чем окончилось дело об Илье Пророке, - мне сейчас не известно, но хочу думать, что ярославцы не оставят погибать один из самых лучших своих храмов.

За средствами везде стоит дело. Внимания к старине чувствуется много, даже чересчур, когда защита старины становится просто модным разговором и граничит с легкомысленным любопытством.

Понятие о значении искусства и старины расходится даже в низших слоях. С одной стороны, это хорошо. После бессилия восьмидесятых годов значение искусства нужно восстановить хотя бы путём популярности. Но хочется, чтобы искусство, разойдясь среди толп, получило не ущерб, а новые возможности роста и укрепления.

Вера без дел мертва. Толпе, возлюбившей что-нибудь, легче всего единым духом поставить всенародное дело на твёрдое, обеспеченное основание. И если уж имеются опытные и любящие люди, то должны быть найдены и средства, которыми будут поддержаны наши прекрасные старики-памятники.

До сих пор мне кажется, что где-то кто-то не знает, какое лучшее применение дать своим крупным средствам. Истинно, красиво подумает он, вспомнив об искусстве, о старине. Разве не прекрасные задачи перед этим неизвестным, но непременно существующим лицом?

Василий Блаженный, Илья Пророк, Ферапонтов монастырь, мечети Туркестана - как всё внушительно и заманчиво!

Но кем-то всё ещё не услышаны наши голоса. Или не поняты. И теперь, летом, среди прекрасной природы, ещё раз вспомните о памятниках красивой старины.

Вы скажете, что я писал уже это. Правда ваша, писал и ещё напишу. И если жизни хватит - даст Бог, доживу, когда голоса наши дойдут по назначению.

Полюбите искусство и старину. Сохраните её. Из древних чудесных камней сложите ступени грядущего.

Николай Рерих

Русское Слово (Москва). 1912. 25 июля / 7 августа. ? 171.
__________________________________________________

Из древних чудесных камней сложите ступени грядущего...
 
  
 

Н.К. Рерих. Монастырь. 1910-е.
***************************************************************************


АВГУСТ

21 августа 1912 г.
ПИСЬМО Н.Е. Макаренко к Рериху Н.К.

Дорогой Николай Константинович!
Я-то Вас никогда не забывал, да и, сами знаете, не забуду.
Не раз пытался Вам писать и по поводу клада, и по другим вопросам, но как-то всё не выходило. Сегодня, вернувшись из вторичной поездки в Полтавскую губернию, я нашёл Ваше письмо и был пристыжен им.

Текущее лето так бестолково сложилось у меня, что и представить себе трудно. Зато клад, эх какой! Единственный в мире - без преувеличения скажу. Когда я смотрел его первый раз (в Полтаве), мне всё казалось, что я на опере Вагнера, гномов лишь не доставало - вместо них - губернаторский мундир.

Когда приедете в Петербург, вероятно он уже будет доступен для осмотра. Теперь он ещё хранится в банке. Золотые и серебр. вазы, блюда, кубки, мечи, браслеты, перстни, бляхи и пр. - целыми горами.

К большому для меня сожалению я едва ли буду в состоянии сообщить Вам желаемую справочку о картинах. Дело в том, что картины только теперь начинают развешивать, уже на стенах Рембрант, Ван-Дейк, Йорданс и испанцы, остальное всё ещё <'в свамсе'> и разобраться в них, чтобы найти какой-либо ?, надо потратить, пожалуй, не один день. Завтра я попытаюсь в этом, и если только помогут человеч. силы - найду, в противном случае придётся ждать до 'расчистки'.

С <Кро..ом> говорил после Вашего отъезда - всё ещё 'думает'. -
Если возможно, передайте Княгине, что в настоящее время наши эмалев[ые] и друг. предметы, с которых она желала иметь цветные снимки, уже водворены на места и съёмка их возможна. Пусть она тогда напишет Прокудину-Горскому, чтобы он начинал.

С конца июля хвораю - нога очень болела, теперь одолевает кашель. -
Что Вы надумали относительно Воскресных классов? Скоро, надеюсь, увидимся.
Передайте мой поклон Вашей жене и Кн. Тенишевой.

Искр. предан. Вам
Н. Макаренко
1912 авг. 21.

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/936, 2 л.
******************************************************


СЕНТЯБРЬ

30 сентября 1912 г. Киев.
ПИСЬМО Н.Ф. Беляшевского к Рериху Н.К.

30 / IX / 912 г. Киев
Многоуважаемый Николай Константинович,
Посылаю Вам квитанцию на 2 ящика с картинами. Картины были отправлены еще перед праздниками, адрес был на ящиках и, б. м. [быть может] Вы уже их получили.

Приношу сердечную благодарность за участие в выставке - благодаря такой поддержке Музей вышел из затруднительного положения, в какое был поставлен отказом устройства выставки 'Мира Искусств'.

Не откажите поддержать и на будущее время. Я же занят Музеем - сильно растёт дело, много новых планов и начинаний.
Образовав, <:> при Музее 'Комиссию Старого Киева' - нет ли у Вас и су-ществует ли программа или устав общ[ества] 'старого Петербурга'? Если есть - не откажите прислать.
Ps. Извините за грязное письмо - спешу.

Искренне преданный
Ник. Беляшевский

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/604, 2 л.
******************************************************************

Продолжение следует...