Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
АВТОМОНОГРАФИЯ Н.К. РЕРИХА

1941 г.
(октябрь - декабрь)

***********************************************
 
СОДЕРЖАНИЕ

ОКТЯБРЬ
Н.К. Рерих. ЛЕОНАРДО (5 октября 1941 г.)
Н.К. Рерих. ОКОВЫ МЫСЛИ (10 октября 1941 г.)
Письмо Н.К. Рериха в Америку (15 октября 1941 г.)
Н.К. Рерих. ПЕРЕЖИВЁМ (16 октября 1941 г.)
Друзьям (20 октября 1941 г.)
Письмо Н.К. и Е.И. Рериха в Америку (30 октября 1941 г.)
Н.К. Рерих. ПОСЕВЫ (30 октября 1941 г.)

НОЯБРЬ
Н.К. Рерих. ДОСТУПНЕЕ! (2 ноября 1941 г.)
Н.К. Рерих. СОРОК ЛЕТ (10 ноября 1941 г.)
Н.К. Рерих. "ГУСЬ ЛАПЧАТЫЙ" (12 ноября 1941 г.)
Письмо Н.К. и Е.И. Рерих в Америку (13 ноября 1941 г.)
Н.К. Рерих. ГЕРОИ (20 ноября 1941 г.)
Н.К. Рерих. УЖАС (24 ноября 1941 г.)
Письмо в Америку (26 ноября 1941 г.)

ДЕКАБРЬ
Н.К. Рерих. НЕЗАПИСАННАЯ ПОВЕСТЬ (1 декабря 1941 г.)
Н.К. Рерих. ОХРАНИТЕ (6 декабря 1941 г.)
Письмо в Америку (7 декабря 1941 г.)
Из письма (15 декабря 1941 г.)
Н.К. Рерих. СБЕРЕГИТЕ (17 декабря 1941 г.)
Н.К. Рерих. МОГУЧА РУСЬ (24 декабря 1941 г.)
Н.К. Рерих. ВЫСТАВКИ (30 декабря 1941 г.)
*************************************************************

ОКТЯБРЬ

5 октября 1941 г.
ЛЕОНАРДО

По приглашению "Вся-Индия Радио" Святослав сделает радиопередачу 21 Октября в Лагоре - "Мона Лиза". Святослав знает эту тему. Материалы: Вазари, Зейдлиц, Аллаш и многие другие. Но вот беда! Год смерти Леонардо варьируется разными авторитетами на шесть лет. И всё это с доказательствами. Одни говорят, что король Франциск не присутствовал при кончине мастера, но Вазари трогательно описывает, как король поддерживал голову умирающего. Много таких разнобоев. Кому верить?

Некоторые считают Вазари за непреложный авторитет, но другие подозревают у него немалые приукрашения. Всё могло быть. И возрастом Вазари был на пятьдесят три года моложе Леонардо, и не мог быть в Амбуазе при смерти художника. Как всегда, слагались легенды. Кому-то хотелось ещё красочнее, ещё богаче рассказать о последних минутах великого мастера. По тем временам было принято поминать королей и пап около имён мастеров. Тициану король поднимал кисть. Рубенс, Ван-Дейк, Веласкес, Гойя всегда около царственных особ.

История искусств (хоть она и история) полна легендами. Конечно, в основе легенды бывала частица истины. Но как выделить её? Историк должен быть тончайшим психологом, чтобы удержаться в пределах истины. Однажды обвиняли Бенуа и Грабаря в пристрастном извращении правды. Попросту говоря, уличали во вранье. Но один из присутствующих хотел смягчить положение и усмехнулся: "Ничего не поделаешь, ведь и Вазари привирал".
Вообще, даты и факты поразительно стираются и мешаются. Ошибки истории!
Около такого колосса, как Леонардо, всегда было и будет множество пересудов. Казалось бы, жизнь великого художника и мыслителя уже отображена и в исследованиях и в литературе. Но каждое приближение к личности славного мастера открывает бездну недосказанного, невыясненного.

Никакие скальпели историков не откроют новых утверждений. По-прежнему три раза в столетие будет происходить колебание весов. И лучше и похуже, и величавее и поменьше. Много мастеров на такое "поменьше". Но великий облик художника никогда не потускнеет.

5 Октября 1941 г.
Н.К. Рерих 'Листы дневника', т.2. М., 1995 г. _______________________________________


10 октября 1941 г.
ОКОВЫ МЫСЛИ

Откуда же все несносные ограничения? Откуда постыдные утеснения мысли? Откуда убожество и отупение? Однажды я помянул добром талант Горького, и за это мне досталось, ибо нельзя говорить о большевике. Также досталось и за упоминание о Толстом, ибо он умер отлучённым. Попало и за слова об Иоанне Сергиеве, о Георгии Спасском, о Мережковском. Масонство Пушкина, Суворова, Кутузова весьма осуждалось. Декабризм Лермонтова вызывал хулу. Павлов бывал под сомнением. Подмигивали на эпилептику Достоевского.

Среди бойцов за Русь не поминали Пересвета и Ослябю и также умалчивали о Преподобном Сергии, хотя Дмитрия Донского иногда допускали.
Изрезанные Масловым "Казань" и "Керженец" были обвиняемы в реакционности. Разрушен Симонов монастырь, Храм Христа Спасителя памятник отечественной войны 1812 года разрушен. Русский собор в Варшаве был уничтожен. На взрывание соборов пошло много взрывчатых веществ. Были там произведения Васнецова, Нестерова, Рябушкина, Семирадского... Неужели во имя Культуры? Уж не приняло ли это понятие какое-то превратное значение?

Не так давно во Франции вышла книга о стратегии искусства. В ней саркастически описывались условности, укоренившиеся вокруг современного искусства. С иронической улыбкой указывалось, какие суждения должно высказывать, чтобы быть принятым за благовоспитанного человека. Самое справедливое культурное соображение могло навсегда погубить репутацию любителя искусств. Любопытен был список имён модернистов, которых нельзя трогать, чтобы не попасть в страшное табу.

Из каждой области можно привести списки заклятых деятелей, которых нельзя трогать. И наконец, как в сказке, придёт ребенок и скажет: "А царь-то голый!" Бесчисленны оковы, добровольно надетые людьми. И спешат, спотыкаются, падают, вновь карабкаются.

Будет ещё сказка о том, кто выдумал предрассудок. И окажется этот мудряк не более портного, который выдумывает моду на следующий год. Портной руководится залежалым у фабриканта товаром. Это просто! Но психология мудряка, изобретающего оковы мысли, много мрачнее. Скорей бы подумать об этих омертвляющих оковах! От невежества всякие несносные теснины.

10 Октября 1941 г.
Н.К. Рерих 'Листы дневника', т.2. М., 1995 г.
________________________________________


15 октября 1941 г.
Письмо Н.К. Рериха в Америку

15.Х.41
Родные наши,
Пришло запоздалое письмо от Зины от 8-го августа. Радовались, что ухо Дедлея лучше. Но как теперь нужно беречь его от простуды! Затем было три телеграммы от Катрин: одна о манускриптах, другая от Стоу и третья о возможности назначения Дедлея.

О манускриптах высказано предположение, что это дело может быть отложено. Е.И. ответила, что отложение желательно. Впрочем, это вообще относится ко всем обстоятельствам. Чем больше отложить - тем лучше. Возможность назначения Дедлея нас очень порадовала. Теперь не будет разногласий, и Рок придётся стать поосторожнее. Если даже её не удастся вообще сместить, то она почувствует, что её происки не удадутся. Не буду повторять наших соображений, высказанных в письме от 5-го июля. Вам всем всё это вполне известно. Если бы образовался новый Комитет Музея, в новом составе, без участия нежелательных элементов, он мог бы Вам быть полезным как голос общественного мнения.

