Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
АВТОМОНОГРАФИЯ Н.К. РЕРИХА

1947 г.
(май - декабрь)
********************************************
 
СОДЕРЖАНИЕ

МАЙ
ВПЕРЁД (Письмо Н.К. Рериха в Америку) (1 мая 1947 г.)
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Грабарю И.Э. (12 мая 1947 г.)
ГРУСТНОЕ (Письмо Н.К. Рериха в Америку) (15 мая 1947 г.)
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Грабарю И.Э. (16 мая 1947 г.)
А.П.Х. (А.П. Хейдоку) (24 мая 1947 г.)
РАДОВАТЬСЯ (Письмо Н.К. Рериха в Америку) ([Май] 1947 г.)

ИЮНЬ
ДРУЗЬЯМ "ЗНАМЕНИ МИРА" (1 июня 1947 г.)
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Грабарю И.Э. (13 июня 1947 г.)
ПИСЬМО Н.К. Рериха в Америку (Июнь 1947 г.)
УКРАИНА (17 июня 1947 г.)
МОНГОЛЬСКАЯ ПЕСНЯ (24 июня 1947 г.)
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Грабарю И.Э. (26 июня 1947 г.)
ДОПЛЫВЁМ (июнь 1947 г.)
УУТРЯСЁТСЯ (июнь 1947 г.)

ОКТЯБРЬ
БУЛГАКОВУ (10 октября 1947 г.)
ДРУЗЬЯМ (18 октября 1947 г.)

НОЯБРЬ
РОДНЫЕ НАШИ (Письмо Н.К. Рериха в Америку) (17 ноября 1947 г.)

***********************************************************************************

МАЙ

1 мая 1946 г.
ВПЕРЁД (Письмо в Америку)

Прилетела Ваша весть от 7-4-47. "Часто креплюсь, но приходится улыбаться сквозь слёзы" - бедная наша Зиночка! Так чуем мы её напряжение. Не перегружайтесь! Отвечайте постольку, поскольку Вам дают. В Украину пошлёте годовой отчёт, прежние и новые месячные письма, но нельзя же тратиться поверх всяких бюджетов. Почему Вы должны безмерно тратиться, а Вам пришлют дружеские огрызки? "Всю же меру мерите, возмерится и вам".

Лара хочет принести пользу, и ему следует послать просимые брошюры - это движение воды. Радость, что Рудзитис отозвался и другие друзья живы и дух их не угас. Но не будем тревожить их. Ведь всюду свои условия. Местровичу я напишу, но пусть пройдёт его выставка. Очень люблю его творчество. Пошлите ему пока сердечный мой привет, а может быть, и на выставке встретитесь с ним лично.

Замечательно, что ВОКС хочет иметь философские книги и журналы. Но и в этом случае Вы не можете превышать бюджет. Раньше, чем посылать что-либо, запросите их, получены ли ими от Вас одиннадцать пакетов.
Невозможно посылать ценные вещи в такую прорву. Ваши сведения о Сикорском поразительны. Но ведь если он библиотекарь, то должен же быть и список книг, которыми он заведует. Кстати, о выставке, предлагаемой Украинским ВОКСом, Вы правы, предполагая, что она вовлечёт в тяжёлые расходы - не такие теперь времена. Итак, главное не перегружайтесь сейчас. Вот, к примеру, Кеменов получил письмо Дедлея, требующее ответа, а он и в ус не дует и не заботится отвечать. Да и вся сысоевщина чего стоит! Было бы несправедливо нести все трудности, а за это или ничего или требования дорогостоящие. Не переутомитесь! Прилагаю образец холста.

Спасибо. Из трёх только этот пригоден (3-25). Даже в трудные военные времена не было таких преткновений в самых простейших предметах.
Ганди и Джинна дали общую декларацию об умиротворении в Индии. Будем прислушиваться, насколько и как именно этот призыв будет воспринят. Прилагаю адрес Лоренс Кроу, друга Брэгдона. Он прислал мне записки о смерти Клода. Поблагодарите от меня и скажите, что мы все сердечно поминаем Клода. Кольцо, которое я ему дал, имеет хорошее значение и пусть будет в добрых руках. Кстати, кто такой Экберт Сормани - не послать ли ему "Знамя Мира"? Адрес прилагаю. Среди неведомых корреспондентов могут быть неведомые друзья. Что такое случилось с Циснерос - письмо его какое-то таинственное. Не послать ли ему "Знамя", да и Роквелу Кенту, что такое с ним? Его письмо ко мне такое дружеское. Не слыхали ли о Дерюжинском? Посылаю ревью Маана о "Знамени Мира" для Вашего архива. Р.Ренц хотел Вам послать ещё 200 его брошюр. Я предложил ему распространять по Индии, ибо у Вас теперь имеется новое издание. Да и таможня Вас замучает.

Посылаю Вам мой лист от 10 Сентября 1940 г. "За что?". Покажите его Илье и, вообще, кому найдёте полезным. Точно вчера написано. Увы! За семь лет русофобия в Америке не уменьшилась, но ещё увеличилась. Прискорбно! За что? Посылаю также весть из Китая с прекрасными словами о Троице-Сергиевой Лавре. Вот она, чудесная, победная Русь! Тоже покажите Илье. Так драгоценно, когда долетит весть прекрасная. Да, не может жить человек без надземных идеалов. Скорей бы наука отряхнула всякие запреты и суеверия и стала бы поистине свободной. Теперь всё - в огромных размерах. Чудовищны взрывы в Тексасе. В Токио сгорает тысяча домов. В Лагоре сгорает на 20 миллионов. Семьдесят пять процентов населения убежало из Амритсара. Мир считает на большие цифры. А если людские масштабы вообще останутся в таких бескрайних пределах? Своего рода Беспредельность! Получаете ли Вы отзывы на "Знамя Мира"? Видим, что отзываются лишь в тех случаях, когда вложена записка об отзыве. Иначе промолчат - уж такой народ теперь!

По-видимому, Уоллес окончательно изолгался. Все его грубые попытки привлечь внимание бедноты не приведут к его воровской победе. Народ чует неискренность. Был ли он подкуплен или какая-то ведьма нашептывает ему уродливые попытки, но они ведут его совсем не туда, куда он воображает.
Интересно бы знать, не белокурая ли шептунья-ведьма около него или уже какой-то иной призрак? Во всяком случае, "миротворец" и обманщик бедноты готовит себе скверное будущее. А блуждание его по чужим землям и дешевая демагогия показывают, что он пустился во весь скок к пропасти. А пока пусть себе поскачет на потеху. Особенно странно, что вопит он в стране, которая сама у пропасти и держится лишь природным упорством и упрямством и двуличием. А такие союзники мало пригодны самозванному "вождю" бедноты. Человек, оттолкнувший мир и охрану истинных сокровищ, не долго проскачет на лошадке лжи и притворства.

Каждый день газеты вопят о зловещаниях Уоллеса. Сенаторы называют его изменником и говорят о предании суду. Впрочем, предательство в его природе. Следите за этой мрачной драмой. Помните, как заглазно предатель поносил Рузвельта. Мать президента постоянно предупреждала сына, что Уоллес его чёрный гений. Предатель! Вредитель. Не о нём ли народ давным-давно сложил прибаутку: "Гадина, гадина - сколько тебе дадено"? Так и видится, как он по чёрному ходу пробирался в сумерки к Хоршу, подняв воротник и нахлобучив шапку. Не за добрым делом крадутся в таком виде. "Факты упрямы", а ведь это факт и "не плохой" для вице-президента Америки. Наблюдайте, как замечательно складываются обстоятельства.
Счастье, что Уоллес откололся от нашего дела. Таким злостным типам невместно быть около Культуры. Вообще, Сантана - поток жизни - даёт полезнейшие наблюдения, лишь бы зорко уследить за игрою волн.
Поистине, "с вечера - печаль, а заутро - радость".

Посылаю для Вашего архива копию письма от издательства "Китаб Махал" и мой ответ им. Хорошо иметь дело с культурными людьми. Радуюсь, что они хотят удешевить книгу, чтобы она могла достичь широкий круг читателей.
Как и всюду, бедны в Индии культурные работники. А ведь не для крезов трудимся, а для бедняков, устремлнных к просвещению. Как велика бедность Индии! А тут ещё мусульмане жгут и уничтожают достояние.
Газетам предлагается не помещать сведений о происходящем, чтобы не раздувать вражду, но и крохи, всё же проникающие, весьма показательны.
Вообще, всюду море волнуется. Вот лопнула московская конференция. Значит, на долгие месяцы опять всё зашатается. Сколько людских бед будут смущать весь мир! Любопытно, ответит ли Вам Гаральд, ведь Ваше письмо дошло к нему. Подождём.

Так же непонятно молчание Брюгге. Не может оставаться в воздухе положение музея. Кто там должен быть? Конечно, Тюльпинк всё хотел держать единолично и не посвящал нас в окружение. Губернатор Фландрии помер, и сейчас, кроме Муниципального Совета, и запросить некого. Всё же надеюсь, что люди в Бельгии достаточно воспитанные и не оставляют писем без ответа. Мадахил мне ещё не писал, хотя по постановлению Института ему поручено войти со мной в непосредственные сношения. Обождём, не каплет. Любопытно, что в Германию можно посылать пищу и одежду, а книги посылать нельзя. В том или ином виде, а именно Культура страдает. Почему муж Куренко не терпит русскую картину? Или попросту говоря их финансы плохи? Ведь у них был Верещагин и Анисфельд, а с ними как? Что будет теперь после провала московской конференции? Опять всё повиснет в воздухе и загудит вихрь злоречия. Опять до Ноября где-то будет накаливаться яд, полгода - срок немалый.

А вот и добрая новость - письмо от Шауб-Коха. Как Вы думаете, сколько времени оно "летело" из Женевы? Оно летело четыре месяца и три недели. Было отправлено 2 Декабря 1946 г. и долетело только сейчас. Вообще, европейская почта никуда не годится. Всё грустит наш друг о смерти жены, и почерк его даже изменился. Но всё же жив и готов трудиться. "Знамя Мира" послано ему? Ведь он может дать его президенту и другим полезным деятелям. По письму судя, он поехал на три месяца в Италию но теперь он, наверно, вернулся. Радуемся, что Ваши лекции кончились. Теперь разошлёте посылки от ВОКСа и отдышитесь. Такие нежданные отзывы, как Академия в Гонолулу, хороши - новая пашня. Жаль, что мисс Кастль умерла, она, наверно, там действовала бы. Вот добрые молодые люди помирают, а мерзавцы живы. Не пришёл ещё их час. Приплыл Ваш пакет с конвертами и бумагою. К сожалению, бумага "Знамени Мира" ещё старая, а мне нужна новая, с вновь избранными. Пожалуйста, пришлите новую. От Катрин пришло 4 пакета "Знамени" - очень пригодятся.

Газеты сообщают, что на атомных фабриках замечены повальные болезни. Нет ничего удивительного! Игра с неизвестным может кончиться плохо. Никто не знает, на какие расстояния и надолго ли продолжается воздействие. Неужели учёные не предусматривают последствия? Ведь космическая справедливость не дремлет. Ускоряются темпы. Наблюдайте события. Утомление, напряжённость - от нагнетения атмосферы. Помните старинный завет: "Если устал - начни ещё, если изнемог - начни ещё и ещё".

В такие дни устремите взгляд в будущее и скажите: "Вперёд! Скорей, скорей!".
Всем друзьям привет. Сердечно...

1 мая 1947 г.
Рерих Н. К. 'Листы дневника', т. 3. М., 1996.
_______________________________________


12 мая 1947 г.
ГРАБАРЬ

Дорогой друг Игорь Эммануилович,
Сейчас, 12-5-47, прилетела Твоя весточка от 27-4-47. Прямо марафон скорости. Не могу не ответить сейчас же - ведь это связь с любимой Родиной. Да, поганая русофобия может довести до великих мировых потрясений. Опять беды, опять разрушение Культуры, а ведь её не сошьёшь, как рубашку.

Спасибо за "Гималайского мудреца", так индусы и прозвали. Американцем я не был. Да и был-то в Америке всего около трёх лет. А в Азии, в Индии с 1923-го - целое поколение!

Очень хорошо, что пишешь прямо - видишь, как летит исправно.
В прошлом письме Ты помянул Василия-капельника и Авдотью-подмочи подол и Герасима-грачевника - правильно. А вот на Николину трапезу сошлись: Пётр-полукорм, Афанасий-ломонос, Тимофей-полузимник, Аксинья-полухлебница, Власий-сшиби-рог-с-зимы, Василий-капельник, Евдокия-плюшиха и Герасим-грачевник, Алексей-с-гор-вода, Дарья-загряз-ни-проруби, Федул-губы-надул, Родион-ледолом, Руфа-земля-рухнет, Антип-водопол, Василий-выверни-оглобли и Егор-скотопас, Степан-ранопашец, Ярёма-запрягальник, Борис и Глеб-барыш-хлеб, Ирина-рассадница, Иов-горшник, Мокий-мокрый и Лукерья-комарница, Сидор-сивирянин и Алёна-льносейка, Леонтий-огуречник, Федосья-колосяница, Еремей-распрягальник, Пётр-поворот, Акулина-гречушница-задери-хвосты, Иван-купал, Аграфена-купальница, Пуд и Трифон-бессонники, Пантелеймон-паликоп, Евдокия-малинуха, Наталья-овсянница, Анна-скирдница и Семён-летопроводец, Никита-репорез, Фёкла-заревница, Пятница-Параскева, Кузьма-Демьян с гвоздём, Матрёна зимняя, Фёдор-студит, Спири-дон-поворот, три отрока, сорок мучеников, Иван-поститель, Илья Пророк. Не иначе, чтобы о высоком урожае решить собралися.

1 Мая были рады слышать Твоё имя среди учредителей нового Общества.
Не видал ли Ты кого из последних делегаций в Индию? Недавно писал мне хороший индусский учёный всякие похвалы нашим делегатам. Очень хвалил женщин-делегаток и даже восхитился красотою одной из них. Это хорошо, - пусть всё от народов наших будет превосходно.

Не слыхал ли Ты об одном любопытном обстоятельстве? Верстах в десяти от нашего бывшего поместья "Извара" (теперь там станция ж.д.) было именье "Яблоницы" - в нём при Екатерине жил индусский раджа. Говоривший мне сказал, что сам видел остатки могульского парка. Покойный Тагор очень заинтересовался этим и даже просил, нет ли каких-нибудь местных воспоминаний. "Яблоницы" были недалеко от станции Волосово Балтийской жел[езной] дор[оги]. Наверно, в эти места ездят летом из Ленинграда - всего 80 вёрст. А теперь при сношениях Индии с СССР каждый такой факт любопытен. Иногда ищем далеко, а оно совсем близко.

Если приглядеться, немало русских побывало в Индии и индусов на Руси. В 15-м веке был в Индии Никитин-Тверитянин, при Акбаре - Долгорукий. Если Роксана, поповна из Подолья, была всесильной женой Сулеймана Великолепного, то и в Индии найдутся русские и кавказские полонянки, правившие своими ханами и магараджами. Даже и теперь знаем русских и за индусами и за мусульманами. Любопытная этнография.

Ну да всё найдётся! А Юрий так и не получил Козина от Павловского - странно!
Хотелось бы знать, куда девалась моя сюита "Красный Всадник" из восьми картин, оставленная в Москве в 1926 году. Не пропала же? В "Монографии" 1939 года эти картины были воспроизведены. Жаль, что мой брат в Москве умер. Он, наверно, знал бы и о картинах и о моём архиве.

Пусть Тебе и в Узком будет широко. Привет Тебе и Твоим от всех нас.
Сердечно...

12 мая 1947 г.
Рерих Н. К. 'Листы дневника', т. 3. М., 1996.
________________________________________


15 мая 1947 г.
ГРУСТНОЕ

Прилетела Ваша грустная весть от 22 Апреля с письмом Зюмы. И там, где Зюма живёт, и там, где Т.Г. живёт, всё тот же печальный, безрадостный быт. Да и у Вас не многим лучше. Слышали мы о прозябании во Франции, в Англии, во всей Европе. Может быть, в Швеции и в Швейцарии быт легче, но мещанство удушает. Вот письма Валентины проникнуты той же безнадёжностью. Ещё ей не приходится дрожать о хлебе земном, но пища духа, видимо, на голодном пайке. Вот Вы пишете о письмах из Европы, требующих пищи и денег. Хватаются утопающие за соломинку, за мечту о небывалом рае американском. Там, мол, куют золото, там горы хлеба, там изобилие, как в сказках, молочные реки и медовые берега. Майя, страшная Майя гонимых странников. К чему же писать об этих бедах, когда помочь нечем? А То, что поможет при всех обстоятельствах, То забыто и сделано Гостем, вместо того, чтобы пребыть у очага, как Светоч негасимый. Вы знаете, что помощь не оскудеет, лишь бы допустить её и вовремя открыть дверь Вестнику. Но несломима должна быть сила духа. Вы правы, говоря, что не может быть безысходности. Живём в опасности, но под щитом.
Будьте под щитом в полной находчивости. Не очевидность, но действительность открыта. Кто-то подумал бы - экий набор слов, но Вы-то знаете значение.

Непонятно, почему Дедлей не имеет контракта. Кажется, теперь повсюду участие обусловлено письменными соглашениями - а тем более в Америке, где на слово не верят и имеют к тому основание. Ох, знаем, что значит попасться в зубы гангстеров. Бедный Дедлей! Каково ему быть под дамокловым мечом грубости и невежества. Какая закалка доспеха нужна! И опять вспоминаются мудрые слова Леонардо о терпении. На ближней вешалке должна быть шуба терпения. Если тяжко от невежд-дикарей, то не менее тягостно от пустословия "сочувствующих" и убегающих, о чем Вы поминаете. Бегущие от культурного дела подобны предателям. И какую ничтожную судьбу они себе готовят! Хорошо, что пришло лето, отставились дела, а события спешат. У нас здесь с каждым днём всё усложняется, разделяется, дробится. Всё усложнилось! Радиоактивное облако совершает шестой оборот вокруг Земли. Опасность так велика, что аэропланам указано держаться ниже 17.000 фут. А каковы последствия такого "облака"?

Показательные сведения мелькают в газетах. Оказывается, что в неповинную Помпею, где не было немецких войск, союзники бросили 163 бомбы. Древние останки города и музей сильно разрушены. Потребуются годы, чтобы подделать разгром. Теперь офицер союзных армий уверяет, что можно было легко избежать и уничтожения исторического монастыря Монте Кассино. Уже после первой войны мы не раз предупреждали об опасности, что Европа, ценная своими реликвиями, может оказаться поддельной. Фальшивка Европа! Где-то что-то как-то будет заштопано, загримировано, подделано, и молодые поколения не будут знать, где подлинное, а где обманная фальшь. И не было вовремя принято Знамя Мира. Не была разъясняема войскам драгоценность культурных сокровищ. А ведь там, где была добрая воля, там и уберегли народное достояние. Рим не был обезображен. Сиенна не была разрушена. Всё возможно, где есть добрая воля. Так или иначе опять случилось много непоправимого. И опять нужно приняться за прежнюю пашню.

Вот сейчас строят новые военные академии, и во всех школах вводят военные упражнения. Значит, разговоры о всеобщем разоружении ещё пребывают в мечтах. А пока пусть в школах и академиях хоть изредка читаются лекции о народных сокровищах, о сохранении всего, чем жив дух человеческий. О Культуре пусть поминают. Пусть зовут к ней звонко и приказно. Ох, далеко народам до Культуры! Пока что они на ступени "хлеба и зрелищ!" И грозит скелет голода. Повсюду пищевые провалы. И бренчит паяц всяких крикетов и футболов, а где-то, чего доброго, ещё бои быков происходят. И ревут толпы. Радио каждодневно гремит о спорте и очень редко о науке и искусстве. На культурное дело люди жалеют грош, а на скачки бросят последнюю копейку. Разве не так? Разве можно молчать об одичании? Вторгается оно безжалостно. А "научные" бомбежки не помогут отбиться от этого всемирного врага. Даже язык человеческий грубеет и обезображивается. Можно привести множество примеров падения литературных выражений, а ведь по речи узнаем уровень народа. Но не плакать нужно, а всеми культурными мерами пробивать толщу невежества.
Иначе за грубостью идёт одичание. А цивилизованный дикарь - зрелище отвратительное. Пишутся книги, гремят резолюции, и всё, как в подушку.

Р.Ренц прислал нам пять интересных книг, изданных в Лондоне, о разрушениях в Италии, Греции, Австрии, Германии - ценный материал. Эти издания напомнили мне издания Армана Дайо в Париже во время первой войны. Я очень радовался, когда по моему совету Дайо дал несколько выпусков о вандализме над историческими памятниками Франции. Ведь и в Питере предполагались такие издания-синодики в поучение будущим поколениям. Где теперь все эти материалы? Да вообще, где весь мой архив? Не в Мойке ли?

Больно видеть, что одна из лучших фресок пизанского Кампо Санто погибла. Она приписывалась трём мастерам - Беноццо Гоццоли, Нардо ди Чионе и Орканье. Содержание её относилось к буддийскому преданию. Останется память по воспроизведениям, но могут ли снимки вполне передать очарование подлинника? Обнищала Италия и в погибших сокровищах и в увезённых. Много их разбежалось по миру и где-то потонут в иноземном быту. Пусть искусство как светлый посол шествует по миру, лишь бы оно было доступно и не оказалось узником. Увы, в Америке таких узников много.
Рассказывали, как некий богач отомстил певице, отказавшейся петь лишь для него. Он скупил все места в театре, и певица пела лишь для него. Другие запирают искусство в подвалы, в темницы, чтобы никто не видел произведений, созданных для народа. Мрачную драму можно написать о таком преступлении. Вы знаете и постановку такой трагедии. Какой-то Золя мог бы блестяще разработать такую темную тему.

Но главное - не плакаться. Всюду сложно, всюду трудно. Коли лодка плывёт, и на том спасибо. Здесь сообщают, что около Пешавара мусульманские зверства были неописуемы. Ганди и Неру взывают против звериных обычаев. Что говорить! Не так давно в Сиалкоте было человеческое жертвоприношение. В Ориссе и посейчас могут происходить такие дикости. Наги в Ассаме и сейчас охотятся за черепами. Да ведь и линчевание негров в Америке, и рабство в Китае, и люди-леопарды в Африке - все эти ужасы ещё в пределах зоологических двуногих. Говорю к тому, чтобы не плакаться, а всеми мерами бороться за Культуру.

Пора человечеству выйти за границы каменного века. Блестящи научные достижения, но и они привели к атомным бомбам. И не знают заседатели, как поступить с такой опаснейшей "игрушкой". Не пора ли новым глазом взглянуть на основы человечности? Всё нашли, а человека потеряли. С этой потерею утерялось и сотрудничество и добролюбие.

Посылаю Вам отзыв на "Химават" из большого бомбейского журнала "Иллюстратед Уикли". Автор S. нам неизвестен, а хотелось бы узнать его, и для "Знамени" он пригодился бы. Также посылаю копию письма Гурдиал Маллика о "Знамени". Такие авторитетные голоса, как Маллик, Рудра для признания очень полезны. Собирайте новый архив. Письмо Е. Смита прекрасно. Если бы все друзья "Знамени" дали громкий радиозов! Такие радиовещания лучше газетных хроник. Теперь Вы знаете имя норвежского министра и можете ему послать брошюру. Мансон отписался, видимо, он разбогател, и Культура ушла на задний план. Хорошо, что Ал.Ренц, наконец, понял несвоевременность своих начинаний. Письмо от Марины.
Оказывается, Потоцкие плыли сорок пять дней в такую бурю, какую капитан парохода вообще не запомнит. Да, теперь - всё трудно. В середине океана ночью они ясно услышали музыку и пенье. Думали, что кто-то забыл закрыть радио. Осмотрели, оно оказалось закрытым. Любопытно, из какого далека донеслась музыка? На воде в бурю особенно возможна такая нежданная передача. От Гаральда нет вестей. За последнее время опять обнаружилась пропажа писем, а в то же время какие-то странности доходят. Конлан Вам писал, что не может связаться с Наггаром, а совсем неведомые люди из Парижа пишут даже не заказные письма. Не слыхали ли, где Джайлс? Он часто вспоминается. Перешлите Местровичу мой привет - дайте наш адрес. Непременно прочтите "Тайм" от 17 Марта.

А тут у меня все выборы. Теперь уже по два в неделю. В Дели - вице-президентом Вся Индия Изящных Искусств Общества. В Лагоре - покровителем нового издательства. Уж и не знаешь, хорошо ли? Но и отказать нельзя - будут бесконечные обиды. Люди здесь очень чувствительны. Что же значат все избрания, умножившиеся за последнее время? Что значат издания семи книг разными издательствами? Приобретения групп картин - так, в Дели сперва взяли семь, а потом докупили ещё пять. Не значит ли всё это, что наш отъезд близок?

Зорко наблюдайте движения русофобии. Будем осуждать проявления враждебности и приветствовать каждое культурное сотрудничество. Друзья Культуры должны обнаружить действенное своё участие. Да будет!

15 мая 1947 г.
Рерих Н. К. 'Листы дневника', т. 3. М., 1996. (Архив МЦР)
____________________________________________________


16 мая 1947 г.
ГРАБАРЬ

Дорогой друг Игорь Эммануилович,
Большое спасибо за добрую весточку от 29-4-47. Прекрасно действует "воздух".

В прошлом письме Ты поминал о некоей иеремиаде, о последних могиканах, об осколках канувшей в лету эпохи. Напрасно Иеремия рядит себя в осколки. Конечно, каждый волен одеваться по-своему, но туника из осколков будет жалобно бренчать. В иеремиадах есть дряхлость. И не плакаться, но нужно радоваться всему, что строит светлое будущее.
Предпочитаю Твой путь. Ты не страшишься обернуться назад как истинный летописец, но всё Твоё бодрое устремление - вперёд! Тем-то и драгоценно Твоё продвижение во славу всесоюзных народов. И мы идём тем же путём и не знаем иеремиад. Вперёд! Вперёд! И знаем мы молодую поросль. Племя молодое нас любит, и почти вся переписка - с молодёжью.

Наша АРКА по-прежнему сетует на неполучение ответов от ВОКСа. Трудно представить причины. ВОКС посылает книги и журналы, заказывает присылку различных изданий, но на письма, на вопросы не отвечает. Ты пишешь о переписке ВОКСа в сотнях тысяч, но, вероятно, и персонал немалый. Особенно же теперь, при американской русофобии, АРКА нуждается в дружеской, отзывчивой руке. Сотрудники АРКА даже подвергаются глумлению и насмешливым угрозам, что им предстоит концлагерь. А дружеского слова нет. Заказ покупки и высылки книг ещё не сочувствие. Конечно, переписка ВОКСа велика, но ведь положение вещей именно в одной Америке так напряжено и уродливо.

Да, великая вещь - содружество с доверием и доброжелательством. Давно французы сказали: "Взаимность есть душа соглашений". Всегда нужна душевная взаимность, но бывают времена, когда она особенно необходима. И вот теперь, в дни утеснений Культуры, в дни нападок на всесоюзные народы нужно всем сотрудникам послать дружеский, сердечный привет. Ты прав, говоря, что русофобия может породить неслыханное мировое бедствие. Потому пусть все труженики на пашне Культуры дружно прогремят грозное: "Не замай!" Русь победит супостатов.

Недавно в журнале по-англ. описывалось, как отличились наши семь бегуниц в Париже на состязании с француженками. Наши пустили француженок вперёд, а затем "заработали, как поршни магнитогорских машин" и лихо промчались вперёд, оставив далеко позади запыхавшихся француженок. Так и во всём.

"Не так ли и ты, Русь, что бойкая необгонимая тройка, несёшься? Дымом дымится под тобою дорога, гремят мосты, всё отстаёт и остаётся позади!
Русь, куда же несёшься ты? Дай ответ. Не даёт ответа. Чудным звоном заливается колокольчик; гремит и становится ветром разорванный в куски воздух; летит мимо всё, что ни есть на земле, и косясь, постораниваются и дают ей дорогу другие народы и государства". Гоголь сказал.

Почему Щусева вызывали в Почаев? Разве Лавра пострадала? Впрочем, много что пострадало и постепенно обнаруживается. В неповинную Помпею попали 163 бомбы. В Пизе пропала самая лучшая фреска в Кампо Санто. Она приписывалась Гоццоли, или Нардо ди Чионе, или Орканье. Постоянно в журналах мелькают мрачные вести. Уже до первой войны приходилось писать об опасности, что Европа, ценная своими реликвиями, может оказаться поддельной. Фальшивка Европа! - какая трагедия. И будущие поколения не будут отличать, где подлинное, а где заштопанное, загримированное.

А теперь и Индию посетила та же горькая судьбина. Несчастье, что часть мусульман в основу своих желаний кладут Коран, а сами давно забыли лучшие заветы своего учения. Мусульманские навабы-капиталисты поджигают тёмные массы. Множество невинно убитых, замученных, как в средневековье. Сколько жестокости! Сколько звериности! И непонятно им, почему мусульмане всесоюзных республик могут пребывать в мире без кровавого меча фанатизма. Разъясняли им приезжие делегации не только наши, но и египетская и иранская, но у навабов лбы крепкие.

Впрочем, не забудем, что и здесь имеются прогрессивные, культурные мусульмане, а также миллионы шиитов, далёких от зверского фанатизма. Напрасно навабы "мусульманской лиги" считают себя единственными владыками мусульманства. Но смущение умов велико. Всё же Учредительному Собранию удаётся проводить многое основное. Так уничтожаются низшие касты, а затем придёт и общее уничтожение каст. Таким образом пережитки начнут изживаться. Только уж очень трудно бедному Неру - лишь бы здоровье выдержало.

Душевный привет Тебе и всем Твоим от всех нас. Да будет Тебе хорошо.
Сердечно...

16 мая 1947 г.
Рерих Н. К. 'Листы дневника', т. 3. М., 1996.
_______________________________________


24 мая 1947 г.
АВВАКУМ (А.П.Х.)

Дорогой А.П., Аввакум на страже!
Сейчас прилетела Ваша весть от 22-4-47. Понимаем мы тревожащие Вас мысли. Иначе и быть не может, ибо сейчас весь мир в тревоге. Каждый день приносит людям новые смущения, и Вы чуете, что значит Армагеддон Культуры или за Культуру. Но пока что Культура лишь страдает. Приложу копию моего письма в Тяньцзинь - те же мысли, те же ожидания. Вот от Рудзитиса в Америке получена осторожная малая весточка - жив и на прежнем месте, а от Гаральда так ничего и не последовало. Предложили мы друзьям их пока более не тревожить. Кто знает, каковы условия? Всегда нужна заботливость о друзьях, а теперь особенно.

Вот и к Вашему кругу выказывайте душевную внимательность. Всем им трудно, каждому по-своему. Как называть Вас? Да пусть и называет каждый по-своему, а Вы будете большим другом, сердечным другом для всех их. Мы слышали лишь о семи, а Вы говорите четырнадцать. Кто же они? Кто Ребров и чего ради он мучает себя постами? Где Жильцов? Кто и на какую работу уехал в Австралию? Бедняга, которая пошла в бар, но ведь и голод не тётка. Жалеть, жалеть нужно. О чрезмерных постах можно напомнить сказание о Будде. Благословенный пришёл к отшельнику, проведшему четверть века в устремлении, и спросил, много ли и что он достиг. Тот указал на реку и сказал: "Могу перейти её по воде". Благословенный подумал, насколько проще было бы построить плот.

Жаль, что сейчас ещё невозможно издать "Надземное". Вы пишете, что письма Е.И. переписывают, а где-то лежит всё издание (если не уничтожено изуверами). Мои книги в Индии вышли - "Химават", "Радость искусству", "Прекрасное единение". Печатаются: "Героика", "Искусство жизни", "Алтай", "Обитель Света" и готовится "Мир". Кто знает, когда это всё выйдет? Теперь всё так изменчиво.

Да, всё так изменчиво. Хорошо, что Вы сейчас не передвигаетесь - всё к лучшему. Хорошо, что Вы показываете письма лишь в частичных копиях.
Никогда не знаешь, куда занесёт ветер летучий листок. Мог бы Вам послать копию ещё одного письма труженицы из другого города, но всё та же безрадостная жизнь. Всюду безрадостно, всюду тяжко трудящимся. А новые богачи считают награбленное в десятках миллионов. Пропасть ещё расширилась. Приложу копию недавнего письма Грабаря. В нём отмечена отвратительная русофобия в Америке. Такое безумие может довести до неслыханных бедствий. И не только правительство, но народ в нём участвует. Новая фаза Армагеддона надвинулась. Давно Указан нынешний год как особо значительный. Спросите, как - хороший или худой? Но Вы знаете, как из худого происходит хорошее, а так называемое хорошее может довести до худого. Лишь бы Сердце работало и стремилось к Добру. Сердце-то не обманет, где Добро.

От Бол. я не получал письма на помянутые Вами темы. И что сказать? Всякое насильственное истязание неуместно. Голодовку - ни к чему, а умеренность нужна. Голодовка не помешала Суворину драться с отцом на улице перед редакцией "Нового Времени" в Эртелевом переулке. Значит, для него самого голодовка не улучшила его сущность. К чему же высокие рассуждения, если они не возвышают мышление и звериность только ждёт безобразного выхода? Всегда поучительно следить, как писатели высоких книг ведут себя в частной, домашней жизни. На эти темы можно бы написать поучительные книги.

В одном из Ваших прежних писем Вы справедливо восклицаете: "Скорей, скорей! Если что должно случиться, пусть оно произойдёт скорей". Вся эта часть Вашего письма включена в мой очерк "Цивилизация". Ваш дух предчувствовал, что многое должно случиться, и оно случилось в мировом размере. Вот и теперь надо повторить Ваш душевный зов: "Скорей, скорей!"
Но у Космической Справедливости свои сроки. И во благо мира они не могут быть извращены. Но правы пахари Культуры, восклицающие: "Скорей, скорей!" А пока проведём ещё одну борозду каменистой пашни. Помню из давнего прошлого, как, проезжая по Эстонии, мы были удивлены особым шуршанием при пахоте. Оказывается, почва была насыщена измельчённой плитою. Но всё же хлеб урождался хороший. Труд дробил камни. Камни рождали хлеб.

Вы правы, отмечая, что Зинаида Григорьевна Фосдик является замечательной неутомимой деятельницей на пашне Культуры. Свирепая русофобия в Америке создаёт трудные условия работы. Преодоление таких трудностей должно быть приветствовано. Люди думают, что Америка - "золотая гора", но эта медаль имеет обратную сторону и очень мрачную, особенно сейчас для русских. Вы пишете о скверной атмосфере в Шанхае, а где она хороша? Хорошо, что Вы получили три брошюры "Знамени Мира". Кто-то из семёрки общался с молодыми китайцами, значит, ему брошюра пригодится. Может быть, и ещё друзья Культуры найдутся. Если Вам потребуется ещё, напишите З.Г. - у них было достаточно. Дайте и в библиотеку, и в китайскую, и в прессу. Здесь образовался внушительный Комитет "Знамени Мира". Предположено принятие правительством. Но уж очень неспокойно, сложно здесь. Ну да из газет знаете, как жестоки мусульмане.

Передайте наш сердечный привет Е.С. и М.И. и всем четырнадцати. Кстати, перечислите их - ведь мы знали о семи и они подписывались "семь я". Пусть теперь в семье уже четырнадцать - добрый рост! Пишите, любим Ваши письма.
Радоваться Вам.

24 мая 1947 г.
Рерих Н. К. 'Листы дневника', т. 3. М., 1996.
______________________________________


РАДОВАТЬСЯ

Письма Зины от 2 и 8 Мая. Все сведения печальны, как никогда. Начнём с меньшего. В Австрию пока не пишите, а то опять что-то нежелательное возникнет. Не посылайте Т.Г. - у неё есть жилье и работа. Вам самим не до того. Бедный Илья! Каково на восьмом десятке искать работу! Удивительно наблюдать, как теперь при безлюдье не дорожат опытными, знающими деятелями. Так повсюду, а в результате падение Культуры. Посылаю копию письма Г[рабаря] о русофобии. Мы не знали, что Коненкова считали душевно больным. Слышно было, что он выпивал. Конечно, выпивка и безумие живут рядом.

Теперь самое печальное. Не ожидали мы и не могли ожидать такого от Ж. Вот тебе и Учение! Вот тебе и Культура! Полагаем, что разделы должны происходить справедливо, поровну. Старинная история повествует: некий отец хотел разделить имение между двумя сыновьями. Он поручил одному сыну разделить имущество пополам, а другому взять себе любую половину. Да, да, именно поровну! Если Д. по сыновней любви предоставлял матери временное пользование своей частью, это не значит, что он хотел её лишиться. Ж. отлично знает, как жертвенно относится Д. к делу Учения, к Культуре. Ж. сам является участником культурного дела и понимает (или должен понимать) значение этих дел. Не может же он нагрузить на себя карму отступничества. Иначе это не отвечало бы всему, что он писал за все эти годы. Нельзя творить одной рукой и разрушать другой. Закон причины и следствия непреложен.

Да, такого печального сведения в Ваших письмах ещё и не бывало. Бывали ужасные сообщения о проделках гангстеров-предателей, но ведь на то они и гангстеры. Можем представить, как тяжко переживает это Д. да и Вы. Право, точно мир обезумел. Люди изучают Высокие Ученья для того, чтобы нырнуть в бытовое болото. Но какое же значение имеет бездумное чтение Книг, если на первом жизненном примере всё летит в бездну? Передайте от меня Жину его прекрасную статью о пробуждении Сердца. Неужели не поймёт?

Посылаю Вам ещё пять Конланов. Жаль, что, как Вы писали, нельзя посылать больше пяти. Удивительно, что даже в таком малом деле всё осложнилось. Вряд ли Вам удастся столковаться с "Китабистаном" о "Химавате". Лучше будьте в сношениях с "Китаб Махал", где издаётся "Героика". Там же будет и "Арт оф Ливинг". Адрес "Китаб Махал" я Вам уже дал. Письма от О., о чём Вы пишете, граничат с безумием. По возможности, прекращайте такие переписки. Шауб-Кох всегда дельно откликается. Конечно, следует ещё послать "Знамя Мира" ему и указанным им деятелям. Хорошее письмо Санджива Дев, но не понимаю, что именно он надеется найти для себя в Америке - опять Майя! Между тем культурные силы так неотложно нужны здесь, в Индии. Тампи продвинулся в Траванкоре и назначен "ассистент директор оф информешен". А вот потеря для "Знамени" - директор Пан-Американ Юнион д-р Л. Рове убит автомобилем. Был хороший друг Знамени. Узнал это я случайно, а сколько потерь ещё!

Очень показательны статьи об Уоллесе. Зорко следите за происходящим.
Здесь неспокойно, сложно.
Само правительство предупреждает желающих ехать в Индию - не ездить. Вот в Амритсаре в битве толп брошено много бомб домашнего изготовления. Радио отмечает с беспокойством, что такая техника применена впервые. Ганди заявил, что страна из иностранного управления впадает во власть хулиганизма. Заявления Ганди-Джинны не подействовали. Да, последователи Джинны вряд ли послушают словесных увещаний. По-видимому, Коран ими понимается наизнанку. Все слова о терпимости отвергнуты озверелыми двуногими. Этот зоологический тип очень опасен. В Гималаях пока спокойно. Но даже в таких укромных странах, как Непал и Тибет, бурлит. Конечно, сведения оттуда труднодосягаемы. Второго Июня здесь должны произойти важные новости. Эти дни люди гадают "на рафлях и в зодеях", и каждый ждёт чего-то.

Московское радио передавало о концерте Шостаковича в Нью-Йорке. Перечислялись присутствовавшие, среди них Кусевицкий. Поймем, что он, будучи советником АРКА, представлял и нашу организацию. Так и отметьте себе, что АРКА была представлена Кусевицким. Из копии моего письма к Г[рабарю] Вы видите мои сетования о том, что ВОКС друзей забывает, на вопросы не отвечает. Ведь Ваши вопросы остаются втуне, и это не полезно для развития культурного дела. Очень жаль. Сотрудники могут отстраняться, видя, что их искренние попытки сближения заброшены, отринуты. Так уже и бывало. Мы не можем изменять характер людей, и остаётся лишь отмечать полезное и неполезное и неутомимо пахать поле Культуры. Стучитесь и откроется. Очень рады будем получить годовой отчёт АРКА и её месячные письма. Пошлите Грабарю, в Гос[ударственную] библиотеку и в Академию Наук.

К довершению ещё голод ожидается. Слишком рано высчитывают урожаи, а тут нагрянет засуха или зерновые болезни, и все преждевременные расчёты рушатся. Вот и у нас предполагался урожай яблок, но пришла засуха, и всё обваливается. Что останется от урожая? Так теперь и во всём. Уже вполне налаженное вдруг рассыпается, а совсем нежданное стучится. Никаких точных распределений делать нельзя. Пришел Ваш пакет со статьей об Уиде - обычный местный стиль, но значит им дорожат или он дорого вносит? Марина Туккер писала, что она поступила в то же общество. Помните, как их покойный председатель писал, что он познакомился со мной в Палестине (где я никогда не был). А теперь редактор лондонского журнала "Научное обозрение" пишет, что высылает мне журнал бесплатно в память наших встреч в Палестине. Какая-то заморока! А в Маньчжурии на Сунгари видели меня ходящим по воде. Конечно, и на недавней Азийской конференции в Дели меня видели. Уж эти "очевидцы"!

Так или иначе, все мы переплывали через многие стремнины. Коли всё рассказывать - не поверят. Вот и теперь переплывём и доплывём. Всякие русофобии не страшны, когда доподлинно знаете их причины и прозреваете их конец. Ждётся, быть может, Ваше следующее письмо будет радостнее. Хоть что-нибудь радостное стрясётся.

Радоваться Вам.
Только что я написал "Радоваться Вам", как прилетело Ваше письмо от 14-5-47, и много чему следует радоваться. Сведения об Украинском и Московском ВОКСах хороши. Идея конкурса для молодых художников СССР очень хороша - действуйте. Хорошо письмо о картинах в Риге. Карпани - изберите. О Шастри мы разузнаем. Коли хотят в Италии избирать
поч[ётным] академиком, пусть себе избирают. Де Лара брошюры пошлите.
Семья Теодора Рузвельта была антирусская. Сведения о рус[ском] павильоне из советских газет. Пусть и у Дедлея всё сложится ладно.
Радоваться Вам.

1947 г.
Рерих Н. К. 'Листы дневника', т. 3. М., 1996.

*****************************************************************************


ИЮНЬ

1 июня 1947 г.
ДРУЗЬЯМ "ЗНАМЕНИ МИРА"

Дорогие друзья! Порадуемся.
Вам привет от Гималаев. Образовался Комитет "Знамени Мира". В журналах появляются статьи и добрые отзывы на новую брошюру. Раздаются голоса о принятии Пакта Правительством. Несмотря на повсеместное напряжённое состояние, радостно отметить, что общественность заботливо отзывается на защиту сокровищ Культуры.

Мы уже не раз говорили, что никакие Указы не создадут Культуру и не защитят её, если общественность будет безразлична и бездеятельна.
Культура есть выражение всего народа. Защита и возвышение её есть всенародная обязанность. Положение Культуры на Земле за малыми исключениями весьма неудовлетворительно. Варварские разрушения, непоправимые уничтожения, унижение человека происходили на глазах у всех. Кто-то негодовал, а кто-то не уделял внимания происходящему вандализму. Многие вообще не отличали Культуру от механической цивилизации.

В школах, в народных школах понятие Культуры не произносится, и кто-то предполагает, что это нечто от агрокультуры или спорта. Не говорится, что долгожданный Мир придёт через Культуру. В семьях разговор о высокой Культуре считается скучным. В людских собраниях упоминание о Культуре граничит с неприличием. По-прежнему толпа требует: "хлеба и зрелищ!" Да и как забыть о хлебе, когда изо всех углов угрожает голод. Но ведь давно сказано: "не о хлебе едином жив будет человек".

Мы уже говорили о неотложности привлечения к культурной работе молодёжи и женских организаций. Некоторые простаки думают, что если Министерства народного просвещения существуют, то народу нечего помышлять о Культуре. За него кто-то всё сделает. Но Культура есть дело всенародное. Творится она всенародно. История всех веков и народов учит, как из толщи народной расцветала Культура, плодами которой восхищается человечество. Но и одичание не дремлет. Скелет уничтожения всегда готов протянуть костлявые пальцы для удушения всего устремленного к светлому будущему.

Задолго до Красного Креста были больницы и врачи, но потребовался призывный, объединяющий символ, и никто не будет отрицать, что Знамя Красного Креста сослужило всенародную пользу. Народу нужно Знамя, нужен ободряющий призыв, особенно теперь, в век народоправства. Вот и Знамя Мира напоминает народу о нужнейшем - о Мире, о Культуре. Даже самое малое предприятие имеет свой знак. Опытные деятели весьма дорожат своим знаком и чтут его как угловой камень предприятия.

Знамя не есть пустой звук, но есть зовущий благовест к совместному, бодрому сотрудничеству. О между народности, о всенародности говорят. Ждут её как панацею. Знамя Культуры пусть развевается над каждым культурным очагом. Оно повелительно скажет вандалам: "Не тронь - здесь всенародное достояние!". Только что на наших глазах погибли многие мировые сокровища. Гибнут они и в дни войны и во время так называемого "мира", среди всяких столкновений.

Обо всём этом мы уже писали и взывали. Но время полно напряжения и народных движений. О Культуре опять нужно говорить. Из словарей всех языков нужно найти самые зовущие, самые убедительные слова. Сердце человеческое хочет Мир. Сердце человека поймёт зов о Культуре, о светлом содружестве и сотрудничестве. "Знамя Мира", "Знамя Культуры" победно развейся над сокровищами всенародными! "Мир через Культуру".

Скоро полвека, как мы боремся против вандализма. Но чудище невежества растёт на глазах. Народы и правительства должны неотложно принять меры к ограждению сокровищ общечеловеческих.

1 июня 1947 г.
Н.К. Рерих, "Зажигайте сердца". М. 1975 г.
______________________________________


13 июня 1947 г.
ГРАБАРЬ

Дорогой друг мой Игорь Эммануилович,
"Чудеса!" Твоё письмо от 31-5-47 уже здесь 13-6-47. Такое ускорение неслыханно. Спасибо за многие добрые вести. Спасибо за книги Козина - в Твоих руках дело верное. Спасибо за весть о картинах, хорошо если они в Музее Горького. В рижской "Монографии" почему-то выпустили общее название серии, и они там, начиная от "Шамбалы" до "Майтрейи". Вольтер их видел в 1926-м, о нём я хорошо вспоминаю, привет ему. Картины были оставлены в Москве для передачи в Третьяковку.

Ты прав, с бедным реализмом сейчас заморока. Раздирают его с одной стороны "сюрреалисты", с другой - "сверхреалисты". Этак, пожалуй, и Тебя и Левитана не признают реалистами. А уж мой "Мстислав Удалой", "Богатыри", "Партизаны" - куда уж тут! Да и Гималаи - реальны ли они вообще? Если посоветоваться с Пикассо, он разъяснит совсем неожиданно. Святослав очень рад Твоим словам о его портретах.
Собирается послать Тебе несколько фото.

Рады были мы узнать, что Ты знаешь Татьяну Григорьевну. Чем больше добрых нитей - тем лучше. Всеволод Н. Иванов - тот самый, в Хабаровске. Способный, знает Восток и русскую историю. Он у места на Дальнем Востоке и может правильно расценить события. А ведь Восток - сплошное неизбывное Событие.

Сейчас идёт вивисекция Индии, чтобы потом опять разбежавшиеся ртутные шарики вновь слились. Такова жизнь. Сколько приходилось толковать о дружной жизни наших республик, но очень редко кто-то понимает это. А мусульмане даже не верят, что их единоверцы могут мирно жить с соседями. Пишу часто о Культуре, о Мире через Культуру, и эти призывы здесь более чем своевременны. Если бы Ты знал, сколько тут, можно сказать, на глазах разрушено. Не помню, писал ли, что в Хайдерабаде при разгроме мусульманами "Шах Манзил" среди прочего сгорело одиннадцать моих и Святослава картин. Выходит, одной рукой пиши, а другой записывай потери. Ну, да мы уже привычны к потерям, к уничтожениям. В Белграде было семь картин и одна во Дворце, но там всё изменилось, люди переменились и даже спросить некого. В Загребе были десять картин и была там Академия Наук - жива ли? Со времени войны перестали присылать отчёты и труды. Впрочем, и многие французские общества замолчали, а ведь адрес у них имеется. Но ведь не скончались же научные и художественные общества? Недавно пришла весть, что Аксель Галлен жив, в Финляндии. А у меня лежит письмо о его смерти в Новой Мексике - вот и реши, где правда?

Пожалуй, теперь скоро Ты полетишь в облёт Твоих экспедиций? Судя по радио, на Руси прохладно, но здесь Май и Июнь стоят необычайно жаркими и сухими. А русофобия американская продолжается. По-видимому, там не только русофобия, но и бешенство прессы. Только что читали слова одного индуса о журналистах в Америке - называет их дьяволами. Сколько клеветы, сколько вреда сеется такими бешеными чертягами! О последствиях они и знать не хотят. Легко развести сорняки в огороде, а потом поди - извлеки.

Где теперь живёте? В Абрамцеве или ещё в Москве? От нас всех душевный привет.
Сердечно...
П.С. Как адрес Вс.Ив. в Хабаровске?

13 июня 1947 г.
Рерих Н. К. 'Листы дневника', т. 3. М., 1996. (Архив МЦР)
___________________________________________________


Июнь 1947 г.
ПРЕОДОЛЕВАЕМ

Прилетело Ваше письмо от 17-5-47 с приложением нелепой статьи об Уоллесе. Автор так запутался в изложении, что скоро нельзя будет понять, пишет он за или против. Конечно, к такому автору приближаться вообще невозможно, и Зина отлично это понимает. Вы уже имеете нашу телеграмму об этом. Продолжайте зорко следить и в случае чего сообщите нам. Послал Вам письмо из Африки. В нём поминается какая-то Садие Ставе - не знаю такой. Странное дело, если автор письма не может переслать Вам денег за книги, то почему он не закажет их через какой-нибудь магазин в Лондоне, ведь магазин нашёл бы пути в Америку.

В той же почте было письмо Мориса. Радуется своими учениками. Вспоминает, что в его студии в Санта Фе висели мои картины. Где же они теперь? Хюита больше нет, и связь с Санта Фе пресеклась. Помнится, там было что-то в Музее. В Августе Морис думает быть в Санта Фе. Хорошее письмо от Валентины. Между прочим описывает последнюю симфонию Стравинского, очень она ей не понравилась. Неужели Стравинский впал в грубую "современность"? Жаль, если он заключит своё творчество диссонансом. Совсем замолк Судейкин. Не понимаю, что случилось с Роквел Кентом и почему он не ответил на письмо Дедлея? Он ведь получит отчёт АРКА. Впрочем, причины умолчаний бывают совсем неожиданны. Можно назвать многих, кто умолкали, а потом вдруг оказывались деятельными.

В журнале "Комрад" хорошая статья о "Знамени Мира". Думаем, что её писал Рашид Хусаин. Пошлю Вам для Вашего архива. Получили любопытное письмо от одного из членов общества. Он попал в немецкую оккупацию. Был арестован за участие в запрещённом обществе Рериха. Был допрашиваем в Гестапо и выпущен под расписку, что более не будет заниматься запрещёнными делами. Книги от него были отобраны. Как Вам нравится запрещённое общество! Какие ещё "чудеса" придётся услышать? Поминает, что Клизовский погиб. Только подумать, что пришлось пережить мирным гражданам в оккупации!

Я уже послал Вам адрес Глеба В. Дерюжинского. Он, Добужинские и Ильяшенко прислали нам пасхальный привет. Теперь иногда получаются коллективные письма то из Праги, то из Шанхая. Не слыхали ли Вы, что делает Добужинский в Нью-Йорке? Насчёт Шастри обождите с его выборами. В Вашем Комитете Индия очень полно представлена, а здешний Комитет уже закончен и отягощать его не следует. Так что пока промолчите. Другое дело Карпани, ибо Италия ещё не была представлена. Удивительно, отчего от Мадахила нет вестей. Ведь Фонтес получил журнал из Коимбры с постановлением Комитета, чтобы Мадахил вошёл в сношения со мной о задуманной ими галерее. Подождем. Впрочем, вся Европа теперь обезобразилась, и конца краю не видно.

Отдельно послал Вам мое обращение к друзьям "Знамени Мира", прося перевести и прислать нам. Можете использовать его и у себя по усмотрению. Здесь оно пойдёт по журналам и газетам. Сейчас настолько сложное здесь время, что невозможно утруждать правительство чем бы то ни было, хотя бы и очень хорошим. Но должно продолжать напоминать в прессе, чтобы добрый знак всё время был на виду, чтобы к нему привыкали. Вот почему и Вы не упускайте ни малейшего случая напомнить о Знамени. Увы, люди привыкли, чтобы им твердили в оба уха. Очевидно, привычка - великое дело, иначе житейские мудряки не стали бы тратить миллионы на объявления. Сейчас люди ещё не забыли о недавних разрушениях, а потом и это зарастёт. И будут нарастать новые вандализмы.

Нет ли у Вас несколько белых книг о Пакте? Первая, печатанная во Франции, вторая, изданная после Вашингтонской Конференции и третья (маленькая) - после подписания Пакта. Все три очень пригодятся для здешнего правительства. Может быть, они имеются среди книг на складе у Катрин? Рано или поздно необходимо узнать, какие именно там книги. Если зимой было холодно их разобрать, то ведь теперь лето. Как же использовать эти издания, когда вообще неизвестно, что на складе имеется. Хуже всего неизвестность.

Валентина прислала вырезку из советского журнала "Костёр" в Праге с моим листом "Сад". Прислали нам целую пачку лондонских "Дейли Миррор". На каждой странице убийства, кражи и всякие аморальности. Диву даёшься, до чего докатилась Англия. Здесь газета сообщает, что британский винг-коммандер подделал подпись вице-короля и получил два с половиной миллиона от непальского главнокомандующего. Американский полковник в Токио ограбил банк на десять миллионов драгоценными камнями. Присуждён к десяти годам каторги, а мелких грабителей вешают. Последние газеты сообщают, что три тысячи сов[етских] граждан в Америке запросили бумаги о выезде. Слышали ли Вы о таком исходе? Весьма показательно. У нас опять почта испортилась, опять беспо[167] ... буйства, уничтожено несколько храмов, а ведь в каждом было нечто ценное. Опять мусульманский вандализм. Вот так хроника! Скоро полвека, как боремся против вандализма, а чудища невежества растут, как поганые мухоморы. Хотелось бы видеть два сильнейших, суровейших закона - против клеветы и против вандализма. И то и другое равняется убийству.

Вы уже имеете нашу телеграмму касательно покупки дома. Каждое такое приобретение накладывает новые тяготы. Ведь дом надо содержать, надо иметь человека вроде Панасенко, надо найти жильцов только на зимнее время, надо потратить последние ресурсы. Так, часто легко купить, а продать весьма трудно. Сколько таких случаев знаем. Ведь и домашние дела Дедлея ещё не уладились. А насчёт жильцов знаем немало случаев, когда вся обстановка бывала вконец испорчена, а идти в суд толка не выйдет. Пословица гласит: "Купил быка, а остались одни рога". У Вас, вероятно, так же трудно с людьми, как и здесь.

Прилетело Ваше письмо от 23 Мая. Замечательны Ваши сообщения о вице-консуле, о ВОКСе. Значит, где-то что-то задвигалось. Правильно Вы говорили о разрушении Русского Дела - Музея. Именно указывайте на мерзкую русофобию и на жульничество Хорша и его покровителя. Да они разрушили Русское Дело - пусть об этом знают, пусть твердо знают. А теперь будем на сторожевых башнях. Хорш не только грабитель, но враг Культуры, и министр содействовал ему в вандализме. Какой позор! Хорошо, что Вы крепко говорили о разрушении Русского музея.

Жаль, что бургомистр Брюгге не перечисляет, кто в Совете Музея. Очевидно, от них будет ещё письмо. Краски (в порошке) и холст ещё не получены - удивительно долго. Уж не пропали ли? Много пропаж. На днях сообщали, что на линии Бомбей - Калькутта сгорел (или сожгли) целый вагон с ценными посылками. Да ведь и во всех воздушных кораблях, которые погибают по семи штук в день, бывает почта. Даже "Император" потонул. Морис Вам поминал Галлена. Но разве Галлен жив? Не сын ли Галлена поминался? Несколько лет тому назад Вы писали о смерти Галлена в Нью-Мексике. Интересно выяснить, которое сведение верно. У Галлена была одна моя картина; не слыхал, чтобы у него было две. Жизнь! Для меня Галлен давно умер, а для Галлена, может быть, я уже давно переселился в Надземный Мир. Буду рад, если Галлен жив. Как колонны храма, ещё стоят Бернард Шоу, Сибелиус, Метерлинк... Вы уже получили страницу из бомбейского журнала с триптихом Святослава "Распятое человечество". А другие найдут, что распятая Индия. Получилось пророчество, ибо журнал вышел 1 Июня - накануне исторического 2 Июня. Скажут: "Черчилль доволен, - комментарии излишни". Приложу письмо Бабенчикова - хороший друг. Письмо его от 15 Мая, потом была весточка Т.Г. от 23 Мая, а вечером 25 Мая из Москвы радио: "У нас большой день: привезли первую партию соловьёв". Затем ставили пластинку с пением соловья. Всё это запомним.
Московское радио поминало Терещенко. Их миссия была во Львове - должно быть, на возвратном пути. Он привезёт Вам новости. Ещё письмо Валентины: с восторгом описывает восьмую симфонию Шостаковича. Радуемся, когда великие мастера нашей Родины так искренно приветствованы. Так и пройдём - по большим вехам. Теперь всё особенное. Вот и Ваша телеграмма о приходе писателя тоже особенная. Подождём последствий. Вторая Ваша телеграмма о писателе. Ответ наш уже имеете. Можно только добавить, что, бывает, из самого худшего иногда и хорошее получается. Очень пристально наблюдайте. В военном деле существует приказ: "Тревожить неприятеля!" У нас один враг - невежество, вандализм. Вот это мрачное чудовище и надо тревожить всеми мерами.

Жарко у нас - 92. Е.И. нездоровилось. Напряжение, возгорание центров, так что и машинку пока пришлось оставить. Засуха! Иссушающие ветры. Пыль из нижних пустынь.

Прилетело Ваше [письмо] от 31 Мая-1 Июня. В нём две стороны - тёмная Пеглер, светлая - доброе соглашение Дедлея. Мы душевно рады сердечному семейному согласию. В тёмных ходах Пеглера хуже всего его намерение посетить всю шайку и даже самого Уоллеса. Ведя компанию против Уоллеса, что же он надеется получить от него самого? Очевидно, уже появилась следующая и более отвратительная статья.

Итак, будем преодолевать. Духом с Вами.
П.С. Благодарю. "Кобальт" сейчас пришёл.

[Июнь 1947 г.]
Рерих Н. К. 'Листы дневника', т. 3. М., 1996.
_______________________________________


17 июня 1947 г.
УКРАИНА

Время-то летит! Полвека, ровно полвека минуло, как у нас на Васильевском острове против Николаевского моста зачиналось Общество имени Т.Г. Шевченко. Дид Мордовцев, Микешин - целый круг украинцев и почитателей Украины и её славного певца собирались у нас под председательством моего отца Константина Федоровича.

Микешин, поглаживая стрелки усов, улыбался: "Вот этакое славное дело запрещают! Ну, да к Вам, друже, не доберутся, Вы юрист - Вы выведете на верный путь". Писали Устав, сходились, беседовали о будущих выступлениях, предполагали издать "Кобзаря" с иллюстрациями, читать лекции о творчестве Т.Г. Во время собраний Микешин набросал портрет К.Ф., и все вокруг подписались. Этот лист хранился в моём архиве, может быть, был у моего брата Бориса в Москве. Надеюсь - сохранился.

Мои связи с Украиной завязались давно. Гремела труппа Кропивницкого. Заньковецкая, Саксаганский - целая даровитая семья, и чопорный Питер восчувствовал. Украинские песни восхищали, точно бы новая находка. В Академии Художеств всегда было много украинцев, и мы жили дружно.

Первое впечатление было в Киеве, где мы остановились по пути в Крым. Был яркий праздничный день, я пошёл на базар. Тогда ещё базар был истинно гоголевским сходбищем. Прекрасные плахты, мониста, шитые сорочки, ленты, ну и шаровары, "як сине море". Накупил плахт, всякой всячины, наслушался звонкой певучей речи и навсегда сохранил память о бандуристах.

Потом уже в Академии, на украинском вечере, ставил живые картины из "Кобзаря" по эскизам Микешина. Подходит сотрудник "Новостей": "Вы ведь уроженец Украины"? Говорю: "Нет, я питерец". "Ну, я всё-таки скажу, что вы украинец - картины-то удачны, видно, любите Шевченка". Так я и оказался украинцем. Впрочем, ранее, когда на кавказском вечере я ставил картины, таким же образом я оказался грузином. Биографам - заморока!

Вот и теперь в Гималаях, когда радио даёт "Запорожца за Дунаем", яркой, красивой чередой проходят картины Украины. Встают образы Шевченко и Гоголя. И дружба, сердечное дружество сплетается с созвучиями Украины.
Да, великое благо - братство народов. Там, где упало такое зерно плодоносное, уже будет жить мысль о мире, о сотрудничестве, о геройстве и самоотвержении. Лишь бы посеялось зерно Братства.

Не знаю, жив ли мой портрет Гоголя в гимназии Мая - рисунок на программе ученического спектакля. От первых классов возлюбили Гоголя, и запомнились слова Тараса Бульбы о товариществе: "Вот в какое время подали мы, товарищи, ру-ку на братство. Вот в чём стоит наше товарищество. Нет уз святее товарищества. Бывали и в других землях товарищи, но таких, как в русской земле, не было таких товарищей. Нет, братцы, так любить может русская душа - любить не то, чтобы умом или чем другим, а всем, что ни есть в тебе... Пусть же знают, что такое значит в русской земле товарищество!"

Вспомним лучшие слова о всех народах великой семьи всесоюзной. Пусть ничто злое не коснётся всенародного строительства. Да осенит труд братский творческие достижения!
Украине - любовь и привет. От Гималаев сердечный привет Всесоюзным Народам.

17 июня 1947 г.
Н.К. Рерих, "Зажигайте сердца". М. 1975.
____________________________________


24 июня 1947 г.
МОНГОЛЬСКАЯ ПЕСНЯ

Славу Чингиса поём. Мудрости его пояс возносим. О народе думает хан, о силе, о богатстве, о славе народа думает Чингис.

Вот прослышал хан, что раздвоился сильный Тарбагатайский род. Этакий срам, два брата, два родные откочевали в разные стороны. Делят скот, угоняют коней. Разделили дружину и пошили разные знамёна. Срам приключился.

Вот призывает Чингис братьев на пир. Пьют и едят, как бы ничего не случилось. После пира хан приказал принести свой саадак с длинными стрелами. "Постреляем в дальнюю цель". И выделил хан стрелку-свистунку, и попала она в дальнюю цель.

"А ну, теперь славный Тарбагатай, покажи древнюю славу рода!" Так говорил хан и вынул стрелу и как бы хотел дать старшему брату, но вздохнул: "Теперь раздвоились братья, - придётся и стрелу раздвоить!" И сломал хан стрелу и подал каждому половину.

Сказали братья: "Разве можно стрелять сломанной стрелою?" Хан засмеялся: "И я думаю, что нельзя. Пропала стрела, пропала сила. Сохраните половинки и подумайте о себе, о славе Тарбагатая". Так устыдил хан братьев, и с той поры остался единый Тарбагатай.

24 июня 1947 г.
H. К. Pepux. "Древние источники". М. МЦР, 1993.
____________________________________________


26 июня 1947 г.
ГРАБАРЮ

Дорогой друг Игорь Эммануилович
Чуял ли Ты, как мы радовались Твоей весточке от 12-6-47 с пригласительным билетом Академии? Ценны такие вести; не менее ценны и новости о раскопках у Симферополя. Только подумать, сколько чудесных открытий предстоит нашим учёным. А в прежнее время над нами потешались из-за статьи "Русь подземная" и "Неотпитая чаша". Поистине, неотпитая, и вот теперь приступила к ней молодёжь.

Исполать! Исполать и Тебе, и Щусеву, и Орбели, и всем богатырям старшего поколения, которые направляют ладьи вдохновенных искателей по правильному руслу. Исполать и тем, кто не скупится дать достаточную казну на изыскания во благо всенародное.

И больно и смешно вспомнить нищенские средства, бывало, отпускавшиеся на нужнейшие исследования. Мы-то помним гроши, на которые даже копальщиков нельзя нанять. А волокита-то какая! Не один раз в конце концов я говаривал: "Лучше уж я сам как-нибудь обойдусь". А теперь несметное число всяких экспедиций, и каждая приносит ценную лепту в народную скрыню. А множество изданий, посвящённых всем отраслям науки! По-видимому, меньше и всяких ссор и пререканий среди деятелей, а как мешали, бывало, такие склоки - спицы в колесницу.

Говорю по отрывкам, долетающим в Гималаи, а какое множество ценнейших сведений не достигает нас! То почта сплохует, то радио поперхнётся, то корреспонденты замолкнут. На таких дальних расстояниях всяко бывает. Но и то, что доходит, даёт величественную картину преуспеяния. Ну и радуемся!
И понятны всякие русофобии - зависть заела, корысть иссушила. Почему де столько дано всесоюзным народам? Почему отпущены им богатейшие недра? Почему в единой, необъятной целине обозначились несметные сокровища? Почему смелы наши народы? Почему единодушна семья всесоюзная? Откуда смекалка, откуда труд неустанный? Откуда непобедимая любовь к Родине? Все такие вопросы воспаляют желчь.

Не сознаются завистники, как злоба кипит, видя славные достижения. Такова уж некая человечья природа, взращённая на торгашестве, на обмане, на бессердечии. Даже не обидно слушать клевету, когда знаешь её тёмные источники.

Здешние газеты отметили собрание Академии, посвящённое Индии, а также избрание Рамана членом-корреспондентом. Радостно, что каждое внимание Москвы здесь дружески отмечается. Надеемся, что и наши делегаты сохранили об Индии добрую память. Ведь соседи! И много чем Индия созвучит Руси. Чутки индусы и отзвучат на каждое братское отношение. Много раз нам довелось отмечать эту черту душевности. А между Русью и Индией никогда никаких обид не было. Среди международных отношений такое качество будет исключительным. Тем легче его продолжить и впредь.

Ты прав - Америка сейчас заняла неслыханно одиозное положение. Русофобия, нетерпимость выросли до безобразных пределов. Тем ценнее отмечать немногих друзей Советской Руси, работающих самоотверженно, под градом насмешек. Любопытно замечать, как малодушные бегут из организации, доказывая, что их интерес был ничтожен. Много чего в нашем архиве об Америке сложено. Лежит, пока час придёт. И молодое поколение растёт нездоровое. Журналы говорят о психических эпидемиях. В Индии американцы себя плохо зарекомендовали, даже доллары не помогли.

Как живёт Юон? Что-то редко его деятельность отмечается. У меня к нему было доброе чувство. Сильный мастер и с широким кругозором - тоже старшее поколение.

Добрая весть. Сейчас Вся-Индия Радио сообщило, что послом в Москву назначена Виджая Лакшми Пандит, сестра Неру. Прекрасный, культурный человек, из лучших деятелей Индии. Такое назначение доказывает особую дружбу и уважение. Наверно, Москва ответит в той же мере.

Наш сердечный привет и старшим и младшим - всё во славу Родины. Всем Твоим от нас всех душевный привет.
Радоваться Тебе.

26 июня 1947 г.
Рерих Н. К. 'Листы дневника', т. 3. М., 1996. _______________________________________


ДОПЛЫВЁМ

Только что полетело наше очередное письмо, как прилетело Ваше от 2 Июня с Пеглером от того же числа. Он дописался уже до Распутина! По-видимому, забывает о своей задаче и сворачивает на русофобию. Конечно, публика никак не разберётся в его мешанине, но русофобия уже кажет свои рога.
Вместе с Вашим письмом прилетело письмо Грабаря от 31 Мая. Он поминает о свидании с Т.Г. - значит, они знакомы, но ранее ни она, ни он не говорили об этом. Также он поминает ВОКС, но ничего о поручении ВОКСа вице-консулу - о приобретении картин. Упоминает, что мои картины, привезённые нами в Москву в 1926-м, оказались в "Горках" в Музее Горького (там Горький и умер.) Но каким образом оказались они у Горького, он не знает. Поистине, неисповедима судьба книг и картин. Оказывается, он в переписке с Всев. Ивановым - теперь в Хабаровске, в ТАССе. Мы рады, что Иванов жив и работает. Он знает Дальний Восток, именно там он может быть ближайше полезен.

Не помню, вернул ли Мясин эскизы "Половецких плясок"? Они очень пригодятся для выставки у Вас, напоминая о дягилевской антрепризе. Русь должна хорошо поминать Дягилева, прорубившего для русского искусства славное окно в Европу. Рад, что мой лист о Дягилеве обошёл здесь с полдюжины журналов и включился в "Химават". Так мы должны отвечать на злобную, невежественную русофобию. Иначе опять получится ярость сил тёмных и робость деятелей Культуры. Мой лист "Самоотвержение зла" обошёл много журналов и газет - тоже своевременное напоминание.
Хороший бомбейский еженедельник "Сошиал Уэдфер" перепечатал мой очерк "Не убий!" - тоже своевременно.

Кажется, здесь будет принят титул: "Союз Штатов Индии". Это правильно. Сложное, трудное время здесь. Особенно вредят единению зверские мусульмане. Здешние навабы какие-то особенные по своей непримиримости. Сколько горя и безумных затрат принесёт их "Пакистан"! А по-русски это значило бы: "Ещё стан", ведь паки - ещё. Когда-то это "ещё" опять рассосётся. А пока вместо культурно-поступательного движение это "ещё" только мутит народ и мешает культурным деятелям. Всюду истинное продвижение нелегко даётся. В Августе много событий.

Вместо одного доминиона получится сразу два. Пока что в Лагоре, в Амритсаре не прекращаются убийства, поджоги. Говорят, что Амритсар имеет вид хуже Лондона после всех бомбардировок. Вот и скажите, что "Знамя Мира" не нужно. Помните, до войны у меня был лист "Мир в маске" - было своевременно. Теперь следует написать "Мир в кандалах" - будет точное отображение мрачной действительности. Пересылать ничего нельзя, денег перевести нельзя, а если и можно, то с непреоборимыми трудностями. Всё нельзя. На все нужно специальное разрешение. А поди достань его. Сапоги сносишь - не дойдёшь. Так "мир в кандалах" оказался. Уж не бессрочна ли каторга? Впрочем, бывало, ямщики говорили про рыхлую кладь, отправляясь в дорогу: "Нича-во-о - утрясется!"

Посылаю Вам копию письма из Брюгге и мой телеграфный ответ. Пусть действуют. Выберите Вебеке в Комитет от Бельгии. Пошлите им 20 брошюр для полезного использования. Было ещё письмо из ЮНЕСКО - театрального отдела. Просили совет о Международном Театральном Институте. Пожелал им всякого успеха. Но не знаю, как бы у них не вылилось в чиновничью затею. Им бы Дягилева нужно.

Интересно, что Вам привезёт Терещенко. Теперь во главе Украины Корнейчук - талантливый писатель, культурный. Может быть, с ним Вам удастся иметь хорошие, деловые связи. Посылаю Вам мой диет "Украина" - перешлите Корнейчуку. Удивительно, сколько добрых воспоминаний столпилось около Украины.

Пришёл готовый отчёт АРКА. Все мы радовались. Хорошо составлен, хорошо издан. Надо думать, вызовет добрые суждения. Среди всяких пеглеров, среди ненавистничества и клеветы, среди бешеной русофобии творится культурное гуманитарное дело. Пробивается источник целительный. Многие ли скажут спасибо? Наоборот, зашипят многие. Вся херстовская жёлтая пресса, наверно, ругалась бы. Конечно, похвала всяких пеглеров горше их ругани. У нас, бывало, говорили: хорошо если Буренин разругает, а вот коли похвалит, тогда что будет!

А вот и очередной Пеглер прикатил с Вашими письмами от 5-6 Июня. Эх, Америка, Америка! Сколько добрых мыслей и намерений было направлено нами туда. Немало в ней хороших людей, но страшно становится, как вспомним о мрачном воинстве гангстеров, клеветников, невежд, о линчевании, о всевозможных преступлениях, охвативших уже и молодое поколение, о преступной прессе, о всяких грязебросах вроде Пеглера. Теперь он восхваляет Уоллеса и сворачивает на русофобию. Конечно, к адвокату нечего ходить, да такого и нет. Письмо Зирк[ова] очень хорошо. Друзья могли бы посылать подобные письма Пеглеру, а копии Вам. Видимо, Пеглер забыл, что Хорш был моим фидусиари и ложно донёс о налогах, которые экспедиция и не должна платить.

Ещё телеграмму мы Вам не посылали, ибо могли бы лишь повторить предыдущую об осторожности с Пеглером. Если бы было общественное мнение, оно могло бы возмутиться, но в Америке его нет, и мы вполне сие испытали. Во что выльёт Пеглер свои мерзости предвидеть трудно, но пока что он кончил 5 Июня хвалою Уоллесу. Итак, будьте на дозорных башнях.
Письмо от Мориса с Пеглерами из Луизианы. У бедняги Мориса у самого семейные осложнения. Очень жаль. Привет Рапикаволи - добром вспоминаем их. Прекрасно, если в Италии пробуждается духовность.

Прилетело Ваше [письмо] от 12 Июня с двумя статьями Пеглера - последняя хуже первых. Точные указания передаём телеграммою, а именно: всячески воздержаться от Пеглера, и Катрин пусть не выступает. С таким ужасным типом нельзя иметь дело, нельзя ему верить ни в чём. Самый злостный представитель жёлтой прессы. Презрение - вот единственное оружие с такими криминалами. Ведь он и Уоллеса не очень затрагивает, да и Хорша щадит - рыбак рыбака видит издалека. Если друзья хотят писать ему вроде Зирк., мы не можем мешать. Адрес: Китаб Ма-хал, 56 А, Зиро Род. Аллахабад. Не удивляюсь, что Вы не имеете ответа от "Китабистана" о "Химават". Мы имели много жалоб от желающих купить. Не отвечают и книгу не посылают - теперь всюду неразбериха. В плохое время собирается Кеттнер в Индию. Неужели не знает о здешних событиях? Спасибо за протоколы заседаний. Очень интересно следить за ходом дел. Хорошо, новую бумагу "Знамени" подождите печатать. Пришлите нам ещё 10 годовых отчетов АРКА (мы получили пять). Думаю, что Лара получил 200 брошюр, но почта так медленна. Его письмо сюда шло четыре с половиной месяца. Кончу хорошей вестью. Сестра Неру Виджая Лакшми Пандит назначена послом в Москву. Кто сюда, ещё не сказано.

А мы опять пустим в море наши броненосцы: "Мир", "Светлое будущее", "Сотрудничество", "Добротворчество". Такая эскадра выдержит против всех ураганов, вопреки всем бурям. Доплывём!
А Вам радоваться.

[Июнь 1947 г.]
Рерих Н. К. 'Листы дневника', т. 3. М., 1996.
______________________________________


Июнь 1947 г.
УТРЯСЁТСЯ

Прилетел пакет очередной пеглериады и отзывы на "Знамя Мира". Среди пеглеровской писанины вклеилось кое-что и поучительное о мерзавце Хорше. Читатель поймёт, что Хорш, будучи моим доверенным, делал и лживые на меня доносы о налогах и прочие "прелести". Думается, какие-то отзвуки должны быть, и потому дозор очень зоркий необходим.

Было бы полезно выписать всё, что Пеглер писал о Хорше - получились бы поучительные выписки: "Как Пеглер видит Хорша". Если сделаете такую выписку, пришлите нам парочку машинных копий, да и у себя сохраните, иногда полезно показать. В статьях разбросаны черты Хорша, а если их собрать воедино на один лист, то получается гангстерский облик. Письма Вашего в пакете не было. Отзывы на "Знамя" накопляются, из них можно в будущем году дать симпозиум, так же, как и из отзывов на годовой отчёт АРКА. Понимаю, что шведский министр по должности не может быть в Комитете так же, как и норвежский. Следует брать из общественных деятелей, из профессоров, писателей, представителей музеев! Конечно, венгерское предложение неприемлемо.

Прилетело Ваше [письмо] от 28-6-47 с нападками Пеглера на Рузвельта. Наверно, ни Рузвельты, ни Уоллес возражать Пеглеру не будут. Старая пословица: "Мели Емеля - твоя неделя". Конечно, к вице-консулу не надо ездить. Неужели Жин не хотел понять, к чему я послал ему его отличную статью "Сердце"? Уж не начал ли толстеть? Толстые малопонятливы. Хорошо, что "Властитель ночи" у Вас. Неужели Куренко настолько обнищала? Или где-то русофобия? Но Куренко и ру-софобия плохо вяжутся - поясните, как Вы понимаете. Жаль, если склад книг так и останется неразобранным, а там осень и опять холода. Когда едет в Италию Илья и надолго ли? Как устроились Потоцкие? Вы поминаете о хорошем письме Хейдока - он славный друг. Удивителен Париж, кажется, и на брошюру не отозвались.
Юрий послал Шк[ляверу] "Индологию" - и ничего. Очевидно, скверное там настроение. А холст всё ещё не доехал.

В Венгрии введён суровый закон вплоть до расстрела, карающий журналистов за лживые сообщения. Вот бы и во всех странах ввести такие законы - они обуздали бы изолгавшуюся прессу. И в Москве усилен уголовный кодекс против разглашения государственных тайн. Да, всякая клевета должна быть караема. Иногда клеветник и разглашатель даже не понимают, какое зло они творят. Некий архиепископ сделал донос на меня фашистам. Донос раскрылся, и при ближайшем свидании с таким "иерархом" я напрямки сказал о доносе. "Иерарх" даже и глазом не моргнул: "ведь это не донос, а для осведомления". Я только рукой махнул, - где уж просвещать "иерарха" о доносе и осведомлении. А семена лжи были посеяны, и всходы их не углядеть. "Прост, как дрозд, нагадил в шапку и зла не помнит!" Но не все дрозды просты, есть и лютохитрые вредители. Лишь бы навредить, хотя бы самому себе в шапку. В прессе мелькают ложные сообщения, и никто не потрудится их опровергнуть, - пусть себе сорняк расцветает. Должны быть караемы антикультурные действия, а что же хуже зла лжи?

Посылаю Вам статью Н.Хорш. Может быть, друзья захотят прочесть и ещё раз удивиться лживости и изменчивости шайки. Жан Дювернуа (псевдоним белокурой ведьмы) у Вас имеется. А в "Вестнике" музея имеется достаточно словоизлияний самого Хорша. Да и письма его существуют. Любопытно, какие движения у вице-консула с Гусевым? Ведь Хорш очень странный продавец. Обуянный русофобией и грабежом он поспешит всё изругать и тем уничтожит свои собственные намерения. Забавно наблюдать, как всюду вклеилась самая гнусная русофобия. Где-то ютятся общества друзей, русская музыка и другие культурные начинания. Но всё это, как островки в океане злобствований и клеветничества. Где-то неуловимо гнездится чудище стозевно, обло и лаяй, похуляя всё русское. И как нащупать и поразить такое чудовище? Посылаю Вам оттиск моего листа "Шанти" (Мир). У меня лист назывался кратко - просто "Шанти", но редактор почему-то удлинил его. Да скажем соборне, повелительно: "Мир"!
Илья писал, что Мережковский умер, не слышали ли какова судьба Бальмонта, Ремизова, Бунина, Балтрушайтиса, Бердяева, Лосского, Бориса Зайцева? Валентина пишет о повсеместном почитании гения Пикассо.
Очевидно, по Европе прогуляется пикассизм и фюмизм. Ещё раз можно вспомнить отличную статью Караваевой в "Новом Мире". Так же можно вспомнить, как Пюви де Шаванн стремился найти положительные стороны в самых разнообразных произведениях. Но иногда мастер проходил молча, это было знаком неодобрения. Также сообщает Валентина, как племянница Масарика говорила об отжившем искусстве, как говорят французы "пассе".
Валентина правильно возразила, что это понятие не касается лучших произведений. Действительно, кто же применит "пассе" к Леонардо, к Микеланджело, к Тициану или к прекрасным скульптурам Эллады? Лишь бы идти по лучшим вехам, а всякий фюмизм - синкронизм, кубизм, овизм, дадаизм, сюрреализм. Экспрессионизм, футуризм - всякие эфемериды - пусть себе свершают свой однодневный путь. И сердиться на них не следует, они сами впадают в "ридикюль". И запрещать их нельзя - они отражали состояние общественности. В кунсткамерах бывают же и шрекенкамеры.

Лето стоит неприятное. Дожди запоздали. Была засуха, сухие ветры, сухие пыльные тучи. Внизу песчаные бури. Вода в протоках высыхала. По ночам местные пандиты молились в храмах - не помогало. То ли дело в Китае: в Урумчах при нас генерал-губернатор потребовал от бога дождя.
Заупрямился бог, не дал. Тогда правитель (доктор философии) разжаловал бога в чёрта, но и это не помогло. Тогда черта высекли и утопили. И такие "культурные" действа происходят в стране Конфуция. Да что говорить! Когда в Хотане мы искали прислугу, нам сказали: "Зачем нанимать, лучше купите барышню". И такое бывает. Считают, что в наши "цивилизованные" дни на земле до десяти миллионов рабов, а в сущности и больше. Вот и скажите, что Знамя Культуры - Мира не нужно.

Радио сообщило о новом московском указе. По нему три тысячи семей
сов[етских] граждан едут в СССР из Китая. Их везут, кормят и обеспечивают работой. Вероятно, и некоторые наши друзья попадут в эту группу. Каждый опытный работник пригодится. Советские газеты извещали, как сердечно были встречены в Армении тысячи армян, переселившихся в СССР. Из Москвы от Т.Г. пакет книг - все очень значительные - "Щуко", "Фомин", "Мартос", "Новгород", "Вдохновенные искатели", "Борьба за жизнь" - прекрасно издано. Работают! Творят! В бомбейском журнале "Сошиал Уолфер" прекрасная статья Б.С. Матур о "Знамени Мира". Нежданные доброжелатели громко зовут к Миру, к Культуре. До нас, конечно, доходит лишь часть добрых зовов, а их много, и они так нужны.

Поясню, почему я предлагал иметь новую бумагу "Знамени Мира" со всеми вновь избранными. Во-первых, основной Комитет был немногочислен, а во-вторых, при сношении с разными странами лучше иметь на бумаге упоминание о них. Можно иметь старую бумагу для Америки, а для заграницы новая была бы внушительнее. Впрочем, как всегда, я не настаиваю. По местным условиям Вам виднее. Вебеке следует избрать для Бельгии. Нет ли кого для Голландии? Теперь имеются, кроме Америки, Франция, Англия, Италия, Аргентина, Швейцария, Португалия, Бельгия, Индия, Румыния. Хорошо бы иметь Египет, Иран. Непонятно молчание Мадахила. Ну да ведь и молчание Парижа тоже удивительно. Положим, если верить газетам, во Франции почти что анархия. Читали ли Вы, что в Урянхае открыты огромные залежи ураниума (знакомые Вам слова). Конечно, русские ученые трудятся не для бомб, а ради мирного преуспеяния человечества. За то "бомбисты" и недолюбливают их. Всюду своеобразная русофобия. Пожалуй, Вам придётся завести особую папку с черной надписью: "русофобия".

В каталоге книжного магазина "Люзак" (46, Грэт Рессель Стрит, Лондон В.С.1.) значится "Химават". Из Англии легче достать, чем из Индии. Из "Китаб Махал" сообщали, что "Героика" выходит в Июне. Конечно, Июнь прошёл, и ни о чём не слышно. Да, оказывается "паки" по-бенгальски значит "птица". "Пакистан", выходит, "птичий двор". Неудачное название! "От великого до смешного один шаг".

Если побываете на ферме, наверно, повидаете склад книг. Что там такое? Надо же использовать эти накопления. Вообще, любопытно, что именно находилось у Франсис, за что она получила деньги. Об этом в переписке не упоминалось. Не было ли у ней ещё клише? Далеко не все были посланы в Ригу, а теперь они очень ценны, да и неповторимы. По злобе их могли выбросить на вес металла. Конечно, такой вопрос поднимать сейчас не следует, но значит, у неё тоже что-то хранилось. Лишь бы ладно использовать склад на ферме. Помимо полчищ русофобов есть же в стране и культурные деятели. Отчего же они так молчаливы?

Ну, всё утрясётся. Доплывем на нашей испытанной эскадре - добавим ещё броненосец "Добро".
Духом с Вами.
П.С. Сейчас пришёл один пакет холста 11-ярд - хороший. Большое спасибо.

[Июнь 1947 г.]
Рерих Н. К. 'Листы дневника', т. 3. М., 1996.

*******************************************************************************

ОКТЯБРЬ

10 октября 1947 г.
БУЛГАКОВУ

Дорогой друг В.Ф.
Наверно, Вы удивляетесь долгому перерыву в моих вестях после Вашего доброго Июньского письма. Причин много, и все неприятные. С начала Июля я серьёзно и внезапно заболел. В постели около трёх месяцев, боли, операции, и всё это в наших горных, уединённых условиях. Говорят, через несколько недель всё наладится, но всё ещё на больном положении. Никогда я так долго не болел, и всё сие тягостно. Вторая причина: с начала Августа вследствие беспорядков почта и телеграф лопнули. Мы отрезаны. Конечно, масса почты пропала, а остальное где-то валяется. Будто бы только теперь обещают сношения, и я спешу послать Вам весточку - авось дойдёт.

Добрую весть Вы сообщаете о намерении Академии Наук издать Ваши воспоминания. Перед Вами прошло столько великого, что именно Вы - внимательный, чуткий, доброжелательный - можете отобразить волны бурь и достижений. Сердечные мысли наши с Вами в трудах Ваших. Грабарь пишет много о благоустройстве жизни художества. Между прочим он сообщает, что моя серия "Красный всадник" (привезённая нами в Москву в 1926 году) находится в Музее Горького в Горках, где он жил и скончался.
Вдвойне я этому порадовался. Во-первых, A.M. выказывал мне много дружества и называл великим интуитивистом. Во-вторых, семь картин "Красного Всадника" - Гималайские, и я почуял, что в них A.M. тянулся к Востоку. Не забуду его рассказ о встрече с факиром на Кавказе.

В своём последнем письме Грабарь описывает строящийся академический посёлок в Абрамцеве (недалеко от Троице-Сергиевой Лавры). Грабарь приводит замечательные слова Сталина: пусть академики живут не хуже маршалов. Историческое речение! "Москва - центр науки" - Сталин заповедал на московском торжестве. Радостно, что из Руси звучит великий завет. Наша любимая Родина да будет оплотом высокой Культуры!

Бывало, немало нам приходилось претерпеть, когда мы заикались о русской Культуре. Всякие рапсоды Версаля поносили нас и глумились о "наследиях Чуди и Мери". Злобные глупцы! Прошли года, и жизнь доказала правоту нашу. Русь воспрянула! Народы Русийские победоносно преуспевают во главе всего мира. Строют и украшают свою великую Родину. На диво всему миру творят молодые силы исторические достижения. Вы-то понимаете и купно радуетесь.

По слухам, почта скоро наладится, но слухов вообще много. Хорошо ещё, что радио действует. А тут ещё нахлынули неслыханные ливни и нанесли всюду большой ущерб. Нелегко строить мосты и чинить обвалы в горах. Вообще, лето было необычайно трудное. Какие у Вас были гости? Что доброго? А мы в думах с Вами и шлём Вам всем сердечный привет.

Всегда было радостно слать привет туда, где он будет воспринят, а теперь такая посылка особенно ценна. Мир и радость - два оплота преуспеяния. Лишь русское сердце отзвучит на такой зов. Всюду океаны горя, бедствий, неразрешимых задач. Не пишу о бедствиях Индии. Наверно, в Ваших газетах достаточно отмечается горе великой страны. Ганди в день своего 78-летия горестно отметил: мною получено много поздравлений, но более уместны были бы соболезнования. О том же скорбно говорил и наш друг Неру. Скорбит Индия. А там, за горами - за долами, идёт великая стройка Культуры.
Исполать!
Радоваться Вам.

10 октября 1947 г.
Рерих Н. К. Листы дневника М.: МЦР, 1996. Т.З
_________________________________________


18 октября 1947 г.
ДРУЗЬЯМ

Дорогие друзья! Спасибо за душевные весточки от М.Н., Е.Н., Наденьки и Вани. Надеемся, он получил нашу телеграмму с советом ехать на великую стройку, на всенародный труд, на творчество. Нас много спрашивают: "Ехать?" И мы всем отвечаем: "Да, да, да - ехать непременно во славу Родины, во имя созидательного труда". Как хорошо, что Е.Н. уже получила добрую весточку от своих уехавших. Именно хорошо там. И встретимся там. Не откладывайте.

Ваши вести долетели к нам с большим запозданием. Здесь ведь средневековые религиозные жестокие войны. Почта прервана уже давно. Заказных не принимают. А к довершению нахлынули небывалые ливни. Дороги снесены, и требуются месяцы для починки. Словом, уклад жизни нарушен. Телеграмму Ване мы пытались послать при случае - надеюсь, не пропала.

И ещё у нас неприятное обстоятельство. Уж четвёртый месяц я болею, и только теперь на пути к выздоровлению. Было очень тягостно, ведь никогда так болеть не приходилось. Вот всё это и нарушило все связи. Так хочется на работу, на творчество.

И ещё раз повторю мой совет: "ехать!" Там, на великой Родине, нужен всеобщий труд. Не бытовое прозябание, но бодрые достижения. Грабарь сообщил прекрасный завет Сталина, чтобы "академики жили не хуже маршалов". "Москва - центр знания". Забота о Культуре!

Не пишу о здешних событиях. Из газет Вы знаете хотя бы отзвуки происходящего.

Велика людская жестокость, безмерно невежество. Попытаемся послать Вам эту весточку простым воздушным - авось, дойдёт. Наверно, за эти месяцы множество писем погибло или где-то безнадёжно валяется.

Итак, на новую ниву, полные любви к Великому Народу Русскому.
Душевный привет от нас всех.
Сердечно...

18 октября 1947 г.
Н.К. Рерих, "Зажигайте сердца". М. 1975 г.

**********************************************************


17 ноября 1947 г.
РОДНЫЕ НАШИ

Хорошее, памятное число сегодня. С большим запозданием дошли одновременно оба Ваши письма от 5 и 25 Сентября. Видите, какая безобразная почта! Всё ещё не пришло выздоровление моё, но медленно приближается. Наверно, теперь кое-как доползут и наши весточки к Вам. Жильнио хороший человек, но о болезни сочинил, и врач уверяет, что ничего подобного он ему говорить не мог.

Вдумывались мы в Ваши письма. Трудно положение АРКА. Очевидно, русофобия разъедает Америку. И такая язва трудно залечима. Местные условия покажут Вам, что ещё возможно. Вы-то сделаете всё, что в силах человеческих во благо Культуры, но где же сотрудники? Убоялись, притихли, а иные вообще сочли культурные начинания излишними. Не будем ни чрезмерными оптимистами, ни пессимистами, пусть реальные местные условия будут мерилом. Казалось бы, русские силы в такие дни должны бы пособить, но где они? Судя по Вашим письмам, за всё это время у Вас не было русских вестей и гостей. А ведь какое нужное, благородное дело творила АРКА! Старая пословица: "Один в поле не воин"; воинов-то немало, но все они вразброд. Чуем Ваши неизбывные трудности.

Показательно, что и по Знамени Мира отзвучат не американцы, но иностранцы. Точно бы слово "мир" как-то замерло для Америки. Между тем в Европе и в Южной Америке деятели хотят обширную деятельность и готовы работать во благо. Главная их задача пусть будет - всеми силами распространять идею Знамени Мира, привлекать к ней хорошие силы и строить возможности по местным условиям. Так им и скажите. Всё может ржаветь и распадаться, но зов о мире устареть не может. Без мира человек жить не может.

События в Индии сейчас - лучший пример. Как только мир нарушился, сейчас же возникли тысячи труднооборимых обстоятельств, и человек - "венец природы" - озверел. Всё нарушилось, расстроилось, сломалось.
Откуда недоговоренность? От отсутствия Мира, от забывчивости о Культуре. Прискорбно.

Вам чуятся особые причины нашего молчания, но прежде всего и послать-то ничего нельзя. Так и не знаем, что дошло, а что вообще пропало. Там, где почта действует, там и представить трудно, что почта может вообще провалиться. Итак, имейте в виду всякие местные условия - они всюду теперь неестественны. Только подумать о безобразном положении квартирного вопроса у Вас. И ничего не придумать, если, как Вы пишете, сами новые законы лишь углубляют осложнения. