Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
АВТОМОНОГРАФИЯ Н.К. РЕРИХА

1913 г.
(апрель - июнь)
********************************************************
 
СОДЕРЖАНИЕ

АПРЕЛЬ
ПИСЬМО И.Э. Грабаря к Рериху Н.К. (4 апреля 1913 г.)
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Грабарю И.Э. [9 апреля 1913 г.]
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Грабарю И.Э. (10 апреля 1913 г.)
ПИСЬМО Н.П. Богданова-Бельского к Рериху Н.К. (12 апреля 1913 г.)
ПИСЬМО М.В. Нестерова к Рериху Н.К. (18 апреля 1913 г. Москва)

МАЙ
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рерих Е.И. [9 мая 1913 г. Вержболово]
Хроника. (12 мая 1913 г. СПб.)
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рерих Е.И. [12/25 мая 1913 г. Париж]
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рерих Е.И. [12/25 мая 1913 г. Париж]
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рерих Е.И. [13/26 мая 1913 г. Париж]
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рерих Е.И. [16/29 мая 1913 г. Париж]
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рерих Е.И. [17/30 мая 1913 г. Париж]
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рерих Е.И. [Май 1913 г. Париж]
УДОСТОВЕРЕНИЕ Святослава Рериха (30 мая 1913 г.)

ИЮНЬ
ПИСЬМО
Н.К. Рериха к Рерих Е.И. [2 июня 1913 г. Париж]
Хроника. Русский балет в Париже (3/16 июня 1913 г. Париж)
Композитор Черепнин. "Ещё о балетном скандале (6 июня 1913 г. СПб.)
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рерих Е.И. [10-11 июня 1913 г., на пути в Кисловодск]
Н.К. Рерих. ГОРОДА ПУСТЫННЫЕ (Русское Слово. 11 июня 1913. ? 133)
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рерих Е.И. [11-12 июня 1913 г., на пути в Кисловодск]
ПИСЬМО Лидии Константиновны Рерих к Рериху Н.К. (17 июня 1913 г.)
ПИСЬМО Юрия Рериха к Рериху Н.К. (18 июня [1913 г.])
ПИСЬМО В.А. Фролова к Рериху Н.К. (26 июня 1913 г. СПб.)
Хроника. Римский-Корсаков. Русские оперы в Париже. (Русская молва. 1913. 27 июня. ? 152 )
ПИСЬМО Лидии Константиновны Рерих к Рериху Н.К. (28 июня 1913 г.)

________________________________________________________


АПРЕЛЬ

4 апреля 1913 г.
ПИСЬМО И.Э Грабаря к Рериху Н.К.

[Игорь Эммануилович Грабарь
Москва, Пятницкая, Овчинников.]

Москва 4 апреля. 1913
Дорогой Николай, сердечное спасибо за телеграмму и письмо, хотя, говоря по совести, поздравлять не с чем, т.к. я пошёл в Попечители точно из-за ультиматизма С.И. Щукина, заявившего, что если я не пойду, то он отдаст всё своё собрание Румянцевскому музею. Убеждали меня идти и Остроухов, и Морозов. Но я до сих пор не знаю, как справлюсь со временем: сутки имеют точно 24 часа, а у меня дела и сейчас уже часов на 36, - положение отчаянное и совершенно безвыходное. Такое чувство, точно лечу с аэроплана, неожиданно сломавшегося на высоте нескольких вёрст над Землёй.

Кстати, - а может быть и вовсе не кстати, - за сколько ты уступил бы Третьяковке 'Ангела Последнего'. Само собою разумеется, что цена не может быть 'выставочной'. Я очень не хотел бы, чтобы, с места в карьер, пошли толки 'о приятельских покупках' и т.д. Очень жаль, что вещи Трояновского и Лангового уже не свободны.

Теперь относительно трёхцветки и <меццотинто>. С Твоим выбором последних я не согласен. Например, я вовсе не нахожу, чтобы именно в <меццотинто> вышла эффектным листом 'мельница' с горным ручьём на заднем плане. А потом Ты, забыв о моей усердной просьбе, в конце письма без системы описаний снова переходишь к <прием:> 'названий', совершено забывая, что для меня они чистейшая тарабарщина. Ну как я соображу, какое 'Утро' мне прислал Николаевский и что за 'Вечер' мне ещё пришлёт Александров. Тебе это ничего, конечно, кажется очень простым, а я сколько ни думай, - не додумаюсь, да не вижу надобности в таком употреблении времени. Поэтому убедительно прошу ещё раз, - ей богу, не я в этом виноват - пришли мне список с присоединением маленьких набросков - схем самих вещей. Иначе мы будем переписываться без конца.
Я предлагаю следующие меццотинто:

1) [набросок] цветущие деревья и две избушки справа и слева,
---------------- вдали селенье и дымы. Этот <вид дер.> хорош.

2) [набросок] огромный камень-скала посредине.
----------------

3) [набросок] Горное озеро, слева сосны.
-----------------

4) Подземелье с фигурами несущими <с::> (эта вещь и ты <...>).
5) Ангел последний (то же).

А затем давай ещё три вещи. Пришли, <:.> и точные названия всех восьми вещей и владельцев. Если собств. автора, так и надо написать. А вещи Трояновского и Лангового предлагаю дать в : трёхцветках.

Твой
Игорь Грабарь

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/738, 1 л.
_______________________________



[9 апреля 1913 г.]
ПИСЬМО Н.К. Рериха к И.Э. Грабарю
Конверт: на штемпеле дата: Москва. 9. IV. 13.

Москва. Петровские линии, ? 13
Издательство И.Н. Кнебеля
Его Высокородию
Игорю Эммануиловичу Грабарю.
____________________

Дорогой Игорь.
Конечно Тебя не с чем поздравлять с избранием, но Третьяковку поздравить можно. Всё-таки Москва молодец, не боится свежих людей.
Совершенно согласен с Твоим выбором меццотинт, кроме одной (огромного камня), так как пришлю лучший вариант того же мотива. Значит:

1). 'Беренд. слобода' (Цветущие деревья и две избушки справа и слева).
2). 'Ярилина долина' (Горное озеро. Сосны). Собств. С.Я. Кусевицкого.
3). 'Огни подземные' (подземелье с фигурами).

4) 'Ангел Последний'.
И пролетит над землёю Ангел конца.
Грозный, прегрозный!
Красный, прекрасный!
Ангел последний.
Кроме того ещё пришлю

5). 'Курганный народ'.

[ набросок ]
Сидит у костра в вечернем пейзаже.
Прислано Николаевским. Кроме того, ещё пришлю.

6) 'Эскиз к балету: 'Весна священная'.
7). Терем кикиморы.
8) 'Дары' или 'Пречистый град' (название напишу на снимках).

На Ангела Последнего было много желающих: Нотгафин, Касьянов, Слепцов, Тенишева давали до 1300 р. Но жена моя не отдала. Я ей передам Твоё предложение; она говорит, что за 1000 р. она для Музея отдала бы.

Нужно знать будут ли клише от Кульженки? иначе надо снять 'Дары' - впрочем у Кульженко всё вышло хорошо, так что лучше воспользоваться им.
Из СПб. я уеду числа 6 Мая, так что теперь можно решить всё, где я нужен.

Шлём Тебе сердечный привет.
Искренно Твой
НРерих.

Отдел рукописей ГТГ, ф. 106/10119, 3 л.
__________________________________________


10 апреля н./с. 1913 г. Выборг.
ПИСЬМО Н.К. Рериха к И.Э. Грабарю
Конверт. На штемпеле дата: Москва. 3. 4. 13.

Москва. Петровские линии, ? 13
Издательство И.Н. Кнебеля
Его Высокородию
Игорю Эммануиловичу Грабарю.
____________________

Дорогой Игорь Эммануилович,
для списка работ нужны следующие сведения:
1. Какие вещи у Остроухова, Гиршмана, Касьянова?
2. У кого 'Песнь о викинге', 'ПункаХарью'? Надо бы снять в Москве 'Песнь о викинге' и 'Пунка Харью'.
Как дела с Кульженко?
Искренно Твой
НР.
10.IV.1913.

Отдел рукописей ГТГ, ф. 106/10120, 2 л.
__________________________________



12 апреля 1913 г.
ПИСЬМО Ник. Петр. Богданова-Бельского к Рериху Н.К. (машинопись)
(на бумаге с водяным знаком)

Состоящее под Высочайшим Государя Императора покровительством
Общество имени А.И. Куинджи.
С.-Петербургъ, ул. Гоголя, 17, телеф. 617-14.

? 19
12 апреля 1913 года

Милостивый Государь
Николай Константинович.

Согласно постановлению Общего Собрания 9 апреля сего
года покорнейше прошу Вас исполнить, согласно выраженному
Вами желанию, эскизный проект росписи для мозаики в нише
памятника, сооружаемого Обществом на могиле Архипа Ивановича Куинджи.

Председатель Правления Н. Богданов-Бельск.(подпись)

Его Выс-родiю
Н. К. Рериху.

Справа внизу подпись:

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/630, 1 л.
_______________________________
#pamkuindgy#
Н.К. Рерих. Эскиз мозаичного панно памятника А.И. Куинджи

18 апреля 1913 г.
ПИСЬМО М.В. Нестерова к Рериху Н.К.

Многоуважаемый и дорогой
Николай Константинович!

Очень благодарю Вас за телеграмму. После 23-го буду ждать известий от Вас о решении Собрания. Было бы прекрасно, если бы решение это было благоприятно.

Заявление Гр. И.И. Толстому мною также подано и ответ на него я ожидаю приблизительно одновременно с Вашим.

Ещё и теперь здесь - в Киеве, я с удовольствием вспоминаю Ваши новые вещи, столь художественные и интересные. Какая-то их будет судьба? Во всяком случае, искренне желаю им большого, а главное, 'настоящего' успеха.

Пользуясь этим письмом, шлю Вам, а также прошу передать Вашему Семейству, мои пасхальные поздравления и лучшие пожелания.

За границу выезжаю 30-го апреля.
Искренне преданный Вам и уважающий

Мих. Нестеров
18 Апреля 1913 г.

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/1062, 2 л.
***************************************************



МАЙ

[9 мая 1913 г. Вержболово]
ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рерих Е.И. [9 мая 1913 г. Вержболово]

Петербург. Мойка, 83.
Её Высокородию
Елене Ивановне
Рерих
__________________________

Еду из Вержболова. Прохладно. Как у Тебя всё? Напиши Hоtel Beau Site, Presbourg, 4.
Целую крепко.
Пусть Юрик и Светик пишут.

Архив Л.С. Митусовой.
Публикуется по изданию: Н.К. Рерих. Лада. Москва. 2011 г.
__________________________________________________


12 мая 1913 г. СПб.
О соискании звания художника-архитектора Б. Рерихом.

ВЫПУСК АРХИТЕКТОРОВ

Соединённый совет Императорской Академии художеств 12 мая осматривал работы на соискание звания художника-архитектора и предоставления права заграничной поездки за счёт Академии. Темой, в текущем году, послужил железнодорожный вокзал. По мастерской проф. Л. Н. Бенуа проекты представлены: А. Бурачевским, И. Жижмор, Н. Келлером, В.Ковальским, Б.Рерихом, В. Станжицким, М.Успенским, Б. Ушаковым, В. Фелыновым и Я. Филотеем....

Вечернее время. 1913. 13/26 мая. ? 453. С. 3.
_________________________________________



[12 / 25 мая 1913 г. Париж]
ПИСЬМО Н. Рериха к Рерих Е.И.

Hоtel Astoria
Avenue Des Champs Еlisеes
PARIS

Париж
Милый мой Мисик.
Побывал и в Театре и у Тенишевой.
Тенишева (уезжает завтра утром) очень поправилась; всё настаивает, чтобы я побывал у какой[-то] здешней знаменитости. А мне жаль 40 фр. В театре сутолока. Балет идёт в четверг. Между прочим, меня выкинули из программы, но Стравинский настаивал, будто бы, вставить. Он просит Стёпу сделать либретто к 'Соловью' и даст ему 1000 р. за либретто. В общем, кажется, 2 1/2 недель мне не пробыть - не больше 10 дней.

Как у Тебя всё? Как бы с Тобой-то здесь хорошо было. Милый мой, родной мой!
Н.Р.

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/284, 2 л.
_________________________________



[12 / 25 мая 1913 г. Париж]
ПИСЬМО Н. Рериха - Е.И. Рерих

Hоtel Astoria
Avenue Des Champs Еlisеes
PARIS

Воскресенье, вечер
Родной мой Мисик. Что-то от Тебя нет вестей. Как Ты там? Волнует это меня.
Завтра в 1 час дня уезжает Тенишева и три дня до Пятницы я буду занят в театре. Подсылаю депешу с просьбой послать исследования, а главное последнее, которое переводит Двукраев. Пожалуй пусть посмотрят. Уж так для коллекции! Тут конечно тоже не отдохнёшь - все дёргают. Если придёт посылкой бумага для пастели - надо её дать Земляницыной.
Погода сегодня жаркая.

Сегодня весь день кроме репетиции сидел в старом соусе Тенишихи, Лидина, Четыркина.
Княгиня и Лидин просят передать Тебе привет и очень жалеют.
Завтра надеюсь иметь Твою весточку, и так хотелось бы, чтобы Ты всегда чувствовала, что я Тебе самый родной, самый близкий, всегда Тебе хороший. Моя милая Ладушка береги себя!
Твой Н.

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/286, 2 л.
______________________________


[13 /26 мая. 1913 г. Париж]
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рерих Е.И.

Hоtel Astoria
Avenue Des Champs Еlisеes
PARIS

Милый мой Мисик,
ты не можешь представить как волнует отсутствие известий. Уже 6 дней из дома - и ничего не знаю. То думается, что pas des nouvelles - bonnes nouvelles, то как раз наоборот. И не знаю. Напиши как все? Дай Бог, чтобы было хорошо! Сегодня примеряли костюмы, как будто ничего.
Завтра просмотр декораций. Жара стала невыносимая, воротники расплавляются. Заказал костюм (115 фр.) и пальто (140 fr.). Видел у антиквара чудные примитивы: Босх - 10.000 fr. Блэз - 150.000 fr. (продан) и т. д. Но всё это мимоходом, пока всё около театра вращаюсь. Слушаю местные сплетни и слухи Стравинского и Санина.
Сейчас буду брать ванну и лягу. Всё-таки устаёшь от жары и от сутолоки. Всё жду письма а его нет.
Пиши, мой миленький!
НР
Как у Тебя всё?

Утром подают телеграмму о металле. Сейчас я телеграфировал в Банк. Как странно, что вчера утром я послал Тебе в письме бланк для Московского Банка. Кроме того, у <Белого> моя подпись.

Отчего Ты не [пишешь] ничего о здоровье. Писем нет и нет. А я беспокоюсь.
Милая моя Ладушка очень Тебя целую и иду жариться, - день опять жаркий.
Верно, сегодня будет письмо.

Отдел рукописей ГТГ, ф.44/287, 2 л.
____________________________________________________________


[16/ 29 Мая 1913 г. Париж]
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рерих Е.И.

Hоtel Astoria
Avenue Des Champs Еlisеes
PARIS

Четверг Утро
Родная моя Ладушка, вчера целый день просидел в театре, даже обедать не пришлось, а вместо завтрака чай пил. Вечером была пресса. Успех балета среди художников большой. Моя часть всем нравится.

К музыке пресса относится более строго. Конечно, это ещё не исключает возможности шиканья сегодня. Одно дело знатоки - другое публика I абонемента - дукессы и банкиры.

Был два раза у Берлинера, и он сказывается в отъезде. Сейчас Астрюк спросил Дягилева, что делать, если публика не даст окончить спектакль? Значит, будет скандал. Посмотрим.

Ехать думаю будущую Пятницу или Четверг - как достану билет.
Дай Бог Тебе всего доброго, и помоги Бог Муличке.
Обнимаю Тебя крепко. Завтра пошлю депешу о скандале. Дягилев волнуется.

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/285, 2 л.
___________________________________________________________


[17/30 мая 1913 г. Париж]
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рерих Е.И.

Hоtel Astoria
Avenue Des Champs Еlisеes
PARIS

Родная моя Ладушка, прочти прилагаемое и пошли это Руманову.
Первый раз я присутствовал при рёве всего зала, и в описании нет ничего преувеличенного. Есть подозрение, что Астрюк устроил этот скандал, так как теперь он уверен, что каждый спектакль даст не менее 40000 сбора.

Сегодня я выписал 500 р. от Кафталя, так как надежда на Дягилева плоха, а Кусевицкий купил 1 акт, а мне понравилась одна штучка. Так что имею право купить, да и Ты удачно разделалась с металлом.

Билет взял ехать в Среду вечером. Привезу образцы от Liberty - дёшево по 8 р. - 22 fr. метр, и как красиво! Сейчас иду к Лифшицу. Из здешних особо сердечно ко мне Санин относится: Воображаю, какие у Тебя всё волнения!
Очень жарко. Жажда большая - пот так и льёт. Ем больше фрукты.

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/227, 1 л.
_________________________________


[ 30 или 31 мая (нов. ст.)1913 г. Париж]
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рерих Е.И.

Родная моя Ладушка, посылаю Тебе две вырезки.
Прочитай и покажи Руманову (только пусть не потеряет). За балет будут писать Аннунцио и Бланш. Говорят, что таким же скандалом в своё время сопровождались пьесы Вагнера и Кармен. Словом, размеры скандала считают крупным успехом. Еду в Среду. Может быть, задержусь на день в Кёльне.

Пропуск имени на программе просто халатность, всё это надо самому делать, иначе никто не подумает.

В Понедельник ожидают в балете ещё больший скандал. Я пойду в зал, послушаю: очень любопытно.

Сегодня погода стала холодной. Так бы мы с Тобою здесь походили; такая масса хороших вещей.

Liberti - просто прелесть. Я везу три куска для кофточек.

Всё-таки, что Тебя здесь нет, страшно жаль, ну, да где бы этому быть, и насчёт дачи и то совсем неясно: что делать! Бедная Ты моя! Жаль Тебя, жаль и больную нашу.
Как голова? Впрочем, на это письмо уже не ответить.
Целую Тебя и ребят.
Ты мой миленький!

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/296, 1 л.
_______________________________


30 мая 1913 г.
УДОСТОВЕРЕНИЕ Святослава Рериха

М.Н.П.
Санктпетербургский
Учебный Округ
-----
С.П.Б. ГИМНАЗИЯ К. МАЯ
В.О. 14 лин., 39.
:.30: мая:: 1913 г.
? 453.

УДОСТОВЕРЕНИЕ
Дано сие от С. Петербургской Гимназии К. Мая сыну художника Святославу Рерих православного вероисповедания, родившемуся 1904 года, в том, что он, Святослав Рерих, весною 1913 года подвергался вступительному экзамену в Приготовит. класс означенной Гимназии К. Мая, при чем обнаружил следующие познания:

в Законе Божьем:::.три /3/,::
' Русском языке:::.четыре /4/ и
' Латинском языке:::::::.
' Немецком язык:::::::..
' Французском языке:::::::..
' Арифметике::::.четыре /4/
' Алгебре ::::::::::.::.
' Геометрии ::::::::::::
' Истории :::::::::::::
' Географии ::::::::::::..
' Природоведении :::::::::.
' Рисовании ::::::::::::

На основании указанных познаний, означенный :Святослав:.Рерих,:.может быть с :осени: 1913 года принят в число учеников :приготовит:. класса С.Петербургской Гимназии К. Мая.

Директор (подпись)
[Круглая печать Гимназии]
Письмоводитель (подпись)

Отдел рукописей ГТГ, 44/1230, 1 л.
(Машинописный текст)
_____________________________________

**********************************************************************



ИЮНЬ

[2 июня 1913 г. Париж]
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рерих Е.И.

Родная моя Ладушка, как Твои дела?
Давно не было письма. Я уже готовлюсь к отъезду. Одно плохо - ничего не могу придумать для ребят. Придётся книжки купить. Ведь не звериное чучело везти? Солдаты плохи.

Кафталь свинья. Ещё в Пятницу я послал депешу о высылке 500 руб., и до сих пор ничего нет. Сейчас иду на второе предст[авление] Sacre . Обещают огромный скандал!

Сегодня обедал с Лившицами и с Раппом. Словом, всё благополучно; вокруг меня Гинцбург, Лившиц, Зелеман, Рапп, Бернштейн, Аронсон, Шагал и т. д.
Жаль, что Тебя нет! Сколько тут хороших вещей! Жаль, что дороговато всё, ну да что делать!

Крепко Тебя целую. Думаю, что нигде не остановлюсь в пути.
Очень люблю Тебя.
Н. Р.
Хованщину не дождусь. Только репетицию увижу.

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/374, 2 л.
______________________________


3 июня 1913 г. Париж.

РУССКИЙ БАЛЕТ в ПАРИЖЕ
1. 'Весна священная'. 'Игры'

'Весна священная' - совместное произведение Н. Рериха, Игоря Стравинского и Нижинского-балетмейстера, - новое усилие, знаменательное и яркое, если не победоносное, нашего зарубежного балета, усилие почти великолепное по дерзкому своеволию.

Часть зрителей-французов, полюбивших, однако, "Шехерезаду", "Хованщину" и 'Петрушку', буквально металась под бичами этой небывалой музыки, жестоко уязвлённая горечью мнимой мистификации, захлёбывалась мстительной враждебностью к исполнителям, заглушая оркестр злорадными протестами. Иные выражали одобрение не менее вызывающее, но без твёрдости.

И подлинно новый 'русский балет' не призван, по-видимому, нравиться. Лишь третье представление внесло частичное успокоение. Победила прихотливая, но внушительна[я] воля новаторов.

В замысле Рериха - либреттиста и декоратора - сквозь прозрачную историческую маску дохристианской Руси с явственностью обозначается, смятенный и таинственный, древнейший лик первобытного человечества, искажённый ни с чем не сравнимым, стихийным ужасом перед тайной вещей.

'Картины языческой Руси' не имеют сюжета в смысле психологического развития: ведь слишком темны и рудиментарны душевные побуждения древних людей. Поэтому действию недостаёт конструктивности.
Рерих воссоздаёт элементы быта и культа, весенние радения шаманов, вымышленные обряды поклонения обновлённой земле, заклание избранной жертвы.

Среди ярко зеленеющих холмов, с тяжко волнующимися округлыми массами, под нависшим, точно каменным небом (обычный сценарий ретроспективных видений художника) - юноши и девушки предаются мистическим пляскам. Древнейший из старцев поклоняется земле. Мы не видели ничего подобного этим пляскам. Точно под гипнозом, монотонным и сумрачным, повторяются всё те же движения, грубые, связанные и тупо-упорные, пока внезапный спазматический толчок не изменит одуряюще однообразной пластической ноты.

Точно обезличенные культом, чуждые индивидуальных побуждений, пляшущие передвигаются стеснёнными группами, локоть к локтю.
Над ними всесильно царит какое-то неотвратимое принуждение, искривляющее их члены, тяготеющее над согнутыми шеями. Чувствуется, что иные движения, более свободные и гармоничные, для них запретны, потому что были бы кощунственны. Во всём этом психологическое правдоподобие - очевидно. И эта тяжёлая мистическая одурь, владеющая пляшущими, отзывается у зрителей болезненным и острым, я сказал бы, физиологическим недовольством.

Источник этого ветхого наваждения, проникающего своими внушениями утончённейших из сценических художников современности - русских танцовщиков - таится в музыке Стравинского, эксцентричной и демонической (в ней много звучностей, знакомых по 'Петрушке'), пронизывающей слух нестерпимыми неблагозвучиями, тяжкими и повелительными ритмами.

Если попытка Стравинского явилась неудачей, а это представляется вероятным, то что это за блистательная неудача! Так богата музыкальная ткань, так напряжена и независима творческая воля, таково погружение в первобытную душу, рабскую и патетическую. Правда, великолепные краски 'Фейерверка' и 'Жар-птицы' сменились здесь грубым рубищем варварской мелодии. Деревянные инструменты звучат иногда простодушно, подобно свирелям первых пастухов, а фаготы подобно просверлённым черепам в ловких пальцах людоеда-импровизатора. <...>

Но в том, как воспринял эту музыку балетмейстер, в том, как он подчинил ей исполнителей, - роковая ложь и очень поучительная ошибка этой постановки.
Единственная цель придуманных им движений - осуществление ритма. Ритм - такова здесь единственная, чудовищная сила, обуздавшая первобытную душу. <...>

Но ведь ритм - только голая форма, только мера движения во времени, лишённая содержания. Неблагоразумно было приносить ему в жертву пластику. И вот, всюду, где хаотические метания одержимых весной и опьянённых божеством дикарей обращались в нудный показательный урок ритмической гимнастики, когда шаманы и бесноватые начинали 'ходить ноты' и 'делать accelerando или синкопы', - там начинался психологический провал всего замысла, самое законное и самое комическое недоумение зрителя. Наивная кустарность приёма отталкивала.

Новый ритмический формализм не по праву подавляет самодовлеющую пластику; к тому же он пуст и мало впечатляет сам по себе.
Хореографический опыт XVIII века оставил нам предписание: давать чувствовать ритм, не подчёркивая его. Ныне оно забыто. Думается, что те, кому не терпится сковать танец чуждыми принуждениями во славу нарочитой и недостаточно осознанной новизны, вносят в искусство театрального танца ненужную и опасную суету.

Вторая картина балета: зеленоватый полумрак облачной северной ночи; святилище; высятся шесты с черепами. Тут нежданно расцветает эпизод, полный благоуханного лиризма: девушки в красных одеждах, С ангельским жеманством иконописных жестов, плечом к плечу, ведут круговой хоровод. Рассеявшись, они ищут какой-то мистический путь. Избрана и прославлена скачками и плясками жертва (её очень уверенно, мужественно, почти красиво исполняет Мария Пильц). Вокруг неё согбенные старцы в звериных шкурах смыкают круг. Доныне неподвижная, бледная под белой повязкой, она пляшет предсмертную пляску. Колени сдвинуты, носки повёрнуты внутрь. Внезапная конвульсия бросает в сторону окостеневшее в резком изломе тело.
Под свирепыми толчками ритма, оглушённая пронизывающими звучностями оркестра, она мятётся и корчится в экстатической и угловатой пляске. И вновь: леденящий комизм этой первобытной истерии волнует зрителя небывалыми впечатлениями мучительного гротеска.

Пляска нарастает, пока избранная дева не падает бездыханная на руки жрецов.
Кошмар, исполненный местами - там, где он не подменён бесплодной механикой рудиментарного лиризма и косного ужаса, обрывается. Для зрителя - это почти облегчение....
Андрей Левинсон

Речь. 1913. 3/16 июня. ? 149. С. 2.
__________________________________


5 июня 1913 г.

ТЕАТР И МУЗЫКА
Русский сезон в Париже заканчивается 8-го июня. 1-го [июля] начинается сезон в Лондоне. Перед отъездом из Парижа хор Мариинского театра даст два концерта. В Лондоне пойдёт, между прочим, опера 'Псковитянка'. Будет также поставлен новый балет Рериха и Стравинского - 'Весна священная'.

Речь. 1913. 5/18 июня. ? 150. С. 6.
____________________________________


6 июня 1913 г. СПб.

ЕЩЁ О ПАРИЖСКОМ БАЛЕТНОМ СКАНДАЛЕ
Композитор Н. Н. Черепнин называет поведение парижской публики хулиганством

Вслед за Н. К. Рерихом вернулся из Парижа композитор Н. Н. Черепнин, ездивший туда для переговоров о своём новом балете 'Красные маски'.
Г[-н] Черепнин присутствовал на скандальном спектакле в театре Астрюка и вынес о нём несколько иное впечатление, чем г. Рерих.

- Я читал интервью с Рерихом, - сказал нам молодой композитор, - и больше всего меня удивила фраза Стравинского: 'Это - успех, потому что теперь нам обеспечены 38 тысяч франков в вечер'. Из уст артиста как-то странно слышать такие слова...

Совершенно не согласен я и с тем, что парижская публика пришла на балет 'Священная весна' с предвзятым мнением.
Если у французов может быть какая-нибудь предвзятость к русскому искусству, то скорее в положительном смысле, чем в отрицательном.
В самом деле: вспомните, с каким восторгом встречали всюду в Париже русский балет и русскую оперу...

Предвзятое отношение к нам было в Риме, где мы с самого начала знали, что имеем дело с организованной бандой каморристов.
На какой почве могла быть предвзятость в Париже?
Я считаю этот мотив совершенно неосновательным.

- Чем же вы объясняете этот скандал?
- Что касается хореографической части нового балета, о ней я абсолютно ничего не могу сказать.
Я сам писал музыку для балета, но эта сторона вне угла моего зрения. Относительно костюмов Рериха могу сказать, что от них действительно веяло весенней свежестью. Костюмы были прекрасные.

Но совершенно не удовлетворяла меня музыка Стравинского, оказавшаяся в полной дисгармонии с декорациями.
Это была не оригинальная музыка, а это было какое-то оригинальничание.

Рядом с проникновенными, глубокими декорациями Рериха Стравинский дал какую-то совершенно не подходящую сюда назойливо-вычурную музыку.
Архаическая музыка должна быть монотонной, как песни самоедов, повторяющих без конца одну и ту же фразу.

Рерих дал дивные декорации. В особенности хороша декорация второго акта, с человекообразными облаками.

Теперь мне хочется передать вам свои впечатления относительно публики.
Более хулиганского отношения к артистам трудно себе представить.
Как бы неудачен ни был новый балет, но если бы вы задали мне вопрос: заслужили ли авторы и артисты такое отношение публики, я бы ответил:
- Нет, не заслужили.

Публика вела себя так, как только могут вести себя якобы культурные парижане, являющиеся в театр прямо от какого-нибудь Паяра, с полными желудками, сытые, икающие, одобрительно рявкающие, или громко выражающие своё недовольство.
Воспитанная на разных 'Фолибержерах', парижская публика представляет собой верх разнузданности, и о ней нельзя говорить без чувства возмущения. <...>
Считаю необходимым отметить удивительную энергию Дягилева.
Деятельность его прямо громадная, а между тем он встречает на своём пути пока только одни тернии. Уверен, что если не теперь, то со временем его оценят по достоинству.

Петербургская газета. 1913. 6 июня. ? 152. С. 13.
___________________________________________



[Июнь 1913 г. СПб - Москва - Харьков, по пути в Кисловодск.]
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рерих Е.И.

К Москве.
Родная моя Ладушка.
Еду мимо Берёзки; видел Окуловку. Жаль, что мы не в Берёзке. День-то хороший. И неестественно, что я всё без Тебя. Бедный Ты, бедный Мисик. Такого лета ещё и не было. На Кавказ что-то мало тянет, хоть бы уж не так плохо вышло. Пробую писать, но что-то очень трясёт. Завтрак дали: яичницу, цыплёнка и персик.

Уж очень хороши наши озёра, уж очень мы хорошо ездили!
А как поехал мимо Ключина, даже чуть не заплакал, об этом уже совестно было в открытке писать.
Милый Ты мой, любимый Мисик.
________________________

Москва. Погода чудная.
________________________

В Вечерней Московской прочёл, что в СПб. на Бирже был настоящий погром. Что же это такое?
_________________________

Харьков.
Прохладно. Скучная степь. Скал не видал. Скажи Белому - пусть А[лександр] Ф[ёдорович Белый] на месяц в Нарзан приезжает.

Куда-то везут - посмотрим.
Как у Тебя?
Хоть бы мне запастись силами, а главное, нервами. Так плохо без этого, всё слишком чувствительно.

Теперь напишу вечером в Кисловодске. Где-ниб. да устроюсь. Целую Ю. и С. Целую Тебя. Как глупо без Тебя по новым местам.

Во всю нашу 12-лет[нюю] жизнь наши родные нам не только не помогли, но даже наоборот. Впрочем, лучше не думать.
Сейчас пошли белые овраги. Мельницы с 8 крыльями.
Пиши мне, как у тебя идёт всё?
Мой милый, мой любимый!

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/404, 2 л.
_______________________________



*******************************************************************************

11 июня 1913 г.

Н.К. Рерих
ГОРОДА ПУСТЫННЫЕ

Мир пишется, как ветхий муж.
Повинны человеки устремлением.
Устремлением возрастают помыслы.
Помысел породил желание. Желание подвигло веление.
Здание человеческое устремлениями сотрясается. Не бойся, древний муж!
Радость и печаль - как река. Волны преходят омывающие.

Возвеселился царь:
- Моя земля велика. Мои леса крепки. Мои реки полны. Мои горы ценны. Мой народ весел. Красива жена моя.
Возвеселилась царица:
- Много у нас лесов и полей. Много у нас певчих птиц. Много у нас цветочных трав.
Вошёл в палату ветхий муж. Пришлый человек. Царю и царице поклон дал. Сел в утомлении.
Царь спросил:
- Чего устал, ветхий? Видно, долго шёл в странствии?

Воспечалился ветхий муж:
- Земля твоя велика. Крепки леса твои. Полны реки твои. Горы твои непроходны. В странствии едва не погиб. И не мог дойти до града, где нашёл бы покой. Мало, царь, у тебя городов. Нам, ветхим, любо градское строение. Любы стены надёжные. Любы башни зрящие и врата, велению послушные. Мало, царь, у тебя городов. Крепче окружились стенами владыки соседних стран.

Воспечалился царь:
- Мало у меня городов. Мало у меня надежды стенной. Мало башен имею. Мало врат, чтобы вместить весь народ.


Восплакал царь:
- Муж ветхий! Летами мудрый! Научи зарастить городами всю мою землю великую. Как вместить в стены весь народ?

Возвеселился ветхий муж:
- Будут, царь, у тебя города. Вместишь в стены весь народ. За две земли от тебя живёт великанский царь. Дай ему плату великую. Принесут тебе великаны от царя индийского городов видимо-невидимо. Принесут со стенами, с вратами и с башнями. Не жалей наградить царя великанского. Дай ему плату великую. Хотя бы просил царицу, жену твою.
Встал и ушёл ветхий. Точно его, прохожего, и не было.

Послал царь в землю великанскую просьбу, докуку великую. Засмеялся смехом великанский мохнатый царь. Послал народ свой к царю индийскому своровать города со стенами, вратами и башнями. Взял плату великанский мохнатый царь немалую. Взял гору ценную. Взял реку полную. Взял целый крепкий лес. Взял в придачу царицу, жену царя. Всё ему было обещано. Всё ему было отписано.

Воспечалилась царица:
- Ой, возьмёт меня мохнатый царь! Ой, в угоду странному мужу, ветхому! Ой, закроют весь народ вратами крепкими. Ой, потопчут городами все мои травы цветочные. А закроют башнями весь надзвёздный мир, помогите, мои травы цветочные, - ведомы вам тайны подземные. Ой, несут великаны города индийские, со стенами, вратами и башнями.

Жалобу травы услышали. Закивали цветными макушками. Подняли думу подземную. Пошла под землёй дума великая. Думою море воспенилось. Думою леса закачалися. Думою горы нарушились, мелким камнем осыпались. Думою земля наморщилась. Пошло небо морщинкой.
Добежала дума до пустынных песков. Возмутила дума пески свободные. Встали пески валами, перевалами. Встали пески против народа великанского.

Своровали великаны города индийские со стенами, вратами и башнями. Повытряхивали из закуток индийский народ. Поклали города на плечи. Шибко назад пошли. Пошли заслужить плату великую своему мохнатому царю.
Подошли великаны к пустынным пескам. Сгрудились пустынные пески. Поднялись пески тёмными вихрями. Закрыли пески солнце красное. Залегли пески по поднебесью. Как напали пески на великанский народ.
Налезли пески в пасти широкие. Засыпали пески уши мохнатые. Залили пески глаза великановы. Одолели пески великанский народ. Покидали великаны города в пустынные пески. Еле сами ушли без глаз, без ушей.

Схоронили пески пустынные города индийские. Схоронили со стенами, вратами и башнями. Видят люди города и до наших дней. А кто принёс города в пустынные пески, то простому люду неведомо.

Распустились травы цветочные пуще прежнего.
Поняла царица от цветочных трав, что пропали города индийские. И запела царица песню такую весёлую. Честным людям на услышание, Спасу на прославление.

Услыхал песню царь, возрадовался ликованием. И смеялся царь несчастью великанскому. И смеялся царь городам индийским, скрытым теперь в пустынных песках. Перестал царь жалеть о чужих городах.

Осталась у царя река полная. Осталась гора ценная. Остался у царя весь крепкий лес. Остались у царя травы цветочные да птицы певчие. Остался у царя весь народ. Осталась царица красивая. Осталась песня весёлая.
Возвеселился царь.
Ветхий муж к ним не скоро дойдёт.

Русское Слово (Москва). 1913. 11/24 июня. ? 133. Вторник. С.2.
****************************************************************************************



[11-12 июня 1913 г., на пути в Кисловодск]
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рерих Е.И.

Вторник.
Родная моя Ладушка!
7 час. веч. подходим к Таганрогу, там будет видно море. Со мной в поезде оказался доктор Саковский старичок из гимназии Мая, тоже едет в Кисловодск.

День был жаркий. Стараюсь уверить себя, что будет не очень плохо, а то иначе и не поможет. А хочется, чтобы помогло, чтобы ободриться и набрать силу.

Кисловодск.
Пансион Ганешина.
_________________
3 ч. дня.
Благодаря Черчикову меня устроили хорошо. Вид с террасы превосходный. Комната и полный пансион 6 р. в день. Уже побывал у Романовского. Кажется, он с меня сдерёт. Придётся делать массаж у Щукина (того, что разбил посуду). Два дня надо привыкнуть, не брать ванн.

В общем, похоже на Neuenahr. Горы зелёные. Я очень высоко - лихорадок, говорят, нет.
Как у Тебя всё? Господи, как бы хорошо было и Тебе тут быть.

Пиши мне, мой милый Мисик. Спешу послать, чтобы Ты раньше получила. Сейчас буду вещи разбирать. Пусть ребята пишут.
Целую Тебя всю крепко.
Очень люблю. Н. Р.

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/458, 2 л.
_______________________________



17 июня 1913 г.
ПИСЬМО Лидии Константиновны Рерих к Рериху Н.К.

Дорогой Коля,
мама благодарит Тебя за письмо, она очень довольна, что Ты устроился у Ганешиных, там, верно, будет хорошо.
Как тебе нравится Кисловодск после заграничных курортов? Что Тебе назначил твой доктор? Берёшь ли Ты ванны Нарзана? Какое действие от них? Какая погода теперь? Если дожди - то одевайся теплее, чтобы не простудиться. После 7 час. вечера бывает сыро в парке.

О нашем житье-бытье могу сказать, что мы все здоровы, но тоскуем о солнце. Мама чувствует себя хорошо. Но всё портят здесь бесконечные дожди. За всё наше пребывание здесь было только дня два солнечных. Местность тут очень красивая, холмистая, чудный парк при имении. Только из-за грязи нельзя гулять, потому что от Володи надо перейти дорогу, чтобы попасть в парк, а это трудно выполнить после дождя.

Около дома у Володи есть небольшой сад и огород, где мы гуляем в антрактах между дождями. Саша 2 раза ходил на рыбную ловлю, и очень удачно, но я ещё не была. Угощаемся каждый день земляникой садовой и лесной, и черешнями, а теперь и малина поспевает.

Познакомились мы с управляющим Аустер и его женой, они теперь поехали в Кисловодск и хотели там Тебя разыскать, чтобы передать наш привет. Если они поселятся у Ганешиных, то конечно познакомитесь, он очень симпатичный.

Как Тебе понравилась Анастасия Дмитриевна и её муж? Хорошо ли они Тебя устроили?
Что пишут Тебе из дома? Как здоровье Екатерины Васильевны?
Пиши нам почаще и побольше. Мы все целуем Тебя и желаем поправляться.
Передай наш привет Черчиковым.
Твоя Лиля.

19 17/VI 13.

Дорогой Коля,
вспоминали Ваши рассказы о <Подоль.> губернии и вполне согласны, что здесь очень красиво, но жить я лучше хочу где-нибудь опять в Воронеже, Тамб. или Курской губ. чем здесь. Теперь занятий мне много одному без Аустеру. Лида и я крепко Тебя целуем и желаем всего наилучшего.
Любящий Тебя Володя.

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/1224, 2 л.
_________________________________


18 Июня [1913 г.]
ПИСЬМО Юрия Рериха к Рериху Н.К.

18 Июня
Милый Папочка,
я ездил с мамою к доктору в Питер, туда ехала с нами дама очень болтливая. Назад же ехал много военных, один генерал старого типа, да несколько гвардейских офицеров, интеллигентной публики совсем не видно, но, должно быть, есть и она. Эти дни у меня было 37,4 и 31,1. Доктор, которому мы ездили, дал мне две шоколадки. Он меня называл Стёпкой и Петькой, а маму он принял за мою тётку и говорил маме, что ей 25 лет. Мы ходили рисовать крепость. К нам приходили шарманщики и китаец, который продовал шёлк. Мой огород уже цветёт, только кортофель плоховат. У меня в кабинете стоит цветок на окне. Доктор сказал, чтобы я раз в день ел только мясо. Какие горы ты видешь из пансиона? Какая у вас погода? Нашу комнату обклеили белыми обоями. У нас ночевал дядя Боря. Дядя Степа ещё не приезжал.

Целую тебя крепко жду ответа твой
Юрик.

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/1237, 1 л.
_______________________________



26 июня 1913 г. СПб.
ПИСЬМО Владимира Александровича Фролова к Рериху Н.К.

С. Петербург.26. VI. 913.

Дорогой Николай Константинович!
На днях был в Москве и показал твой эскиз для памятника Архипа Ивановича А.В. Щусеву, как автору проекта памятника. Алексей Викторович принципиально выразил своё одобрение, как идее, так и передаче её в твоём эскизе, но боится, что несколько крупный масштаб листьев на дереве, будет резок рядом со скульптурой на фронтоне памятника; а потом, рекомендовал, твой эскиз исполнить в модели памятника, кот. у нас имеется, и тогда решить совместно с тобой этот вопрос. Уменьшенную копию с твоего эскиза я и сделаю в модели. Полагаю, что ты ничего против иметь не будешь.

Теперь вопрос о Талашкине, я узнал, что ты этим летом не поедешь туда, а как полагаешь о моих работах, посылать мне туда мастера, закончить работы, или отложить до твоей туда поездки?

Отпиши твоё, по сему делу мнение. Желаю тебе отдохнуть при благоприятных условиях.
Если супруга опять с тобой, мой нижайший ей привет.
Твой Володя

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/666, 2 л.
______________________________



27 июня 1913 г.
ХРОНИКА

А. Римский-Корсаков
РУССКИЕ ОПЕРНЫЕ И БАЛЕТНЫЕ СПЕКТАКЛИ В ПАРИЖЕ

...Что сказать о самом 'балете', поставленном Нижинским? Последовательно проведённый лапидарный архаизм сомнительной подлинности, искривлённые руки и ноги, трясение животами, обезьяньи ужимки и прыжки, не группы, а груды человеческих фигур - вот особенности этой 'новой' хореографии. Отдельные, характерно-статические или же получаемые в медленном движении позы оказались, по капризу балетмейстера, соединёнными в быстро развёртывающуюся цепь. Это придало многим танцам характер комически напряжённых ужимок и брыканий. Если это были пляски, то разве что св. Витта!

Следует, впрочем, сказать, что отдельные моменты были очень живописными по расположению групп и красочным пятнам.
Кстати, о декорациях и костюмах Н. К. Рериха: они положительно достойны лучшей хореографии и музыки. Ни в какой связи с музыкой и балетом Нижинского они не стоят, да, насколько мне известно, и сочинялись они лишь под влиянием разговоров о новом произведении. Но от разговоров о балете, от словесного обмена мнениями касательно новых художественных замыслов до музыки Стравинского и выдумки Нижинского - расстояние огромного размера.

Работа Рериха, к сожалению, - соблазн для многих. Ибо всякий вправе думать о совместной художественной работе декоратора, композитора и балетмейстера, вправе гадать о их взаимном вдохновляющем влиянии.
Будет ли иметь какие-либо последствия провал этого балета в Париже? Заставит ли он одуматься Стравинского? Я сильно в этом сомневаюсь. Впрочем, поживём - увидим....

Русская молва. 1913. 27 июня /10 июля. ? 152. ______________________________________________



28 июня 1913 г. Тимановка.
ПИСЬМО Лидии Константиновны Рерих к Рериху Н.К.

Дорогой Коля,
мама благодарит Тебя за письмо, она очень довольна, что Тебе хорошо в Кисловодске и погода хорошая - это очень способствует успешному лечению.

У нас по-прежнему льют дожди, и только на прошлой неделе было дня три жарких, настоящих летних. Так досадно, что никуда не поехать нельзя, а места тут красивые.

Получив Твоё письмо, с извещением о хорошей погоде, мама надумала было поехать отсюда в Кисловодск. Отсюда есть прямой поезд на Минеральные воды, так что в этом отношении удобно. Но мы решили узнать раньше у Тебя, есть ли там у Ганешина свободные комнаты, и хорошо ли там кормят.
Узнай, пожалуйста, возьмётся ли Анастасия Дмитриевна приготовлять маме кушанья по заказу - т.е. бульон, цыплёнка, кашу. Если это можно устроить, то мы (я с мамой) может быть приедем после 15 Июля недели на две или на три.
Напиши, до которого числа Ты останешься там.

Что-то пишут Тебе из дома, как дети и Елена Ивановна живут на даче? Как здоровье Екатерины Васильевны, как её состояние?

Как проходит Твоё лечение? Как действует Нарзан на Тебя? Выезжал ли ты на прогулки в окрестности. Там есть какие-то курганы около Рым-горы, видел ли Ты их, или что новое нашёл? На прошлой неделе ездили мы - т.е. Саша, Лида и я в Одессу на 2 дня; повидались там с Марией Гавриловной и вместе с ней осматривали город. Нам всем Одесса очень понравилась, она имеет столичный, нарядный вид. В Тимановке мы больше сидим дома, работаем или варим варенье: Здесь масса ягод и черешен.

Здоровье мамы теперь хорошо. Со стороны желудка никаких неприятностей нет. Иногда болит голова перед грозой, но это ведь у всех бывает.
Рассказала Тебе о нашем житье, бытье, теперь Ты расскажи о себе.
Мы все целуем Тебя.

Твоя Лиля.
19 28/VI 13.

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/1225, 2 л.
________________________________