Хорошо бы Вам узнать, кто именно предлагал меня в поч[ётные] члены Общества Фильда. Вы могли бы внести их в список друзей. Вот и в Обществе Марка Твена - друзья, и в 'Интер Культур' - друзья. И около Академии - друзья. И среди биософ[ов] - друзья. И в Нью-Мексико - друзья. И в Филадельфии друзья, и в Вашем центре молодёжи. И в Дельфийском Обществе - друзья. Много их повсюду, только надо выявить их. Было милое письмо из Либерти. Пусть фламмиды поддерживают связь с членами в Америке. Ведь друзья были и в Канаде, нужно отеплить их. Если хоршевское трио - жулики, то это не значит, что культурные дела не живут. Конечно, сейчас Армагеддон перевернул всю жизнь. Уже не говорим о странах воюющих, но ведь и во всех нейтральных жизнь ненормальна.

Внесите в список друзей мистера Ауберта Тернера в Сент-Луисе - он прислал ко дню моего рождения сердечную телеграмму. Сберегите дружбу с Альбуэрно в Буэнос-Айресе - видимо, он славный человек и уже выказал преданность. Почти в каждом номере его журнала идёт моя статья. Даже в мрачные дни, когда грабители и утеснители как бы торжествуют, когда загнана Культура и забито творчество, - даже в темнейшие дни помните обо всём светлом. Берегите друзей, отеплите их - ведь у каждого свои скорби и заботы.

Сношения с разными странами всё затрудняются. После долгого молчания из Португалии дошла к нам хорошая статья Шауб-Коха, напечатанная в сборнике Университета в Коимбре. Сам Шауб-Кох был в Швейцарии, а где сейчас, и не знаем. Тревожит судьба Конлана - видно, он не имеет возможностей, чтобы дать знать о себе. В таком же положении, наверно, и Асеев. Но к нему нельзя писать. Вы правы, беспокоясь о здоровье Е.И. Это время её сердце опять не хорошо. Не могут не отзываться события. Трудно, трудно переживать Армагеддон!

Знаем, что в делах Вы сделаете так, как лучше. Вам виднее специфичность местных условий. Грабители в злобе готовы даже и себе повредить, лишь бы сделать что-то злое. Вы помните мой очерк 'Самопожертвование зла'. Поэтому сделайте строго законнее назначение Дедлея, чтобы никакая мерзкая личность не могла придраться и опровергать. Очень жаль, что Плаут не сдал Вам всех документов. Может быть, следует Вам ему написать с перечнем всех недостающих бумаг. Такое письмо, в свою очередь, уже будет документом. Нет ли сведений, что происходит в стане грабителей? Каждое показание вроде Кеттунен или Филадельфии уже показательно.

Шлём Вам, нашим милым дозорным, лучшие мысли. Да будет хорошо друзьям. Скажите им наш самый сердечный привет. Духом и сердцем с Вами,
Н.Рерих.

Н.К. Рерих "Письма в Америку" 1923 - 1947. М., "Сфера". 1998 г.
____________________________________________________________


16 октября 1941 г.
ПЕРЕЖИВЁМ

Пишут, спрашивают: "Правда ли, что большевики уничтожили Ваши исторические панно "Иоанн Грозный под Казнью" и "Сеча при Керженце"? Правда ли, что уничтожена Ваша картина "Крик змия", бывшая в Музее Академии Художеств? Правда ли, что погибла ваша стенопись в Храме Св. Духа в имении княгини М.К. Тенишевой? Правда ли, что большевики уничтожили Музей Вашего имени в Риге? Правда ли, что там же закрыли книжный магазин и уничтожили книгоиздательство "Угунс"? Правда ли, что книги Ваши и о Вас запрещены в стране Советов? Правда ли все эти вандализмы, и можно ли говорить о культуре при всяких подобных варварствах?"

Друзья мои, больно сказать, что всё написанное Вами правда, и какая недопустимая правда! Единственно, не слышали мы о судьбе стенописи в Талашкине, но по всему прочему можно предполагать, что судьба её печальна.

Ещё спрашиваете, чем можно объяснить, что художники, учёные и все причисляющие себя к культурным деятелям безмолствуют, видя всякие подобные антикультурные акты? Труден ответ на такой вопрос Ваш. Ясно лишь то, что русский народ - это одно, а разрушители - совсем иное. Ничто не воспрепятствует служить Родине и народу русскому, а разрушители отметутся, как и всё, чему сроки приходят. Иногда почитайте "Смутное время" Платонова. Вспомните о боярах -"перелётах" и о боярах, сидевших "в нетях", - всё отвергавших. Вспомните и о староверах -"нетовцах". Ещё недавно они были на Алтае. Вспомните и Анатоля Франса "Боги жаждут".

Ещё спрашиваете, каким образом так часто голосят о культуре именно те, кто её попирает? В этом большое смятение умов. У наших друзей был попугай, которого кто-то научил выкрикивать слово "культура". Очень мучительно было слушать такую профанацию.

Ещё спрашиваете, были ли в прессе осуждения варварству над "Казанью" и "Керженцем"? Были и в русских и в американских изданиях. Была сильная статья "Вандализм". Дошла ли она до вандалов - неизвестно. Переживём!
Ещё спрашиваете, где были воспроизведены эти панно? Они были воспроизведены много раз. И в Монографиях 1916 и 1918 годов (у Эрнста и Ростиславова), и в Париже, и в Америке. Талашкинская стенопись не была воспроизведена, кроме эскизов и "Царицы Небесной".

Сибирская поговорка: "Быват, и корабли ломат, а быват, и не ломат".

16 Октября 1941 г.
Н.К. Рерих 'Листы дневника', т.2. М., 1995 г.
________________________________________


20 октября 1941 г.
ДРУЗЬЯМ

Пишут: "Откуда буду писать следующее письмо - не знаю. Где буду находиться - неизвестно. Такова теперь жизнь. Пожелайте нам мужества, отсутствия всякого страха - это нам теперь очень нужно всем..." Много таких весточек. Каждая из них пресекает ещё одну ниточку. Нельзя никуда! А боль человеческая растёт. Многое спешное отринуто.

Вспоминаются сказка о неприятном посланце. Нёс он спешное и целительное. Спешил через все препятствия, но врата оказались запертыми. На зов и стук никто не отозвался. А принесённое было так нужно всем затворившимся. Сказывалось, как ходил посланец безуспешно вокруг глухих стен и башен. Благодатное вещество, с трудами собранное, испарялось.
Самоотвержение распылялось в пространстве. А те, кому оно предназначалось, погибали взаперти, лишь бы не слушать зовущий голос. Удивительно наблюдать отрицание, когда люди готовы мучиться и погибать, лишь бы не допустить нечто для них спасительное.

Живы ли? Список адресов оказался настоящим кладбищем. Одни умерли, другие в безвестном отсутствии. Кто знает, всё ли к них ладно? Находят ли они силы пояснять себе происходящее? Наверное, много взаимоосуждений.
Как всегда, люди хотят ставить своё удобство прежде общечеловеческого. Но удобство это не прочно. Где нет задания общечеловеческого, там нет оправдания. Люди оторваны друг от друга армагеддонным обстоятельствами, и им кажется, что прошлое было ошибкою.

Мало кто настолько духовно подвижен, что разумно разберётся в происходящем. Мало у кого явится мысль, не есть ли всё происходящее путь скорый? Конечно, трудно находить равновесие среди воплей, среди ужасов, потому не судите опрометчиво. Не спешите с взаимоосудительством. Среди опасностей надо суметь улыбнуться друг другу. Всем путникам нелегко. Умейте поддержать друг друга на спусках и на всходах. Берегите культуру. Отоприте посланцу. Допустите доброжелательно. Друзья, помогайте друг другу!

20 Октября 1941 г.
Н.К. Рерих 'Листы дневника', т.2. М., 1995 г.
_________________________________________


30 октября 1941 г.
Письмо Н.К. и Е.И.Рерих в Америку

30.Х.41
Родные наши. За три дня много писем от Вас: от Катрин и Инге от 26-го сент., задержавшееся письмо от Зины от 2-го сент., письма от Стоу от 26-го сент.и от 3-го окт. (копия его отставки), письмо Инге с копией письма от Ст[оу] и письмо Дедлея от 3-го окт. Дедлей правильно вспоминает о некоторых почти подобных эпизодах, описанных в 'Письмах Махатм'. Всяких Хьюм[ов], Ферн[ов] и Синн[еттов], и пр[очих], и проч[их] - очень много, увы, тип этот бессмертен. Ещё раз радуемся, что теперь в Вашем кругу не будет разногласий и в дружеском обсуждении Вы всегда найдёте наиболее жизненный выход из создавшихся положений.

Было бы совершенно замечательно, если дело о ста картинах закончилось бы на предложении, сделанном чиновником. Характерно, что чиновник говорил, что они не хотят нового дела в этом признании можно усмотреть некоторое осознание совершённой несправедливости. При дальнейших развитиях дела не забудьте, что в Музее с 1934-го года была на выставке картина 'Силы Небесные с нами невидимо служат' и эта картина не входит в музейные списки, ибо она была дана на выставку и принадлежит Е.И.
Также, как Вы знаете из зелёного каталога, имеются и другие картины, принесённые в дар от М.М. и Е.И., а относительно триптиха 'Жанна д'Арк' Совет Музея благодарил за дар нации. Мы послали Стоу телеграмму. На этом всё и кончилось.

Зина правильно предполагает, что многое в пересылке теряется, так, например, мы так и не получили дельфийского журнала, но дошла книжечка Брэгдона 'Оракул' - пожалуйста, передайте ему от меня сердечный привет. Наверное, он понимает, насколько сейчас почтовое сношение невозможно. Хотя он и стар, и бездеятелен, но всё же выявляет дружбу и может быть Вам всё-таки полезен, если бы произошли какие-то новые безобразия со стороны грабителей. У него обширный круг знакомых.

Было и доброе письмо от Джина из Либерти - действительно, они славные люди, и жаль, что в местных условиях им не приходится встречать, как пишет Зина, хороших духовных сотрудников. Но относительно таких встреч Вы никогда не знаете, где и как они могут произойти, а потому доброжелательный дозор так необходим во всех отношениях.

Мы послали через Вас для Филадельфийского Центра набор оттисков статей. Пожалуйста, передайте им этот пакет, и это даст Вам возможность обновить свои сношения и впечатления. Также держите добрые отношения с Радосл[авлевичем], ведь около него университетская среда и молодёжь. Передайте ему мой привет. Будем посылать копии 'Иер[архии]' маленькими пакетами, надеемся, что кое-что дойдёт. Очень замечательно, что уже половина издания 'Аум' разошлась, - ведь не было ни объявлений, ни рецензий, ни упоминания в магазинных каталогах, ни агентом. Можно себе представить, каково было бы распространение, если бы все эти условия были налицо.

Поистине, рассеянных друзей и доброжелателей очень много. Надеемся, что читаете с Катрин и Инге и последнюю книгу 'Надземное', она ведь самая насыщенная из всех; конечно, сожалеем, что Вы не имеете всех последующих параграфов. Книга эта перешла уже за семьсот параграфов. Писали нам с Дальн[его] Вост[ока] большие сожаления, что два тома 'Писем' Е.И. там уже не были получены, только существуют там в двух экземплярах. Они так помогают разъяснять многие трудные места в книгах Уч[ения].

Имеются ли эти тома у Гартнера, в своё время мы просили, чтобы друзья выслали им. Эти тома тоже следовало бы постепенно готовить к переводу. Может быть, Гартнер взялся бы за это? Предложите ему. Какие бы ни были трудные условия в мире, но дело духовности и культуры не может быть остановлено ни на секунду, иначе мир погибнет.

Бумаги от Общества Фильда я ещё не получил, но когда она дойдёт, я с удовольствием утвердительно отвечу. Интересно, кто именно там из наших доброжелателей? Как хорошо, что Аруна Фарм еще существует, может очень пригодится. Радуемся, что Катрин лучше чувствует себя. Она и милая Инге - Ваши лучшие друзья. Святосл[ав] сейчас опять в отъезде. Очень много трудится, и мы имеем редкие известия, но спокойны, ибо привыкли к тому, что письма местные берут невероятное время, а иногда и совсем не доходят. А телеграммы о приезде доходят через несколько дней после приезда самого отправителя - таковы сношения. Так работайте обновленным духом и в новом составе! Привет сердечный всем близким и друзьям. Сердцем и духом с Вами,
Елена Рерих,
Николай Рерих.

Н.К. Рерих "Письма в Америку" 1923 - 1947. М., "Сфера". 1998 г.
____________________________________________________________________


30 октября 1941 г.
ПОСЕВЫ

Уберегитесь говорить о том, чего не знаете. Не обижайтесь, что так сказалось. Все повинны в этом. В той или иной мере за каждым найдутся такие провинности. Между тем много зла расползается по миру от нелепых, разнузданных выдумок. Большею частью такие необоснованные шёпоты рождаются даже не из злобных желаний, а так себе - от неосмотрительности, от невоспитанности.

Вы скажете, что в основе всего такого скрыто невежество. Конечно, в конце концов, человек зря болтает от невежества. Но некоторая степень культурности уже обязывает быть осмотрительнее. Народ давно подметил эту беду и оправдывался: "Слово, что воробей, вылетит - не поймаешь". Но зачем оно вылетает? Зачем слагается в мыслях?

Сколько раз каждый из нас присутствовал при спорах, в которых обе стороны не знали, о чём они говорят. Кто-то где-то что-то сболтнул, и из пустомельной каши выросла препротивная инфузория. Сами породители сплетни и болтовни слышат её ответвления и ещё более укрепляются в своих же вредных выдумках.

Скажете, всегда так было и должно быть, так и будет. Если всегда так было, то зачем же марать будущее? Столько твердится о Культуре, а ведь именно она не допускает пустомельства. Даже евангельское "не ведают, что творят" не оправдывает сеятелей зла. Особенно в мрачные дни Армагеддона необходима осмотрительность. Непроглядная паутина лжи нависла над миром. Запуталось в ней запуганное, загнанное человеческое сознание. А ведь каждый в своём обиходе может уменьшить вольную и невольную ложь. Каждый должен отнестись внимательнее к слышанному и помнить: "Семь раз примерь и один раз отрежь".

Друзья, не обижайтесь! Всякие приукрашения с каждым могут случиться. Ответственность всегда велика, а в дни мировых смятений она ещё возрастает. От глупого приукраса до гнусной клеветы недалеко... Пусть каждый честно отвечает за свои посевы.

30 Октября 1941 г.
Н.К. Рерих 'Листы дневника', т.2. М., 1995 г. (Из архива МЦР)

****************************************************************************


НОЯБРЬ

2 ноября 1941 г.
ДОСТУПНЕЕ!

Друг, надо писать яснее, проще, доступнее. Всякие нагромождения, ещё недавно поражавшие своею "учёностью", сейчас непригодны. В смятении человечество ищет сердечных слов. Оно ждёт душевности. Не повернётся язык начать говорить погибающему путнику в трёхэтажных, напыщенных словесах. Люди так загнаны, что им нужна скорая помощь. Когда спешно её вызывают, нет времени вдаваться в сложные описания болезни. Просто зовут на помощь.

Сестра милосердная доходчиво скажет: "Потерпи, скоро пройдёт". Нужны истинные сёстры милосердия! Одним касанием, одним простым сердечным словом они утолят страдание. А ведь и не перечесть раны и внешние и внутренние. Друг, найди слова самые простые, самые сердечные, самые доходчивые.

Замечай смысл происходящих явлений. Разберись в вестниках, в гонцах, в предтечах. Вот хотя бы из нашей области. Показательно обернуться на предтечь испытаний, выпавших на долю народа русского. Перед первой великой войною вдруг во всех областях искусства проявились сильные творцы и деятели, широко понесшие по всему миру славу родного искусства. Не буду перечислять длиннейший ряд славнейших представителей русского творчества. Ты их знаешь и каждый русский их знает и, конечно, ценит.

Получилось замечательное явление, осветившее не только смысл русского искусства, но пролившее свет на великое знание народа русского. О России мир знал мало. И сама Россия не заботилась о таком оповещении. А тут вдруг широко по всему миру и в центрах и по окраинам прошла небывало мощная дружина художников всех областей. Многое стало понятно народам.
Образовались хорошие друзья русских сокровищ. Добрым знаменосцем оказалось искусство русское. То же можно найти и в других областях. Ко времени, к срокам слагаются проявления. Внимательно можно разглядеть многие вехи.

2 Ноября 1941 г.
Н.К. Рерих 'Листы дневника', т.2. М., 1995 г. ________________________________________


10 ноября 1941 г.
СОРОК ЛЕТ
 
  
 

Сорок лет - немалый срок. В таком дальнем плавании могут быть извне встречены многие бури и грозы. Дружно проходили мы всякие препоны. И препятствия обращались в возможности. Посвящал я книги мои: "Елене, жене моей, другине, спутнице, вдохновительнице". Каждое из этих понятий было испытано в огнях жизни. И в Питере, и в Скандинавии, и в Англии, и в Америке, и по всей Азии мы трудились, учились, расширяли сознание.
Творили вместе, и недаром давно сказано, что произведения должны бы носить два имени - женское и мужское.

Как всегда, остаются не записанными лучшие переживания. Может быть, и слов для них недостаточно. Нигде не записаны труды и познавания моей Лады. Уже не говорю о философских достижениях. Кое-что из них вошло в письма к друзьям и было напечатано (под пятью псевдонимами. Можно ли при жизни открывать их?). Мало сказано о конной экспедиции по Тибету и Монголии. Много ли из женщин на коне преодолевали горы, реки, пустыни?

Нигде не сказано о даре прозрения. А ведь все мы свидетели, как до русских потрясений были указаны грядущие события. В 1927 году в Тибете были сказаны события в Испании. В 1929 году были подробно указаны бедствия великих армий под Дюнкерком. И с какими показательными подробностями прозрены события! А Финляндия, Англия, резня в Хотане, вступление русских войск в Польское полесье, прохождение войсками Ирана, но тогда знали его как Персию. Были предуказаны намерения Японии и судьбы Китая.
Много чего. Люди получали предупреждения и, как обычно, не обращали на них внимания. Однако за годы прозревались события. Как всегда, определились они не календарными сроками, а сопутствующими жизненными знаками. Всё это не записано. А ведь кто-то пожалеет, что так многое замечательное не было запечатлено. Из учёных Бехтерев прислушивался внимательно, а затем несколько врачей и исследователей проходили мимо равнодушно.

Сейчас война изуродовала всю жизнь. Прервалась переписка. Неизвестна судьба многих друзей. Книги и архивы, может быть, уничтожены. Общества пресечены. Мысль человеческая - в оковах. Утеснители Культуры кричат о её спасении. Знание подавлено. Гуманизм забыт. Искусство забито. Армагеддон! Родная Лада - сегодня сорок лет нашего дружного пути!

10 Ноября 1941 г.
Н.К. Рерих "Из литературного наследия". М. 1974 г.
______________________________________________


12 ноября 1941 г.
"ГУСЬ ЛАПЧАТЫЙ!"

В картинах Босха ноги у бесов лапчатые - между пальцами перепонки. Не Босх выдумал такую чертовскую примету. Из давних времён сложились всякие отличия, а народ в своём неисчерпаемом добродушии отмечает лукавое проворство поговоркой: "Гусь лапчатый".

У Пугачёва на груди были выжженные "царские знаки", но тёмный разбойник не сознался бы, если у него были бы лапчатые - перепончатые ножные пальцы.

Что-то немало уродов и среди власть имущих - кто обезручил, кто обезножил, у кого нога лапчатая, кто левша, кто безумен, много чего! А народ всякие такие отличия подмечает и удивляется, какие, мол, дни настали, что и у власти меченые люди стоят.

А сколько скрытых уродств, тщательно скрываемых! Врачи могли бы порассказать! Житейские мудрецы при найме служащих советовали: "Руки и ноги осмотрите, и не берите уродов. Гуси лапчатые и сегодня и завтра прикинутся, а после всё-таки себя покажут".

Ходит слух, что у Стеньки Разина одна нога была лапчатая. Кто его знает? Может быть, народное воображение хотело наградить "вора" бесовским атрибутом? А какие "признаки" были у всех самозванцев - ведь велико их число?! Даже и в Кремль забирались, и в Тушине, и в Туле немало сиживали. В Туле - "царевич" Пётр Фёдорович, пришёл с Терека, затем появились "царевичи" Август, Лаврентий, Фёдор, Клементий, Савелий, Симеон, Василий, Мартынка, Гаврилка, Ерошка... Всё претерпела Русь!

Куинджи задумывал картину: ночь, Кремлевские соборы и башни. Валяется одиноко труп Гришки-самозванца. Кто-то бросил около куклу-погремушку. Конец самозванства! У Микешина был шутливый рисунок "Гусь лапчатый", когда у именитого суженого оказалась нога лапчатая. Обряд разувания выдал бесовскую тайну. У старых нидерландцев в картинах искушения Св. Антония у нарядной дамы-искусительницы из-под подола выглядывает лапчатая ножка.

Много примет и шуток, и во всём народы предостерегают от "гусей лапчатых". "Бог шельму метит". "Убогому подай, а в товарищи не бери". Много народных прибауток.

12 Ноября 1941 г.
Н. К. Рерих. "Древние источники". М., МЦР, 1993 г.
__________________________________________


13 ноября 1941 г.
ПИСЬМО Н.К. Рериха в Америку

13.XI.41
Родные наши. Пришло письмо Зиночки от 29-го сент. с описанием всего у Вас бывшего. Всё к лучшему, и теперь, с ещё большим единением, дела полезно продвинутся. Всегда помним старую пословицу: 'Единением и малые дела растут, а раздором и большие разрушаются'. Также была телеграмма от Катрин о том, что [слушания по делу о] манускриптах назначены на 28-ое января. Может быть, произойдёт и ещё отложение, и это на пользу. Пусть тот же метод будет применён и во всех других делах - чем дольше, тем лучше. Очень хорошо, что у Зины и у Вас у всех ясно сложилось представление о том, что shares картинной кор┐порации дают Вам решающий перевес. Смешно говорить о том, что сами shares не в Ваших руках, а, как и многое прочее, находились на хранении у Хорша, - это всем ясно. Важно то, что суд взял деньги за shares и тем самым признал существование как shares, так и самой корпорации. Всё это Вам вполне известно, и в нужный момент Вы всё это выявите. Можно только сказать, что лишь по местным условиям можно прилагать те или иные действия.

Также не забывайте, что по делу Джаксона не была допущена апелляция, и, таким образом, последнее защитное слово не могло быть произнесено. Такое лишение права защиты чрезвычайно показательно, и эта вопиющая, пристрастная несправедливость должна быть очень запомнена. Наверное, в меморандуме Зины это обстоятельство особо подчёркнуто. Конечно, во всём худом есть и нечто хорошее, так и в этом деле лишение права последней защиты оставило дело незаконченным с моральной точки зрения, и в будущем это обстоятельство будет принято во внимание. Во всяком случае, как бы сейчас ни попирались моральные основы, именно они остаются решающими. А каждое несправедливое пристрастие слагает тяжкие последствия для судей неправедных.

Очень хорошо, что у Зины меморандум в двух видах - в пространном и в сжатом. В свободную минуту ещё более обостряйте сжатую форму. Вот из
С[ент]-Луи[са] опять пришло доброе письмо молодого Тернера - ничего-то эта молодёжь не знает, но, чувствуется, что у них самые добрые намерения. Такие начинающие деятели особенно полезны, ибо вместо пошлого времяпрепровождения занимаются духовными вопросами. Продолжает ли Зина видаться с Радославлевичем - ведь около него молодое, полезное окружение? Так хочется, чтобы собирались и в добре объединялись молодые силы! Бумага от Общества Фильда получена, и им отвечено заказным пароходным письмом. Надо надеяться, что оно не пропадёт, ведь, например, журнал Дельфийского Общ[ества] так и не дошёл до нас. Вероятно, Вы получите недавно посланный пакет оттисков для передачи Филадельфийскому Центру, это Вам даст возможность опять обновить с ними сношения. Также Вам посланы четыре книги: две 'Агн[и]-Й[оги]' и две 'Иер[архии]' - если дойдут, то можно будет послать и ещё. Отрадно было узнать, что здоровье нашей милой Катрин так улучшается. Добрый она человек. Такие люди, как она и Инге, встречаются по нынешним временам совсем редко. Держитесь вместе, единение так нужно сейчас ввиду нагромождающихся событий. Сейчас пишется картина, напоминающая об 'Ангеле последнем' 1912 года, только тогда название было - 'И пролетит над Землею', а теперь будет - 'И пролетел над Землею Грозный, Прегрозный'. Вехи, в разные времена данные, уже становятся на свои места. Многие не понимали якобы непоследовательность многих вех, забывая, что это происходит из-за ограниченности человеческого осознания, ибо высшая логика не совпадает с человеческим бытовым рассуждением. Вехи давались не по календарной последовательности, но по их внутреннему значению и высшей логике.Так, и в первой книге самое первое слово трактовалось многими неправильно. Храните особо бережно последнюю рукопись, Вам пересланную, - 'Надземное'. Святослав находится на очередном туре, недавно слышал его прекрасную радиопередачу о творениях Леонардо да Винчи. Выставка пользуется огром┐ным успехом. Прекрасны портреты Махарани Тра-в[анкора] и одного выдающегося государственного деятеля. Радуемся каждому продвижению к конеч┐ной победе. Россия будет Россией. Итак, собирайте добрых сотрудников, берегите дело Культуры и стойте на дозоре о справедливости.
Обнимаем Вас крепко и шлём, как всегда, самые лучшие, самые бодрые мысли.

Сердцем и духом с Вами,
Е.Рерих, Н.Рерих.

Н.К. Рерих "Письма в Америку". М. изд. "Сфера". 1998 г.
_______________________________________________


20 ноября 1941 г.
ГЕРОИ

15 ноября московское радио повестило весь мир, что Сталин в речи своей на Красной площади бросил вызов интеллигенции, обозвав её 'гнилые интеллигентики'. В каком бы сочетании ни было брошено это ругательство - оно недопустимо. В час, когда всё единение необходимо, оно не может клеймить мозг государства. Получается вреднейшая махаевщина!

Рузвельт, Черчилль, лорд Бивербрук, архиепископ Кентерберийский и тутти кванти, восхвалявшие безбожного Сталина, вряд ли одобрят антикультурный выкрик против интеллигенции. Вообще с ругательствами надо полегче. От них лишь вред получается. Недавно индусский журнал, вспоминая, как Ленин был против Сталина, назвал его 'кавказский таракан'. Нехорошо называть двуногого шестиногим, даже зоологически это неладно.

Не такое теперь время, чтобы зря распускать язык! И всегда нужно особенно тщательно относиться ко всему, близкому культуре, а в дни неслыханных потрясений следует особо бережно хранить мозг государства. Немало претерпела русская интеллигенция, а тут, в трудные часы, будут её поносить и натравливать народ на нее. Кто учтёт последствия неосторожного слова? Может ли человек, претендующий на вождя, бросать недопустимые намеки, могущие разъярить тёмное сознание?

Отмечаю это, ибо сейчас тёмная туча затмила человеческое мышление. Нередко попугайно твердится слово 'культура', но смысл его затемнился. А ведь культура должна процветать не только на государственных ристалищах, но в каждом быту, даже в самом скромном и утеснённом.
Высокое качество мышления слагается не в роскоши, не во власти, не в лукавом словопрении. В каждом доме может и должна расти дума о добре, о преуспеянии добром, о совершенствовании жизни. В таком устремлении мозг не допустит ругательства, а тем более поношения всего близкого к интеллигенции, к культуре.

Повернётся ли язык назвать культурных тружеников жалкими? А как же тогда все Академии, все Университеты, все Школы? Не только нужно поминать имена Суворова, Кутузова и всех отечественных героев, но и осознать, что они были интеллигентны и культурны в своих великих подвигах.

20 Ноября 1941 г.
Н.К. Рерих Листы 'дневника', т.2. М., 1995 г.
________________________________________


24 ноября 1941 г.
УЖАС

Никакое радио, никакая газета не передадут того ужаса, который сейчас навис над Русью. Ужас внешний, ужас внутренний! Никто не знает, устроены ли беженцы? Запасено ли на зиму топливо? Как продовольствие? Одежда? Врачи? Оружие? Множество вопросов... А вместо ответа радио сообщает об открытии московского театрального сезона. Какие теперь театры? И в Киеве были театры. И в Смоленск приезжала труппа. Много было таких сведений, обернувшихся в мрачных предвестников.

На краткое время можно залить действительность, но ужас вползёт в мёрзлые бараки и шалаши беженцев. Бегут куда-то, а где оно тепло и довольствие? Ужас действительности не есть алармический страх. Страх можно превозмочь надеждою на светлое будущее. Но чем рассеять мрак ужаса, когда люди хотят тепла и пищи? Ждут человечность. А тут и сверху и со всех сторон беда, и деваться некуда. И никто не знает, не слышит о слезах беспомощности.

Правда, всегда найдутся и Сергий Радонежский, и Минин и Пожарский, и Суворов, и Кутузов... Но у них была власть и духовная и телесная. Они знали, где благо. Они могли распорядиться. Без распорядка не сделаешь. Не усмотрите в таких мыслях пессимизма. Мы всегда будем оптимистами.

Когда мы замерзали в летних палатках на тибетских нагорьях, наш врач не раз шептал мне, прощаясь на ночь: "Увидимся ли? Ведь так и замерзают. Вот даже коньяк в бутылке замерз. До свидания, а может быть - прощайте". Правда, когда беспросветный холод опускался после полуночи, бывало трудно. Но всё же выжили, пережили и знали, что "и это пройдёт"!

Конечно, многие горько усмехнутся на такую восточную мудрость. Ужас разрушенного быта, исковерканной жизни силён, и где силы духа, которые всё преоборют? Но есть они, эти силы, жив дух человеческий, его искра греет и питает и умножает мощь. Знаем, как бывает тяжко, и только зная такие смертельные трудности, можно сказать к Северу, к любимой Родине: "И это пройдёт". Помните о Светлом Наставнике Народа Русского, о Сергии Радонежском.

24 Ноября 1941 г.
Н.К. Рерих 'Листы дневника', т.2. М., 1995 г. ________________________________________


26 ноября 1941 г.
ПИСЬМО Н.К. Рериха в Америку

26. XI. 41
Родные наши. Спасибо Зиночке за телеграмму об учредительном дне. Великое дело, когда живы традиции, а ведь вехи не исчезают. Они могут видоизменяться в человеческом сознании, но смысл их остаётся неизменным. Радовались и письму о работе Зины в качестве вице-председателя Русско-американского комитета для медицинской помощи русскому народу. Зина правильно пишет, что работа Комитета аполитична. Деятельность Красного Креста всегда была вне политики, и в этом её особо прекрасная сторона. Вот уже сорок лет, как я причастен к Красному Кресту, и всегда эта работа была близка моему сердцу. Вы помните, как издания нашего Комитета св. Евгении составили крупные суммы, так пригодившиеся на добрые дела. Кто знает, может быть, и в Америке эта же благая традиция опять может возродиться и пригодиться. Всё-таки открытки всегда были легкокрылыми вестниками и захватывали новые контингенты народа. Впрочем, это было у нас, где ценилось каждое художественное проявление, а может ли быть оно применимо в Америке, - кто знает? У нас дети и гимназисты, студенты и вся культурная часть общества составляла целые большие коллекции таких художественных открыток, воспитывая на них своё художественное чутьё. Эти издания вылились в многозначительную и широкую образовательную меру. Никакие лекции не могли так преуспеть, как эти маленькие доступные вестники искусства, легко входящие в любой быт.

Вот и в Индии замечается прекрасное устремление к приобретению воспроизведений с картин, особенно же там, где культурные труженики и народные массы не имеют возможности иметь Оригиналы. Таким порядком в дом, иногда даже в самой отдалённой местности, вносится живое напоминание о творчестве и красоте. Вспоминается, как мы сами и дети наши любили иногда по вечерам просматривать альбомы прекрасных художественных и исторических открыток. У нас к тому же Красный Крест имел привилегию на всех железнодорожных станциях и решительно повсюду продавать свои художественные издания.

Вы пишете о возвращении Трудного Человека и о его критике 'маленького деятеля' в Южной Америке. Не нужно забывать, что этот деятель появился на нашем горизонте из списков, данных самим Трудным Человеком. К тому же не понимаем мы это странное деление на маленьких и больших людей. В то время как якобы большие деятели Южн[ой] Америки не удосужились ни на чём запечатлеть свои труды, а 'маленький человек' устроил издание нескольких книг и теперь опять занят переводом следующего тома. Вряд ли он пользуется чьим-то чужим переводом, если пишет, что он занят этим переводом и что, даже несмотря на местные трудности, он приложит все силы для дальнейших изданий. Почему же группа, претендующая на перевод, не удосужилась его напечатать? Если из-за чьей-то неподвижности что-то кого-то минует, обычно появляются сетования и обвинения успевающих. А если этот 'маленький человек' преуспел больше так называемых больших, то тем лучше для него. Мы его, конечно, не знаем, но из всех его писем и из деятельности его [видно], что он очень прилежит к духовной и культурной работе. Сейчас время действия, а не рассуждений, сетований и разъединения. Конечно, намерения очень ценны, и говорят, что 'благими намерениями ад вымощен', но всё же без применения они лишь украшают мостовую ада. Вы пишете о новом друге из Калифорнии и о получении многих столь же дружеских весточек. Вот и собирайте их и приобщайте к доброму списку. Синодик друзей необходимо всегда иметь под рукою.

Вот и милая Катрин, и Инге присылают прекрасные письма, и мы радуемся, что Ваша маленькая группа всё более и более сплачивается. Вы, наверное, уже говорили Катрин о полезности сохранить ферму - для этого несколько причин. Если не имели случая ещё сказать ей, то прочтите ей это письмо.
Только что получили их письма, также и на имя Святослава, но сейчас затрудняемся переслать их, ибо он как раз находится в передвижениях и они могут пропасть в пути. Как только появится длительный адрес, мы перешлём, но, пожалуй, это будет не раньше января. Выставка очень успешна. Значит, дело манускриптов - на 28-ое января. Может быть, и опять оно как-то отложится и затянется, так же как и все прочие дела. Не пишем о Рок, ибо Вы во всём действуете по местным условиям. Кто знает, может быть, какие-то обстоятельства помешают её спешному увольнению. На местах всё виднее.

По здоровью Е.И. избегала это время писать на машинке, сердце напряжено, нужна большая осторожность. Приветы всем друзьям. С Манц. нужна большая осторожность, лживости много, Вы правы. Сердечный привет
С[офье] Мих[айловне] и милой семье Джина, Катр[ин] и Инг[е], Зин[е] и Дедлею - вся эта группа живёт в наших сердцах.

Обнимаем Вас, духом с Вами,
Н. Рерих.

Н.К. Рерих "Письма в Америку". М. Изд. "Сфера". 1998 г.

*************************************************************************

ДЕКАБРЬ

1 декабря 1941 г.
НЕЗАПИСАННАЯ ПОВЕСТЬ

"Эпизод из незаписанной повести". Эта книга Клода Брэгдона имеет многих друзей. В разных частях света её читают. Кое-кто мог бы прибавить к помянутым эпизодам и ещё немалое, тоже незаписанное. Подчас целый смысл жизни заключается в таких фактах, которые по старинному выражению "ни пером описать, ни словом сказать".

Говорится, что когда-то такие знания передавались изустно одному избранному, доверенному. Но ведь этих доверенных никто не знает. Они не объявляют себя и ничем не выдадут своих приобретений. Они не принадлежат к тайным обществам, которых так боятся люди. Они не своекорыстны. Они не спешат найти последователей.

Незаписанные эпизоды происходят вне календарных сроков, вне бытовых рассуждений и вычислений. Они так же не учитываемы, как пространственные токи, о которых наука знает ещё так мало. Но немало незаписанных эпизодов в жизни человеческой. Можно иногда разбудить дремлющее сознание, и тогда встаёт образ многозначительный. И человек сам удивлён, почему не сложил он ранее ценные части мозаики светоносной. Записанные эпизоды сложатся на почтенную полку библиотеки, а незаписанные останутся, как искры во тьме. И навсегда украсится жизнь такими негаснущими пламенами. Откуда вспыхивают они? Кто призвал их? Кто велел осветить ими тусклый быт земной?

Мир переполняется книгами, но число незаписанных повестей возрастает. Когда-то их не записывали из внутренних, глубоких побуждений, а теперь частенько их стыдятся и замалчивают из трусости. Уж очень боятся люди, чтобы невежды их не засмеяли. Ухмылянье невежества, конечно, противно, но ведь и это надо пройти. Понятно, что незаписанные повести умножаются, ибо и наука постепенно и робко проникает в великое неизвестное. Если для простого химического опыта нужны особые условия, то в областях тонких, психических особые условия чрезвычайны. Мало изучены сердце и мозг.
Люди не желают задумываться о химизме пространственных токов. Самые чуткие переживания игнорируются и попадают в хранилища незаписанных повестей. Спасибо тому, кто напоминает об этих тайниках, о вехах, преображающих жизнь человека.

1 Декабря 1941 г.
Н.К. Рерих 'Листы дневника', т.2. М., 1995 г.
_______________________________________


6 декабря 1941 г.
ОХРАНИТЕ!

В журнале Королевского Азиатского Общества, в обозрении трудов Исторического Конгресса в Аллахабаде, отмечена единогласная резолюция, принявшая наш Пакт. Казалось бы, грохот пушек, взрывы и разрушения уже похоронили идею охраны Культурных ценностей. Но сама жизнь то здесь, то там опять напомнит о Культуре и о трудах всех, кому наш Пакт был близок.

Бывают такие живые мысли, которые рано или поздно выплывают и требуют разрешения. Как бы ни пытались разрушители затоптать всё, чем жив дух человеческий, сама жизнь вернёт мысль на путь созидания.
Международные созидатели и разрушители. Их психология не уложится ни в какие международные права.

Для одних гуманитарные науки, вся человечность вообще не нужны. Механика и узкий материализм их одолел и унизил. Но другие понимают, что сокровища творчества - суть истинные ценности, подлежащие всенародной охране. Созидатели, по природе своей, стремятся возвысить все творения гения человеческого. Для одних гений вообще не существующее понятие, но другие уважают всё вышедшее за пределы рутины, любят помыслить о строительстве, которое возведёт народ к лучшему, светлому будущему.
И под грохот губительных взрывов, утеснённые, рассеянные всё же живы друзья строительства прекрасного. Если нет средств спасать человеческие творения, то всё же осталась мысль о спасительных путях. А где крепка и чиста мысль, там зарождаются и возможности.

Молодёжь! Вы, самые юные, самые устремлённые в светлое будущее, перечтите, что писалось о сохранении Культурных сокровищ, и продолжите нашу работу. Мы-то уйдём, но вы останетесь в жизненной борьбе и превозможете многие препоны.

Для вас, молодых, Культурные сокровища будут истинными ценностями. Вы поймёте, что эти сокровища составляют всенародное достояние. Так же, как и Родина, Культура должна быть охранена, оборонена. Вы знаете, что Армагеддон порушил многое неповторимое. Охраните!

6 Декабря 1941 г.
Н.К. Рерих 'Листы дневника', т.2. М., 1995 г. (Из архива МЦР)
________________________________________________________


7 декабря 1941 г.
ПИСЬМО в Америку

7.XII.41
Родные наши. Теперь в Вашей группе полное единение, и ничто разлагающее не проникнет. Опять хочется вспомнить о декларации 1929-го года. Бывший участник был почему-то против этой декларации, но, тем не менее, она существует, и прошла как постановление Совета Музея. Надо думать, что инкорпорированное учреждение имеет право делать свои постановления. Бывший участник указывал на то, что правительство не ответило на декларацию, но ведь правительство и не отвергло её, не отказало. Просто заслушало. Мы же и не ожидали особого ответа правительства, ибо Совет Музея послал своё решение, свою декларацию, а вовсе не просьбу. Если бы Совет посылал прошение, то и следовало бы ждать ответа, но декларация не требует его. Президент Кулидж в своё время приветствовал и признал Музей. Вот это обстоятельство неоспоримо, и декларация как бы ответила в том же духе.

Также важно, что Картинная Корпорация, конечно, знала о декларации и, очевидно, принимала во внимание её содержание. Потому рано или поздно Вашей группе придётся обратиться к содержанию декларации, которая Вам поможет не только морально, но и как неоспоримый исторический факт.
Нельзя же всё бывшее вычеркнуть и считать небывшим.

Конечно, события в мире нагромождаются, и каждый час можно ожидать дальнейших армагеддонных движений. Может быть, и дело о манускриптах опять отложится. И все дела ввиду экстраординарного положения отложатся. Вам на месте виднее. Если можно отложить - вы так и сделаете.

Пришло милое письмо из Либерти со вложением фотографий комнаты 'Flamma'. Пусть доброе зерно растёт. Пусть найдутся молодые для продолжения культурного дела. Привет фламмистам! Доктор Мюль прислала из Австралии свою новую книгу о криминологии. Книга поучительная - передайте автору наш привет, ведь она поехала в Калифорнию. Также пришла из Софии целая пачка газет с хорошими статьями Стоилова о моём искусстве.

Много друзей! Жаль, что обстоятельства всех их рассеяли и полезные дела умолкли. Но это временно. Эволюция потоком своим прорвёт все плотины и запруды. Конечно, моя картина для Русско-американского Комитета идёт от имени Е.И. Интересно, как идут дела Комитета, с кем там встречаетесь?
Не представляем себе, в каком виде показал Тр[удный] Человек музейное дело в Юж[ной] Америку. Может быть, совсем не так, как следовало бы. Было ли показано грабительство во всём его объёме? Дело не только печальное, но неслыханно возмутительное. Так и скажите, если бы пришлось на эту тему переписываться. Почтовые сношения всё ухудшаются. Скоро и последние пути пресекутся. С каждым письмом опасаешься, не последнее ли? Не придётся ли опять новыми кружными путями плавать?

Скажите Катрин, Инге, всем, всем добрым друзьям, как всегда мы о них думаем и шлём наши лучшие, сердечные приветы. Да будет Вам всем, нашим милым и славным, хорошо - как только может быть в нынешних обстоятельствах. 'И это пройдёт' - заповедует древняя мудрость.

Привет, привет, привет!
Сердцем и духом с Вами,
Н.Рерих.

'Большие преступники охраняются своего рода судьбой, которая помогает им преодолевать все препятствия и избавляет от всех опасностей до той минуты, когда утомлённое Провидение не положит предела их беззаконному счастью'.
Дюма

Н.К. Рерих "Письма в Америку". М. Изд. "Сфера". 1998 г.
________________________________________________


15 декабря 1941 г.
ИЗ ПИСЬМА

По нынешним временам, каждое письмо кажется последним. Спрашиваете о врагах и клеветниках. Да шут с ними, и вспоминать не хочется! Помянутые Вами "американские жители" даже и не враги, а просто грабители. Вот были враги вроде Боткина или клана Бенуа! Но Боткин, уходя, примирился и даже повинился, а Бенуа к концу ещё более ощерился. А ведь с моей стороны были лишь добрые посылки. Вот Вы пишете, что "Александр Бенуа - маленький человек, пристрастный писатель и незначительный художник", и думаете найти моё одобрение в этом смысле. А я скажу, не судите, шут с ним!

Ещё были странные личности, платившие за добро злом. Вспоминается, как Куинджи, услыхав о некоем клеветнике, сказал: "Странно, а ведь я ему никогда добра не сделал". Горькая житейская истина звучала. Много разных вредителей - Наумов, Яремич, Грабарь, Щавинский, Германова - и пересчитывать не хочется. Всем им делалось добро, но они вредительствовали даже не в свою выгоду.

Злобность тоже имеет своего рода самоотвержение. Да кроме всего прочего, русский народ запомнил: "Прост как дрозд, нагадит в шапку и зла не помнит". Тоже перестраданная житейская мудрость. Сколько раз приходилось встречаться с заведомыми злошептателями, умильно улыбавшимися, помахивая лисьим хвостиком. Прямо не знаешь, что и делать с этими лисами?

Однажды некий церковный иерарх послал гнуснейший донос. Затем довелось столкнуться с доносчиком; говорю: "Зачем вы, владыко, донос послали?". А он смотрит во все глаза: "Да это не донос, а только для осведомления". Вот и растолкуйте разницу между доносом и осведомлением. И в другом случае пришлось при всех накрыть клевету, а клеветник, ничтоже сумняшеся, отвечает: "А я думал, вам понравится, ведь так богато вышло". И ещё раз поймал академика Суслова в вранье, а он уже забыл и повторяет: "Экие мерзавцы бывают". Правда, потом он догадался, что речь идет о нём самом и, несмотря на зимнее время, вспотел.

Друзья, не обращайте внимания на клеветников - ведь это обезьяньи ласки. А если и придётся к слову, то помяните без злобы. За ложь каждый сам расплатится. Лучше думайте о друзьях. Пошлите им, их памяти, сердечные мысли. За последнее время ушло много друзей. Андреев, Горький, о. Георгий Спасский, король Александр, король Альберт, Хагберг Райт, Думерг, Дайо, Дягилев, Шабас, Масарик, Флорио, Крэн, Бьорк, Седж Квинтон, Янушкевич, Рабиндранат Тагор - и не перечесть. А за последний год, может быть, и ещё многие ушли... "О добре, по доброму, для добра".

15 Декабря 1941 г.
Н.К. Рерих 'Листы дневника', т.2. М., 1995 г. (Из архива МЦР).
________________________________________________________


17 декабря
СБЕРЕГИТЕ

Британское радио передаёт из Москвы сведения о разрушении немцами "Ясной Поляны" и об осквернении могилы Толстого. Также разрушен памятник Чехову. Экая дикость! Вот так правнуки Шиллера и Гёте, оскверняющие могилу Толстого! Сколько же миллионов лет должна ещё крутиться бедная Земля, чтобы изжилась двуногая дикость!?
Всякая дикость недопустима. Помним горестные строки М. Шагинян, писавшей в "Известиях" о разгроме усадьбы Лермонтова и об осквернении его могилы. Кем же? Да своими же! Помним, как башкирский полк пытался защитить наследие Пушкина, от кого же? Да от своих же, от русских! Экая беда! Пржевальский писал: "Я искал дикого человека в Средней Азии, а нашёл его у себя в Смоленской губернии". Такое должно кончиться.

Когда немцы разрушили Реймский Собор и сожгли Лувенскую библиотеку, эти вандализмы вызвали всеобщее негодование. Наш друг Арман Дайо издал потрясающий синодик варварских разрушений. Что дурно - то дурно, и не может быть оправдано. Дурно - разрушение Ипра. Дурно - разрушение Симоновского монастыря, где бывал Наставник русского народа Сергий Радонежский. Дурно - разрушение Храма Христа Спасителя, памятника отечественной войны 1812 года. Дурно - разрушение православного Собора в Варшаве. Мало ли что случилось дурного на лице земли! Не должно оно повторяться.

Русский народ как наследник славного будущего должен стать особым защитником Культуры. Наполеоновская конница держала коней в Московских храмах, экий стыд! В Каире в мечети показывают с негодованием наполеоновское ядро, глубоко вонзившееся в стену. До сих пор помнят и возмущаются. Громит ли Музей Академии Художеств русский вандал Маслов или же немецкий фон Шмуц - оно будет одинаково дико.

На Руси сейчас проявляются народные герои. Они будут всегда помнить, что истинный герой есть и защитник Культуры. Ни Суворов, ни Кутузов не допускали варварских разрушений. Велико светлое будущее народа русского, всепобедного!

17 Декабря 1941 г.
Н.К. Рерих 'Листы дневника', т.2. М., 1995 г. ________________________________________


24 декабря 1941 г.
МОГУЧА РУСЬ

"Да разве найдутся на свете такие огни, муки и такая сила, которая бы пересилила русскую силу!". И Гоголь знал это, и Лермонтов, и Пушкин знали все провидцы русских путей, русской славы.

Достоевский не однажды говорил о русской непобедимости. И ещё сказал он: "Могуча Русь! И не то ещё выносила. Да и не таково назначение и цель её, чтоб зря повернулась она с вековой своей дороги, да и размеры её не те. Кто верит в Русь, тот знает, что вынесет она всё решительно, даже и вопросы, и останется в сути своей таковою же прежнею, святой нашей Русью, как и была до сих пор, и сколь ни изменился бы, пожалуй, облик её, но изменения облика бояться нечего, и задерживать, отдалять вопросы вовсе не надо: кто верит в Русь, тому даже стыдно это. Её назначение столь высоко, и её внутреннее предчувствие этого назначения столь ясно (особенно теперь, в нашу эпоху, в теперешнюю минуту, главное), что тот, кто верует в это назначение, должен стоять выше всех сомнений и опасений. "Здесь терпение и вера святых, как говорится в священной книге".

И ещё напоминал он: "Объединение славян под началом России означает и заключает в себе духовный союз всех верующих в то, что великая наша Россия во главе объединенных славян скажет всему миру, всему европейскому человечеству и цивилизации его своё новое, здоровое и ещё неслыханное миром слово. Слово это будет сказано во благо и воистину уже в соединение всего человечества новым, братским всемирным союзом, начало которого лежит в гении славян, а преимущественно в духе великого народа русского, столь долго страдавшего, столь много веков обречённого на молчание, но всегда заключавшего в себе великие силы для будущего разъяснения и разрешения много горьких и самых роковых недоразумений западноевропейской цивилизации. Вот к этому-то отделу убеждённых и верующих принадлежу и я".

Московское радио говорит об охране Культуры, о наследии Толстого и Чайковского, о народных святынях. ТАСС распространяет такие ценные заветы по всем областным газетам. Радиоволны разнесут слова об обороне Культуры не только по газетам, но и в разные бытовые уголки, где нелишни напоминания о Культурных ценностях.

Культура едина. Она - вне классовых и расовых перегородок. Или Культура, со всеми её познаваниями, или дикость, хотя бы она была прикрываема цивилизованными воротничками. Ядовитые газы, глум над человеческой личностью, оковы мысли, запрещение творчества, злобность и грубость не совместимы с Культурою.

Сердце человеческое чует, где проходит граница между Культурою, цивилизацией, дикостью, постыдными пороками. Словами не всегда удаётся обозначить грани достижений, но сердце всегда стукнет предупредительно, когда близка гибельная стремнина.

Русский народ, искатель блага, строит новую жизнь. Смерти он не страшится, да и что она, смерть? И в ней жизнь, и в ней познавания и достижения.

Благо, если и среди тяжких испытаний русский народ будет помнить о Культуре, будет чтить всё великое сокровище, внесённое русскими людьми в Мировую Культуру.

24 Декабря 1941 г.
Н.К. Рерих 'Листы дневника', т.2. М., 1995 г. (Из архива МЦР).
_______________________________________________________


30 декабря 1941 г.
ВЫСТАВКИ

Несмотря на армагеддонные дни, наша выставка прошла очень удачно. В Индоре останутся двадцать две картины. В день открытия Махараджа пожертвовал Русскому Красному Кресту на медикаменты 50 000 рупий. Пришла телеграмма о желании воен┐ного фонда иметь моего 'Александра Невского'. Поехал 'Александр Невский'. Так русская выставка творит русское дело.

'Ярослав' - в Индоре. И в Бароде удачно. Затем Ахмедабад и Траванкор. Мадрас и Люкноу хотят выставку, но вряд ли подойдёт по времени. Святослав пи-шет из Бароды: 'Выставка будет продолжена. Народу на эту выставку идёт масса. Прямо тысячи валят каждый час. Никто ничего подобного не видал. Всё кругом запружено толпами. Здесь заметно обратное от Индора. Там было прогрессивное правительство, а здесь народ. Я говорю раза четыре в день и иногда перестаю даже двигаться от усталости. С раннего утра и до вечера я с толпами и среди людей. И нужно сказать, ещё выдерживаю напряжение. Мехта послал правительству свою рекомендацию о покупке картин. Шастри, хранитель музея, тоже дал свою рекомендацию. Всё в порядке и всё прекрасно'.

В Ахмедабаде много добрых знаков. Выставка устроена Обществом Поощрения и Развития Искусства в Индии (Бхарат Кала Мандал). Президент бар. Чинубай, Председатель Р.Равал. Отпечатано сердечно составленное приглашение. В газетах отзывы, жаль, что здесь никто по-гуджрати не читает. В 'Мизиндии' большая статья Тампи. В 'Тайме оф Индия' хорошая статья, также и в журнале 'Индора' и в 'Хинду' проф[ессор] Варма отлично пишет.

* * *
Кончаю 'Горыныч', 'Грозный' и 'Силы Небесные с нами ныне невидимо служат'. Кончил 'Огни победы'. Начат 'Александр Невский' - Победитель на поле битвы. Начаты 'Борис и Глеб', поспешающие на помощь.

В 'Сколар' появился 'Горький'. В 'Модерн Ревю' послал 'Иконный терем'. В двух цейлонских журналах - 'Шамбала'. В 'Вижен' - 'Радж Раджесвари', 'Царица Небесная' и 'Мир'. В 'Пиес' - 'Здоровье'. Повсюду сочетались две темы - Русь и Гималаи.

30 Декабря 1941 г.
Н.К. Рерих Листы 'дневника', т.2. М., 1995 г.
________________________________________