Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
АВТОМОНОГРАФИЯ Н.К. РЕРИХА

1922 г.
(сентябрь - октябрь)

***************************************
 
СОДЕРЖАНИЕ

СЕНТЯБРЬ
ПИСЬМО Ю.Н. Рериха к родителям (2 сентября 1922 г. Kreuznach)
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Шибаеву В.А. (4 сентября 1922 г. Нью-Йорк)
ПИСЬМО Н.К. Рериха к сотрудникам в Америке (6 сентября 1922 г.)
ПИСЬМО Ю.Н. Рериха к родителям (14 сентября 1922 г. Бонн)
КНИГА О ЖЕРТВЕ (21 сентября 1922 г.)
ПИСЬМО Ю.Н. Рериха к родителям (24 сентября 1922 г. Париж)
ПИСЬМО Ю.Н. Рериха к родителям (28 сентября 1922 г. Париж)
Н.К. Рерих. ПОМОЩНИКИ (1922 г.)

ОКТЯБРЬ.
ПИСЬМО Ю.Н. Рериха к родителям (1 октября 1922 г. Париж)
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рериху Юрию (5 октября 1922 г. Нью-Йорк)
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рериху Юрию (10 октября 1922 г. Нью-Йорк)
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Шибаеву В.А. (11 октября 1922 г. Нью-Йорк)
ПИСЬМО Е.И. Рерих к Рерих Ю.Н. (13, 17 октября 1922 г. Нью-Йорк)
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рериху Юрию (22 октября 1922 г. Чикаго)
ПИСЬМО Ю.Н. Рериха к родителям (23 октября 1922 г. Париж)
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рериху Юрию (30 октября 1922 г. Нью-Йорк)
ПИСЬМО Ю.Н. Рериха к родителям (30 октября 1922 г. Париж)
Н.К. Рерих. АДАМАНТ (1922 г.)

************************************************************************************


СЕНТЯБРЬ

2 сентября 1922 г. Kreuznach
ПИСЬМО Ю.Н. Рериха к родителям

6, Auguststrasse
Kreuznach
2 Сент. 22.

Дорогие Папа и Мама!
Как радостно было получить ваши два письма от 2-го и 8-го Авг. Надеюсь, что Вы теперь получили все мои письма из Парижа, Страсбурга и Wiesbaden'a. Остаюсь в Kreuznach до 12-го Сент., оттуда еду в Bonn, осмотреть Университет. Из Bonn'а направляемся в Кёльн, где постараюсь найти антиквара.

Сегодня пришёл первый транспорт книг Берлина (5 книг за 50 cents). Искал для Светы книги по театру, но здешние магазины ничего не имеют. Жду теперь по этому делу известий из Берлина.

Здесь в Kreuznach'е ужасно много русских. Заведующая книжным складом в Kreuznach'е - русская, в Hotel'ях - русские, в поезде - русские. Все друг друга боятся, и говорят на иностранных языках. В Bad Munster живёт какой-то Шидловский.

Пока всё время отдыхаю. Много сплю (11 1/2 - 12 часов), играю в теннис. Ездил в Wiesbaden'е верхом, но лошадь была такая кляча, что даже стыдно. Осматривал окрестные замки в горах. Вчера был в театре, приехала франц. труппа из Парижа 'Le vieux Colombier' ['Театр старой голубятни' (фр.) - ред.] Было довольно хорошо.

Интересных людей здесь нет. Ужасная всё кунсткамера, и сплошной водевиль. Продолжаю заниматься китайским языком. С этим письмом посылаю образец моей визитной карточки (всех званий поместить было нельзя). Надеюсь, что мамино здоровье вполне поправилось. Забота М.М. проявляется во всём. Например, мне нужен был для Парижа письменный стол. Купить его было трудно, и я решительно не знал, что делать. Вчера Жорж получил письмо от одного француза, в котором тот сообщает, что с удовольствием даст мне свой письменный стол (очень большой) без вознаграждения.

Приехал ли Света и Jim на Monhegan? Где Данилов?
Пока крепко вас всех целую.
Жорж посылает Вам любезный привет.
Юрик

Архив Музея Николая Рериха в Нью-Йорке
______________________________________



4 сентября 1922 г. Нью-Йорк.
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Шибаеву В.А.

Родной мой Яруя,
давно не имеем вестей от Вас, и как-то хочется послать Вам слово. Всё ли у Вас ладно? Чуется, что не всё. Но держитесь крепко. У нас много нового. Заварилось новое дело: 'Corona Mundi'1 International Art Exchange (тоже данное дело). Как и было указано, пришли новые люди. И сразу всё трудное стало легко.

Книгу, думаю, надо печатать в Берлине. Там Коган (Жар-птица) предлагает лучшие условия. Надо ли печатать, что книга в пользу нашей ложи? Может быть, как-то общее - без указаний. Лишь титул и год.

Имел я очень важные вести от Manziarly и от Alcion,a. Надо бы Вам как-нибудь с Manziarly познакомиться. По письмам - она очень замечательный человек, а главное, понимает путь красоты. Были Вам messages. Перепишу и пошлю отдельно.

Конечно, всем нам сложно и нелегко, но ведь и всё время трудное. И надо найти запас сил пережить эти годы. А ухищрения тёмных не малы. Столько покушений на всё доброе. Если бы не была дана большая задача, то трудно было бы противостоять.

Привет всем членам Ложи. Юрик уже в Париже, по адресу Шклявера. Крепко Вас целуем.
Душевно Ваш Н. Р.

312 West 54 Street Master Institute of United Arts. New York
4 сентября 1922.

Публикуется по: Н. К. Рерих, "Дерзайте!" Письма (1921-1925). Абакан. 2012.
_______________________________________________________________



6 сентября 1922 г.
ПИСЬМО Н.К. Рериха к сотрудникам в Нью-Йорке

6 сент. 1922.
Дорогие друзья, были так рады слышать, как Ояна пишет. Сейчас у нас был missage чрезвычайной важности: 'Хочу дать картинам Рериха исцеления болезней', и были преподаны некоторые условия пользования.
Указано сохранить эту тайну в пределах нашего кружка.

В Бостон мы приедем в воскресенье в 6 часов утра и выедем дальше дневным поездом. Думаем часов в 6 быть в N.Y. в Wellington'е.

Крепко целуем; сердечно рады быть вместе
Ваш Р/х

Архив Музея Николая Рериха в Нью-Йорке
_____________________________________


14 сентября 1922 г. Бонн.
ПИСЬМО Ю.Н. Рериха к родителям.

Hotel Monopol
Sternstrasse
Bonn
14. IX. 1922.

Дорогие Папа и Мама!
Вот уже почти месяц, как от вас нет писем. Получили ли вы мои письма из Plymont'a, Парижа и Германии? Поправилось ли здоровье Мамы?

В настоящее время нахожусь в Bonn'е, куда приехал со специальной целью закупить необходимые книги для зимней работы. Результаты превзошли все мои ожидания. Нашёл целый ряд необходимых книг по Индии, Китаю и Персии. К моему большому сожалению, для Светика книг ещё не нашёл. Были несколько книг по театру, но все воспоминания старых актёров, не представляющих большого интереса. Постараюсь поискать в Париже.

Завтра иду в Секретариат местного университета узнавать адрес проф. Jacobi, известного санскритиста, учителя проф. J.Woods'a.
Из Bonn'a числа 20-го с.м. выезжаем в Кёльн, где буду искать антиквара. Если найду его, то сообщу, что у него имеется.

Числа 23-го - 24-го Сент. вернусь в Париж, где начну исполнять все возложенные на меня поручения (два листа!). Занятия начинаются 14 Ноября, но уже в октябре будет много работы.

В понедельник в первых числах октября мне назначил свидание Проф. <Boge> по поводу моей bourse. Возможно, что я ещё получу 250 fr. в месяц от какой-то организации. Моё содержание мне будет обходиться у Шклявер 500 р. в месяц, включаю комнату, стол и прислугу.
Пишу Вам в Нью-Йорк, ибо думаю, что вы уже вернулись.

Please transmit my sincere greetings tu Jim Hull .
Целую Вас и Светку.
Любящий Вас
Юрик

Жорж посылает свой сердечный привет, пишите на 270 rue de Vaugirar, XV, Paris.
Пусть мама напишет Шкляверу. <Ему это доставит удовольствие.> Он очень ждёт.

Архив Музея Николая Рериха в Нью-Йорке.
_______________________________________



23 сентября 1922.
КНИГА О ЖЕРТВЕ

Какою силою утвердитесь?
Как достигнете исполнения Нашего дела?
Власть, Нами данною.
Мне ли говорить о власти?
Когда всё глупое и когда всё тщеславное к власти
устремляется.
Но Я говорю и утверждаю.
Но Наша Власть иная.
Наша Власть - Жертва.

Поясню немногими словами.

Когда Курновуу Правитель
Созидал Золотые Врата,
Он стремился во храм,
Но всё же донёс свою жертву.

Когда Соломон искал власть Красоты,
Когда символом Суламифи был показан символ
нечеловеческой правды,
Он всё же остался царём
И донёс свою жертву.

Когда духовный учитель Тибета Аллал-Минг
стремился в горы, где предстал ему Бог.
Он всё-таки остался в долине
И принял чашу.

Когда Шейх Россул-ибн-Рагим
Стремился передать власть сыну,
он всё же услышал голос
И отдал всё, чтобы дойти.

Когда Учитель Ориген отдавал
И телесное и духовное, лишь бы
Научить их последнему преданию Христа,
Он всё же сохранил тяготу Учительства.

Когда Сергий из Радонеги уклонился
От престола Митрополита,
Когда он стремился говорить со зверями,
он всё же остался строить дома общежитий,
И Он сохранил около себя учеников.

Когда Акбар, названный Великим,
Слагал камни единения церкви,
Душа Его стремилась под дерево Мудрости,
Где сходило Ему просветление.
Но Он всё же остался на ступенях трона.

Зная, что есть подвиг.
Зная, что есть власть - жертва.
Если, утверждая завоевание, произнесёте:
Господи, да минет меня чаша сия!
Значит, вы уже имеете право творить,
И дух ваш уже не сокрушим.

Запомните эту книгу о жертве,
Ибо она даст вам врата к завершению и готовности.

И будучи готовыми, вы знаете всё,
Ибо вам всё будет открыто, и принесено, и рассказано.
Но только откройте уши и запомните.
А главное, читайте и повторяйте,
Ибо часто оболочка ваша затемняет знание духа.

И глядя на суждённый пожар,
вы скажете: вот почему вчера я вынес вещи мои.
И глядя на молнию, вы преклоните голову,
Почитая веление Бога.

Я сказал и заповедал.
Храните.
ММ.

Записи Учения Живой Этики. М. 2008.
_________________________________



24 сентября 1922 г. Париж.
Письмо Ю.Н. Рериха к родителям

270, rue de Vaugerard
XV PARIS

24/ IX
Дорогие Папа и Мама!
Только что получил Папино письмо от 15 сент., с изложением первого поручения 'Corona Mundi'. Я думаю, что это прекрасный план, и что здесь на это пойдут с удовольствием. Поговорю с Голубевым, с которым повидаюсь на днях.

Только что сегодня вернулся из Кёльна, после довольно утомительного ночного путешествия и прохода трёх границ.

На днях напишу Вам большое письмо с изложением моих впечатлений о Германии.
Также вышлю Вам одну книгу о R. Steiner'e, в которой говорится о причинах его разрыва с Теософической Общ[иной]. Считаю, что нужно и это знать.
Папе купил несколько фотографий старых мастеров в Кёльнском Городск. Музее. Кёльнский собор произвёл на меня сильное впечатление. Кстати, должен сказать, что в Кёльнском Музее имеется картина, приписываемая Wouwerman'у, но я думаю, что это не Вауерман, а Van d. Velde. ибо характером своим страшно походит на нашего V. d. Velde.

Как здоровье Мамы? Что делает Света? Почему Вы не пишете, получили ли мои письма из Германии?
На будущей неделе отправляюсь к М-ме Манциарли.
Пока крепко вас всех целую,
Ваш любящий
Ю. Рерих

Архив Музея Николая Рериха в Нью-Йорке
_____________________________________



28 сентября 1922 г. Париж.
ПИСЬМО Ю.Н. Рериха к родителям.


270. rue de Vaugirard
Paris, XV
28. IX. 22.

Дорогие Папа и Мама!
Надеюсь, что Вы уже получили моё письмо от 24-го с.м. из Парижа, которое было написано по приезде в Париж. Все эти дни я страшно был занят. Заказал себе очень хороший костюм у хорошего портного (дешёвый костюм покупать нельзя). Вообще начинаю обмундировываться, а то я совсем износился.

В будущую Пятницу или Субботу пойду к М-ме Манциарли в <A...>. В Понедельник 1-го окт. иду к проф. Boyer говорить об условиях bourse. Повидаю также Голубева и кн. Тенишеву. Дела у меня очень много. Живу сейчас на бивуаке, ибо комната моя ещё не приведена в порядок.

Много хожу по Парижу. Был в Musee Guimet и Louvre. Папина картина висит в Люксембургском Музее. В Povillion Marsan ещё не был, ибо он был в тот день закрыт.

Вчера в 2 ч. ночи со мною произошёл странный случай, который я должен Вам описать. Проснувшись, я заметил, что вся комната наполнена розовым светом (хотя ставни были закрыты, и окна не было видно). Ясно был виден камин и книги на камине, подушки на постели и мелкие вещи на письменном столе. Это явление продолжалось около 8 минут и сильно меня изумило. Спросите М. М., что это могло бы значить.

Как здоровье Мамы? Что делает Света? Привет <Hull'у>.
Целую Вас крепко,
Любящий Вас
Ю. Рерих

P.S. Что произошло с Даниловым?
Пусть Мама напишет письмо М-ie <Cklever> хотя бы кратко и по-русски.

Архив Музея Николая Рериха в Нью-Йорке

********************************************************



ПОМОЩНИКИ

'Скажи, кто твои враги, и я скажу, кто ты есть'.
Друзья, любите ли вы врагов ваших?
Умейте 'гордиться' не только друзьями, но и врагами. Напрасно вы не любите врагов ваших. Вы должны их любить. Они такие старательные существа. Они так сильно трудятся для вас. Они знают о вас больше, чем вы сами знаете. В старательстве своём они вам приписывают такие тонкие выдумки. В их представлении вы делаетесь и всемогущим, и вездесущим. И часто враги помогают вам - вашим лучшим идеям. И удары врагов так часто дают вам новых, невидимых друзей.

Окончив свои 'дела', осмелевшие враги сядут в советы и митинги и будут без вас решать о вас. Но творчество жизни обернёт все их решения. Как Миме у Вагнера, милые враги не будут знать, что именно они говорят. Потом они придут с разъяснениями, но всё-таки врагами останутся. Пока не почувствуют удара искры-стрелы. Тогда, обедневшие, они делаются и осторожными, и зрячими. И бывает всё, как должно быть...

Враги часто сердятся. А кто гневается, тот уже бессилен и неопасен. Истощив крик свой, они стараются замолчать вас, но как приятна работа в молчании. И криком, и молчанием они полезны вам. Ах, милые враги, если бы вы иногда посмотрели, какой малюсенький человечек натравливает вас. Даже самые грубые сердца были бы сконфужены таким руководителем и союзником.
Я уже не говорю обо всём том, когда явные враги заставили вас осмотреться, проверить ваше знание и двинуться с новым упорством.

Да будут благословенны враги!
'Но почему вы занимаетесь врагами? Разве мало вам всех друзей ваших?' - спрашиваете вы. Конечно, я говорю не для себя и, может быть, не для вас. Но говорю я для младшего поколения. Оно часто не знает, как поступить с первыми врагами, и вместо простого перехода через реку нагромождает утёсы, теряя драгоценное творческое время. А ведь каждую минуту кто-то может быть научен и обрадован. Обрадован не деньгами, но радостью познания новых далей.

Ведь если бы весь мир возрадовался хотя бы на одну минуту, то все иерихонские стены тьмы пали бы немедленно. Но до радости мира ещё далеко.

Часто мы так твёрдо заучиваем что-нибудь, что если бы это было вовсе не так на самом деле, мы все равно стали бы настаивать на своём; вместо третьего глаза отказываемся от двух обычных.

Попробуйте на лесной дороге, опередив спутника, незаметно скрыться в чащу и пропустить его вперёд. Потом вы можете окликать его сзади, а он будет ускорять ход и будет слышать зов впереди. Ибо мозг его знает, что вы должны быть впереди.

Отчего люди не видят синюю лошадь или зелёное лицо? Потому что вопреки очевидности их связанный мозг знает то, чего нет на самом деле.

Сколько споров о жизни, о религии, о знании, о красоте породили связанные мозги. Связанные оковами школ-тюрем.

Вот и ваши враги так многое знают непреложно, что они даже помогут будущей культуре. Помогут для себя неожиданно.
Они ведь решили задавить вас своими 'великолепными' материальными достижениями и вещами. Они водрузили стандарт свой оконченной жизни, оконченной расы. В гордости сознания законченности они обрезали все 'ненужные' провода. Что значит 'бедный дух' перед мощью складов, набитых хотя бы гнилой мануфактурой? Враги уже готовы торжествовать и петь гимны своего отрицания.

Но происходит 'глупая' вещь. Кто-то не хочет взять их товары. Время портит их заготовки. А, по видимости, они не могут даже рядом лежать с изделиями самых древних эпох. И из-за груды хлама победоносно и неоспоримо покажутся лишь творения духа.

Взглянем на музеи нашей планеты хотя бы через одну тысячу лет. Что именно найдут потомки от наших дней - они, которые уже будут давно знать и атомическую энергию, и мощь гармонии? Книги, газеты, бумаги, ткани стали уже пылью. Цемент и железо уже давно превратились в труху. Все краски стали жёлтыми и серыми. Многие изваяния развалились. Остатки кладбищ стали местами убожества. И рядом с этим печальным ликом ещё останутся монолиты древних эпох, уже не однажды знающие, что такое тысячелетие.
Много изделий врагов ваших унесёт время. Правда, в битве очищения погибнут и некоторые друзья. Но те, которые поймут, что есть гармония, те сохранятся. Ибо они знают, что гармония заключается в соответствии всех частей и всех материалов. Кто знает, для чего творит он и что выражает, тот создаёт и соответствие материалов. Он поймёт, как охранить книги - скрижали знания. Он поймёт, что нелепо ставить цементное изваяние или писать картину заведомо плохими краска-ми на гнилом холсте. Мало-помалу люди поймут, что именно должно сохраниться и как именно сохранить это. Охранить - как след искры божественной энергии.

Но для того, чтобы знать, надо помыслить, надо создать моменты этого подъёма, этого узнавания.
Много людей в конце недели ходят в церковь. Много людей в конце недели вспоминают, сколько они должны заплатить по счетам. Но немного людей хотя бы один раз в неделю вспомнили, что за семь дней они внесли в область красоты и знания. И тщетно искусство стучится в эти запертые двери. Этот стук сердца беспокоит мозг не более шума ветра. И ещё плотнее притворяют ставни и завешивают шёлковыми тканями всякий доступ воздуха.

Любить искусство никто не обязан. Большинство разговоров об искусстве поддерживается не любовью, но лишь приличием. Но, тем не менее, искусство и знание идут.

Постепенно усиливаемый электрический ток даёт возрастающий свет. Затем свет вспыхивает особенно ярко и для нас погасает, но аппарат работает ещё усиленней. Это значит, что зрение наше уже не воспринимает вибрации такого напряжения, но незримый свет растёт.

Или перед вашими глазами начинает двигаться цепь товарных вагонов и заслоняет чудный пейзаж. Вагоны ускоряют свой бег. В промежутки между ними начинают мелькать очертания природы. Поезд понёсся быстро, и вы начали видеть как бы сквозь него весь связный пейзаж. Препятствие физического тела исчезло.

Во тьме часто мы не видим растущий свет. Но зато если стремиться, то снова, сквозь нашу физическую оболочку, мы начнём видеть истинный мир в его истинном движении.
Так и сейчас часто мы не можем воспринять усиленных вибраций мировых движений. Но сквозь цепь товарных вагонов мы уже начинаем различать вершины гор, к которым рок нас движет.

Мы вспомнили о современных условиях творчества. Вспомнили все Голгофы трудностей и подвиги достижения. Конечно, условия искусства и знания в современной жизни ненормальны. Конечно, мы должны знать это и ежечасно помнить об этом. Но если всё движимо творческой любовью, чудом красоты и мудростью знания, то этот треугольник вы всё же не опрокинете, ибо каждая сторона его выявляет две следующие.

И теперь, если мы знаем, что молодое поколение вспоминает о мощи устоев, то, конечно, оно перенесёт это сознание через все трудности жизни. И произнося слова 'братство', 'любовь', 'гармония', мы произносим не смешные, неуместные слова, но говорим слова ближайшей практики жизни.
Чудо творится среди жизни, среди действия, среди напряжённой гармонии. Ночные видения претворяются не в сказку, но в явления счастливых общений с путями Благословенных.

Окно, во тьму открытое, приносит ночные голоса, но зов любви принесёт ответ Возлюбленного.
Новый мир идёт.

Н.К. Рерих. Adamant. New York: Corona Mundi. 1922 г.

**********************************************************************************


ОКТЯБРЬ


1октября 1922 г. Париж.
ПИСЬМО Ю.Н. Рериха к родителям

270, rue de Vaugirard
XV PARIS

1/ X
Дорогие Папа и Мама!
Так был обрадован получением Ваших писем от 20 Сент. с.г.
Вчера был у М-ме Манциарли и просидел довольно долго. И.В. произвела на меня страшно хорошее впечатление, я давно так хорошо не проводил время. Говорили об Индии, об Аробиндо Гош, о Тагоре. Нас всех очень ждут в Шантиникетан.

Сильное впечатление на меня произвёл рассказ об Ар. Гош., действительно, это человек, к которому следует ехать. Он в настоящее время работает со своими учениками над объединением сознания. Встретиться с ним очень трудно, ибо Он находится в очень глубокой йоге. И.В. много говорила о папе, и, видимо, всех нас очень глубоко чувствует. Вообще, приёмом я был очень тронут, и так было хорошо говорить с действительно интеллигентным человеком. В Среду буду у них обедать и познакомлюсь с двумя русскими востоковедами, Елисеевым (окончил Токийский Унив.) и Минорским.

В Субботу же иду с И.В. к одному оккультисту - дервишу. Здесь в Париже также находится Успенский. В Среду передам книгу М. М.

На будущей неделе повидаюсь с Голубевым, который скоро уезжает в Индо-Китай. М-ме Манциарли хорошо знает Bacot, которому я уже написал письмо.
Дело моё с bourse вполне уладилось, и bourse мне выдаётся 'dans ancane condition de scolarite' .

Pelliot не хочет, чтобы я занимался только научно, и больше сам. Вы понимаете, как мне это приятно. Сейчас уже завален работой, зубрю древний китайский язык. Экзаменов у меня не будет.

В Германии купил интересную книгу Spengler'a 'Das Untergang des Abendlandes', т.е. 'Падение Запада', в которой он доказывает крушение Европейской цивилизации и восхождение России и Востока.

Мечтаю о Вашем приезде сюда, всё же для меня здесь жизнь интереснее, чем в U.S.A.

В настоящее время мы переживаем событие чрезвычайной важности, а именно борьба Британии с Востоком.

Словом, чувствую себя хорошо. Были ли новые указания от М.М.? В прошлом письме я Вам описал явление, которое было со мною. Интересно знать, что это было.

Когда Мама напишет М-ме Cklever хотя бы маленькую 'notice'.
Я рассказал Pelliot о моём объяснении некоторых скифских имён, оказалось, что оно совершенно новое.

Сообщите мне адрес редакции 'Geografical Magazine', ибо хочу написать статью о Средней Азии и немного заработать долларов.

Пока всех Вас крепко целую
Любящий Вас
Ю. Рерих

Архив музея Николая Рериха в Нью-Йорке
_____________________________________



5 октября 1922 г. Нью-Йорк
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Ю.Н. Рериху

5 окт.

Родной мой Юрик, сегодня получил Твоё письмо от 24 Сент. Неужели все письма, кот. мы посылали на имя Шклявера, пропали. Там были хорошие, нужные письма с messagam'и! И я так радовался, видя, как дух Твой углубляется в Великое Служение. Мы живём в сплошной сказке. Всё растёт! Каждый день чудеса! Конечно, Corona Mundi - будет золотым дном.
<Tafbinder> пишет, что видела меня в ауре Белой Ложи.

Мама чувствует себя много лучше. Сейчас ищет квартиру. Света - в тумане - очень боимся, что чёрный Данилович ему очень вредит. Для Corona Mundi: ты действуешь не только лично, но как корреспондент учреждения. Как важно будет Твоё свидание с Манциарли. Мы прямо поражены, как значение наше здесь утверждается с каждым днём - прямо незримая подготовка для Поручения.

Не имею вестей от Шибаева (о нём были тревожные messag'и).
Попроси Гессена вернуть мою рукопись, если она ещё не напечатана. Обе старин. картины проси антиквара выслать мне сюда в Школу.

Писал ли Ты автоматически? Пишу из Школы - рядом работают две пишущие машинки!! Вышли мне каталог Salon d'Automie.

Целуем крепко нашего родного Тамерлана - наш передовой отряд.
Привет Шкляверу.
Н Рерих

[Е.И.] Милый, славный мой Юханчик, радуюсь каждой твоей вести - целую тебя. В пятницу переезжаем на квартиру.

Архив Музея Николая Рериха в Нью-Йорке
_____________________________________



10 октября 1922 г. Нью-Йорк
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Ю.Н. Рериху

10 окт. 1922 г.
250 West 82 Striet.

Родной Юрик, сообщаем Тебе наш новый адрес, но кроме Тебя пусть всё идёт по адресу Школы. Квартира большая и её размеры были даны Учителем. За эти дни - масса чудес. Наши примечания Оригена к Песне Песней, где сказано, что Песня Песней написана как дворцовое приветствие по случаю приезда дочери Фараона!!! Вообще, столько чудесного!

Получили письмо от Шибаева от 26 Сент. и оказалось, что 18 Сент. уже послан ему полный ответ в messag'е Учителя. Учитель указывал о Твоих поручениях, а главное, охранить наше достоинство перед Манциарли.

Как Твои дела? Кого успел повидать? Мы боимся, что целая серия наших писем пропала. Нельзя ли их выписать из Германии, если их переслали Тебе - ведь там были сообщения. Вообще, какая дивная сила около нас и как всё слагается чудно. Выпиши из Берлина хоть 20 экз. Цветов Мории - воспользуйся чудовищным курсом.

Мама очень устала с переездом. Я так счастлив, что могу ей дать этой зимой - и прислугу, и хорошую квартиру. Сам я простудился и несколько дней сижу дома, ибо не обратил внимания на указания Учителя.
Ещё Тебе сказано: 'Новую книгу ищи относительно китайских посольств. Туин Тао (или Дао) можно найти'.

Целуем крепко. Привет Шкляверам.

Архив Музея Николая Рериха в Нью-Йорке
______________________________________



ПИСЬМО Н.К. Рериха к Шибаеву В.А.
11 октября 1922 г.

Родной мой Яруя!
Вы мне писали от 26 сентября, а уже 17 сентября нам был дан ответ Учителя, который Вы, конечно, уже получили и поняли. Ещё 9 августа Учитель, заключая первую книгу, сказал: 'Новые с любовью отворят двери стучащимся'. Так будьте этим новым. Помните ещё завет, данный в Лондоне: 'Оставьте все предрассудки, мыслите свободно'. Разве мыслящий свободно затруднится вопросом национальностей? Разве мы вправе закрыть врата света стучащимся? Разве новая Россия под управлением Учителя Нашего может препятствовать ищущим? Сейчас передо мной великий пример, что только забвением национальностей можно творить новое, общее дело. Вы говорите против евреев, но зная, какую оболочку принял Христос, из кого он избрал апостолов, разве в нас - в строителях будущего может быть какое-нибудь сомнение, как действовать в еврейском вопросе. Широко откройте двери всем стучащимся, но берегитесь от предательства Нашего Учителя. В случае предательства разите мужественно.

Дерзайте!
Наша поездка на Дальний Восток уже решена - всё делается в положительные сроки. Даже и план будущей работы в России - сообщу его Вам тоже в указанное время. Вы спросите, как же явилась возможность ехать в дальний путь с семьёй? Когда является поручение, тогда приходят и люди (посланные) и приносят средства. Я уже писал Вам, что в июне в Музее Метрополитен ко мне подошёл высокий, с проседью, человек и передал очень важный для нас message, потом, сказав 'Goodbye', ушёл, скрылся. В конце же июля к нам явились посланные и принесли всё, что нужно. Так исполняется всё, что должно произойти, если оно направлено к Великому Служению. Если бы я мог сообщить Вам всё, что делается на наших глазах, то вышла бы целая книга. И, родной мой, стремитесь из механической концентрации перейти в действие. Просите допустить Вас к действию, ибо сейчас слишком много медитирующих, но слабо действующих. Любовь, красота и действие.

Сейчас нам дано троекнижие: 1. Книга о власти-жертве. 2. Книга о радости. 3. Книга о молитве-подвиге. Вероятно, эти книги войдут во вторую книгу издания.

Рукопись первой книги пошлём Вам скоро. Этот список книги не для печати, а для Вас - для Ложи. Напечатаем сами книгу. Всё ещё не могу получить окончательную смету от Когана.

Посылаем Вам 16 долларов в счёт наших членских взносов. Будем рады, если покроете наши первые долги Ложи. Не понимаю, почему Вуд скрыл, что он знаком со мной. Мы встретились в 'Pacific Lodge' в Сан_Франциско.
Конечно, имя Минг - не мусульманское, а скорее китайское, ибо употреблялось далеко ранее мусульманства. Аллал-Минг был духовный Учитель Памира (Тибет).

Передайте г-же Синевич наш сердечный привет - если бы она могла войти в сношения с миссис Адни и мисс Таффиндер - такие славные души! У нас есть портрет Учителя, присланный нам по Указу Его, но если можно, пришлите и снимок с Ваших. Итак, родной наш, будьте новым и знайте, что предстоит большая работа в России (план её уже дан). Прочтите в Ложе анонсы о 'Корона Мунди' и о Школе, ведь это Его дела - Его действие.

Жена моя шлёт Вам лучший привет.
Сердечно Ваш,
Н.Рерих

_______________________



13, 17 октября 1922 г. Нью-Йорк
ПИСЬМО Е.И. Рерих к Рериху Ю.Н.

13 окт. 1922 г.
Родной мой Юханчик, вчера получили два твоих письма, в кот. ты пишешь о встрече с М-ме Манциарли и о твоём видении. Очень радуемся, что она тебе понравилась, видимо, и ты произвёл на неё очень хорошее впечатление, ибо и от неё имеем письмо. О видении спросим и напишем.
Сейчас папа не совсем здоров, простудился и уже неделя, как сидит дома, но уже лучше себя чувствует.

Порасспроси Манциарли о Aurobindo Ghosh'e и сообщи нам, ведь мы его должны будем повидать! Ещё раз прошу тебя не уронить папино значение в глазах Манциарли. Если бы ты видел, как здесь новые люди относятся к папе, как ловят каждое его слово, и правда, наш Пасик всё растёт и углубляется в мудрости.

Ты пишешь о том, что Aur. G. работает над объединением сознания своих учеников - это очень замечательно, ибо то же делается у нас. Мы и Лихт. замечаем, что одни и те же мысли приходят к нам на ум в одно и то же время, они часто дают нам ответы на посылаемые указания.

Наша школа работает, но папе не позволено учить других учеников, кроме основателей дел, - им папа преподаёт мудрость организации и ведения дел. Ученики способные и дело пойдёт. <Хор :> души. Тонкие и с широким горизонтом.

17 окт.
Не грустно ли, что письмо, начатое 13-го могу продолжать лишь 17-го. Устаю безумно, не имею ни минуты для себя. Похудела так, что всё старое не годится, надо ехать, иначе организм не выдержит. Учитель говорит, что тяготение настолько велико, что всё наше существо находится как бы под прессом.

Удивительные 'совпадения' продолжают случаться на каждом шагу. Третьего дня Лихтман говорили нам о том, что нужно бы Хоршу дать понять, что М.М. стоит за Corona Mundi, ещё больше, нежели за школу и уже вчера в школу пришло письмо от <Adney> - приведу тебе его, оно произвело на них огромное впечатление.

В субботу, во время нашего обычного собрания наш Пасик не писал, а говорил или, вернее, диктовал то, что проходило написанным перед его глазами. Это было первый раз, что он мог так видеть. Найдя время, спишу тебе все сообщения - они очень красивы.

Нас очень интересует, как ты передал Книгу Манциарли. Поняла ли она значение этого? Сказал ли ты ей, чьи это сообщения, и вложил ли, передавая ей книгу, все устремления духа твоего на то, чтобы она почувствовала, чьи Слова ей вручаются! Aurob. Ghosh велик, но помни, что Учитель - Старший Брат!

Милый, милый Юханчик, как мучительно хочется мне передать тебе мою веру, мою любовь и моё устремление к исполнению возложенного поручения. Как оно прекрасно! и как огромно! Мы четверо - еле охватываем его!

Родной Мой, помни о своём значении! Не умаляй себя, умаляя нас! Не выкажи слабости, не поддавайся сомнению в присутствии чужих! для них ты должен быть твёрд как адамант! Самое маленькое дело не может быть успешно выполнено, если организатор его колеблется и сомневается на глазах участников. Ты живёшь среди свидетелей, помни это!

Всю тяготу вылей в письмах к нам, но больше никому!!! Одиночество наше растёт, ибо нам столько даётся!! Но скоро мы познаем источник и будем Учителя Ауру помнить, улыбаясь через капли росы грядущего Светлого дня.
Радость, радость, радость, работать для такой Великой цели, имея уже в руках возможность достижения Главного Искания!!!

Папа на днях едет в Чикаго, сегодня первый раз вышел на улицу. - Светик улучшается, хотя боюсь приезда Данилова, он переводится в N.York- преподав. в Columb. Un. на 250 долл. в мес. Посмотрим - я буду сражаться.

Как только Пасик вернётся, напишу тебе письмо <Adney>, а пока целую тебя, моего родного мальчика. По отъезде папы, я буду несколько дней свободнее и напишу хорошее письмо М-ме Шклявер, а теперь шлю им всем наш сердечный привет.
Пиши, родной, подробнее о себе!!
Целуем.

Письмо Adney - от 10-го Ок.


Целуем ещё раз. Пиши, когда тебе понадобится увеличение капиталов.

Архив Музея Николая Рериха в Нью-Йорке.
______________________________________



22 октября 1922 г. Чикаго.
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Ю.Н. Рериху

THE BLACKSTONE
South Michigan Avenue & East 7-th St.

CHICAGO 22 окт. 1922

Родной мой Юрик, сейчас мама сообщила мне Твоё письмо. Как я счастлив, что сознание Твоё объединяется с моим. Ведь в этом одном уже заключена великая сила. А сколько чудесных дел на Благо творить мы можем в этом единении. Сегодня говорил о Тебе Лауферу. Он Тебя помнит и, видимо, ценит. Будь добр, пришли мне каменный век русский - я обещал Лауферу отдать его в Музей на обмен.

Сейчас я 4 дня в Чикаго по делам оперы и росписи одного ресторана - театра. Сколько кругом чудесного. Вчера доктор Девец, рассматривая мой гороскоп говорит: 'Через 9 или 10 лет - какое замечательное совпадение планет. Да вы - Моисей на вершине горы!' А через 6 лет что-то miracoulos [сверхъестественное (анг.) - ред.] Ведь она наших сроков не знает.

Как рад я Твоим беседам с Манциарли - мой привет ей. Что Морис Дени? Что Тенишева?
Боря пишет - трудно выехать! Ждём его нетерпеливо. А там и к Тебе прикатим. Целую крепко,
НР

Архив Музея Николая Рериха в Нью-Йорке.
______________________________________



23 октября 1922 г. Париж.
ПИСЬМО Ю.Н. Рериха к родителям.

270, rue de Vaugirard
Paris, XV
23-го окт. 1922.

Дорогие Папа и Мама!

Вчера получил Ваше письмо от 10-го с.м. Продолжаю работать весьма усиленно. Перевели с Ирмой Владимировной первую песнь Бхагавад-Гиты.

Сегодня весь aferoon были разговоры о Corona Mundi. Трудность заключается в том, что в артистических кругах Парижа замечается большая рознь. Словом, порядочная везде плесень. Голубев всё ещё в Marsielle, ибо собирается там жениться во второй раз на 18-ти летней девице. В среду утром буду говорить с M. Hackin, conservateur de Musik Guimet; он большой поклонник искусства Папы, и я думаю, что с ним можно будет переговорить об обмене коллекций.

В Bulletin de l"ordre de l"Estoile d"orient за октябрь появилась статья И[рмы] Влад. о Master school. Достану по мере, и перешлю Вам. С И.В. у меня самая усиленная кооперация. Видимся почти каждый день. Говорим о существующей духовной группе, о будущей работе в России, и т.д. Замечательно то, что у нас одинаковые мысли.

Одна из дочерей И.В., Маркелла Степановна, является очень крупным композитором. Её вещи имеют то оккультное нечто, что так сильно замечается в Скрябине. В моих восточных работах всё идёт по-старому, работаю над китайским и тибетским.

Кстати, И. Вл. предложила мне проехать с ними к её сыну на юг Франции. Я, конечно, согласился, ибо это будет хороший случай повидать Пиренеи. Для этого мне нужна будет денежная подмога - $100 - 150. Если не трудно, то пришлите.
Заказал для себя пальто, а то становится очень холодно. Что Света и Jim?
Целую Вас крепко
ЮР
Часто о Вас думаю.

Архив Музея Николая Рериха в Нью-Йорке
_____________________________________



30 октября 1922 г. Нью-Йорк.
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Ю.Н. Рериху

30 окт.

Родной мой Юрик, опять радовались Твоему письму. Радовались, как Тебе видно, что Тенишева - это прошлое, а есть группа людей, за которыми будущее.

Конечно, примем Иo как родную, но ей придётся обжиться здесь - ведь Ты знаешь, что в Америке всё не сразу приходит. Но если у ней хватит настойчивости, то и класс составится, и новые люди найдутся.

В Школе уже 75 платных учеников и 24 профессора. Конечно, безмерно большее будущее имеет Corona Mundi. Как только получу кам. век от Тебя, я передам его Лауферу. Он сразу охватил все возможности Corona Mundi. И мы тоже стремимся скорей увидать Тебя, и Твоя работа над Bhagavat Git'oй нас радует. Конечно, обложку можно сделать, но печатать лучше в Берлине у Гессена или у Когана, ибо печатни в Риге очень слабы.

Ты уже знаешь эпизод, что 16 сент. Учитель дал письмо Шибаеву, а 26 сент. мы получили от Шибаева вопросы на наши уже посланные разъяснения.

Вчера в Школе был reception - пришло около 400 человек - была давка. Всё растёт и толпится. Последние дни у мамы болит глаз - что-то попало в него. Это так раздражает. Сегодня она принялась за перевод книги, но глазу от словарей стало хуже.

Посылаю Тебе билет reception'а - обрати внимание, Master Sust presents Union - East and West! Das Gupta сказал речь, где неожиданно указал, что сюда он пришёл лишь по зову 'World famous artista' - т.е. меня - друга Тагора и пр. Что за человек Каменская? Она - будущее или прошедшее?

Юрик, мой родной, только подумай, что за праздник труда наша жизнь!?! И что за возможности кругом! И теперь Ты понимаешь, почему вчетвером мы сильны. На общих сеансах я не пишу больше, а читаю, что вижу: крупные буквы (рукописные) по блестящему, золотистому фону. А что Ты скажешь о гороскопе? За эти месяцы я напишу серию русских древних городов.

Целуем Тебя
Р/х

Архив Музея Николая Рериха в Нью-Йорке
________________________________________



30 октября 1922 г. Париж.
ПИСЬМО Ю.Н. Рериха к родителям.

270, rue de Vaugirard
Paris, XV
30-го окт. 1922.

Дорогие Папа и Мама!
Многое Вам нужно передать. Творятся удивительные вещи, и рука направляющая Учителя видна во всём.

Сегодня получил Ваше письмо от 17 окт. Сильно меня беспокоит усталость Мамы. Неужели нельзя уединиться более?
'Corona Mundi', видимо, здесь скоро устроится. Обо всём Вам напишет Ирма Владимировна. Нам необходимы проспекты Corona Mundi, которых я ещё не получил. Поражаюсь, сколько у Папы здесь поклонников.

Советую отнестись очень тепло к Иоланте Степановне, ибо это сильно подымет наш авторитет. Они так много от Вас ждут. И.В. всё мечтает о своём свидании с Вами в New-York'е. Я бываю на rue La Fontaine каждый день. Мило работаем над Гитой. Начали также очень успешно писать автоматически. Были даны замечательные указания И.В. и Маре Степановне (одной из дочерей И.В., о которой я Вам писал).
Через автом. письмо Учитель проводит свою идею. На этих собраниях папино присутствие постоянно чувствуется. И.В. видит Папу в видениях. Словом, повторяется, что и у нас.

Я писал Вам, что на Рождество собирался ехать с И.В. на юг Франции к её сыну. Это будет мне необходимо для отдыха.
К M. Denis ещё не заходил, ибо он страшно узкий католик. Голубев ещё в Marseille.

Моя учёная слава всё здесь растёт. Сегодня хранитель Музея Guimet просил меня заняться каталогированием материалов по Средней Азии. По утрам я работаю в библиотеке, когда она закрыта для других. Словом, отношение прекрасное. Много работаю над китайским языком и делаю успехи.
Здесь познакомился с Елисеевым, нашим известным Японистом. Мы уже сделались большими друзьями, а главное, что он не сухой учёный, а человек, открытый искусству и новым идеям. Такие учёные очень ценны.

Узнайте, где можно посмотреть статью о Средней Азии в Америке. Хотелось бы заработать, хотя бы немного. Редактор 'La Vie des peuples' просил написать статью о русском искусстве. Хочет ли писать Папа, или это нужно написать мне? Напишите.
Словом, работы очень много. Зима эта без пользы не пройдёт. Теперь только чувствую, как необходимы востоковеды.

Должен Вам также сказать, что Ирма Владимировна глубоко видит, что Папе всё открыто, и что Папа всё знает. Я, конечно, соответствующим образом это поддерживаю в ней. Сами увидите, если это мне удалось.

Прошу выслать мне $ 200, если можно. Пришлось заказать пальто, и необходим ещё один костюм и рубашки. Всё это, конечно, деньги стоит, тем более, что мне часто приходится бывать в 'свете'.
Часто думаю о моём былом уединении. О тех часах, проведённых вместе с моими книгами, (которые остаются моими лучшими друзьями) в Гарварде. Здесь этого уединения нет, ибо, несмотря на прекрасное отношение, я живу в чужой семье, чья аура мне совсем не подходит. Но что делать!

Мечтаю, когда можно будет затвориться на Востоке. Я хочу там первый год провести совершенно один и изучить моё мировоззрение, которое сам я ещё мало знаю. Беда в том, что я делаюсь абсолютно каменным, и ни какие переживания не могут разрушить и поколебать моего внутреннего спокойствия; эту сильную сдержанность стали даже замечать и Манциарли, но, видимо, так нужно.

Жду очень Ваших писем!
Нельзя ли узнать, где находится в Америке гвардии подпоручик Ник. Ив. Лосев.
Крепко целую
ЮР

Архив Музея Николая Рериха в Нью-Йорке.
*****************************************************



АДАМАНТ

К священным сознаниям народов в наши дни особо повелительно прибавляется лозунг: искусство и знание. Об особом значении этих великих понятий для нашего и для будущего времени надо сказать именно сейчас.
Обращаюсь к тем, чьи глаза и уши ещё не засорены мусором обихода, чьи сердца ещё не остановлены рычагом машины 'механической цивилизации'.

Искусство и знание. Красота и мудрость. О вечном и обновлённом значении этих понятий говорить не надо. Ещё только вступая на жизненный путь, ребёнок уже инстинктивно понимает всю ценность украшения и познания. И лишь впоследствии, под гримасой обезображенной жизни, эта молитва духа затемняется, а в царстве пошлости она даже кажется или несвоевременной, или уже ненужной. Да, современность доходит даже до такой чудовищности.
Много раз мне приходилось стучаться в эти врата. И вновь обращаюсь к вам:
'Среди ужасов, среди борьбы, среди столкновений народных масс сейчас более всего на очереди вопрос знания, вопрос искусства'. Не удивляйтесь. Это не преувеличение, не общее место. Это решительное утверждение.
Вопрос относительности человеческих знаний всегда был больным вопросом. Но теперь, когда всё человечество прямо или косвенно испытало ужасы войны, этот вопрос стал насущным. Люди привыкли не только думать, но и бесстыдно говорить о предметах, которые они явно не знают.
Самые 'почтенные' люди болезненно повторяют мнения, ни на чём не основанные. И такие суждения вносят в жизнь великий вред. Часто неизгладимый.

Надо признать, что за последние годы европейская культура была потрясена до основания. В погоне за вещами, овладение которыми ещё не суждено человечеству, главные ступени восхождения были нарушены. Люди пытались завладеть сокровищем, которого не были достойны, и порвали священное покрывало богини счастья.

Конечно, то, чего ещё не достигло теперь человечество, - ему суждено получить в надлежащее время, но столько ещё придётся страдать человеку, искупать вину за разрушение запретных врат! Каким трудом и самоотверженностью придётся строить основы культуры!

Знания, затворённые в хранилищах и заключённые в умах учителей, опять мало проникают в жизнь. Опять не рождают действенных подвигов созидания.
Жизнь наполнена еще скотскими велениями брюха. Мы приблизились к черте страшного заколдованного круга. Заклясть его тёмных хранителей, вырваться из него можно только талисманом истинного знания и красоты.
И пришло время этого исхода.

Без ложного стыда, без ужимок дикарей - сознаемся, что опустились до уровня варварства. Сознание есть уже ступень преуспеяния.
Нужды нет, что оно ещё носит европейский костюм и по привычке произносит особенные слова. Но под костюмом - дикое побуждение, а смысл произносимых слов, часто великих, трогательных, объединяющих, уже затемнён. Пропадает руководящее знание. Люди незаметно привыкают к темноте.

Мало знания! Мало искусства! В жизни мало тех устоев, которые единственно могут привести к золотому веку единства.
Чем больше мы знаем, тем яснее наше незнание. Но если мы вообще не знаем, то даже и ощущения незнания нет. И двигаться нечем. И двигаться некуда. Тогда уже неизбежно - кромешное царство пошлости. Молодые поколения ещё не приготовлены заглянуть смело, со светлой улыбкой, в ослепительное лицо знания и красоты. Откуда же придёт познание сущности вещей? Откуда придут мудрые взаимные отношения? Откуда придёт единение? То единение, которое служит верным залогом наступательных, твёрдых движений. Только на почве истинной красоты, на почве подлинного знания установятся отношения между народами. И настоящим проводником будет международный язык знания и красоты искусства. Только эти проводники могут установить глаз добрый, так необходимый для будущего созидания.

Путём вражды, грубости, поношения все равно никуда не прийти. Ничего не создать. Разве совести уже не осталось в человеке? Но сущность человека всё же стремится к справедливому познанию.
Прочь тьму, прочь злобу и предательство. Человечество уже достаточно настрадалось от рук тьмы.

Вот скажу не общее место, не пустое слово. Скажу убеждённое устремление подвига: 'Единственная опора жизни - искусство и знание. Именно в наши трудные дни, в наше тяжёлое время будем твёрдо помнить об этих светлых двигателях. И в испытаниях, и в боях будем исповедовать всеми силами духа'.

Вы говорите: 'Трудно нам. Где же думать о знании и красоте, когда жить нечем. Далеко нам до знания и до искусства. Нужно устроить раньше важные дела'.

Отвечаю: 'Ваша правда, но и ваша ложь. Ведь знание и искусство не роскошь. Знание и искусство не безделье. Пора уже запомнить. Это молитва и подвиг духа. Неужели же, по-вашему, люди молятся лишь на переполненный желудок или с перепою? Или от беззаботного безделья?
Нет, молятся в минуты наиболее трудные. Так и эта молитва духа наиболее нужна, когда всё существо потрясено и нуждается в твёрдой опоре. Ищет мудрое решение. А где же опора твёрже? А чем же дух зажжётся светлее?'
Ведь не голод ощущаем. Не от холода сотрясаемся. Дрожим от колебания нашего духа, от недоверия, от нереализованных ожиданий.

Вспомним, как часто, трудясь, мы забывали о пище, не замечали ветра, и холода, и зноя. Устремлённый дух окутывал нас непроницаемым покровом.
'Оружие не рассекает его. Огонь не палит его. Вода его не мочит. Ветер его не сушит. Ибо нельзя ни рассечь, ни высушить его: постоянный, всепроникающий, устойчивый, незыблемый, извечный он. Один почитает его за чудо; другой говорит о нём как о чуде; третий слышит о нём как о чуде, но и услышав, никто не знает его'. (Бхагавад-Гита).

Великая мудрость всех веков и народов о чём говорит? О человеческом духе. Вдумайтесь в глубокие слова и в вашем житейском смысле. Вы не знаете границы мощи вашего духа. Вы не знаете сами, через какие непреоборимые препятствия возносит вас дух, чтобы опустить на землю невредимыми и вечно обновлёнными. И когда вам трудно и тяжко и будто бы безысходно, не чувствуете ли вы, что кто-то помогающий уже мчится к вам на помощь? Но путь его долог, а малодушие наше быстро. Но ведь он идёт и несёт вам и 'Меч мужества', и 'Улыбку смелости'. Говорили о семье, покончившей жизнь угаром от отчаяния. Ведь это нестерпимо малодушно. Ведь при будущей победе духа они, ушедшие самовольно и боязливо, будут терзаться, ибо не приложили труда своего к тому, к чему должны были. Не всё ли равно, какой труд. Утопающий борется с волной всеми мерами. Но если силён дух его, то и сила духа его умножится безмерно.

Но чем же вызовете дух ваш? Чем вскроете то, что у многих засыпано обломками обихода? Твержу, повторяю: красотой искусства, глубиной знания. В них, единственно в них, заключены всепобедные заклятия духа. И очищенный дух вам укажет, которое знание истинно, которое искусство подлинно. Верю, что вы сумеете призвать себе на помощь дух ваш. Он, ваш руководитель, покажет вам лучшие пути. Он поведёт вас к радости и победе. Но и к победе он поведёт вас вышним путём, ступени которого скованы лишь знанием и красотой...

Всему миру приходит трудное испытание. Испытание восприятием Истины. После средневековых испытаний огнём, водой и железом предстоит испытание восприятием культуры, но если сила духа возносила людей против огня и железа, то та же сила вознесёт их на ступени знания и красоты. Но это испытание труднее древних. Готовьтесь к подвигу, творимому в жизни ежедневно. А теперь отнеситесь бережно ко всему, что двигает культуру. С особой признательностью подойдите ко всему, что выявляет ступени красоты. Ведь сейчас это особенно трудно.
Но адамант - подобен Красоте!

Adamant. New York: Corona Mundi, 1922 г.
___________________________________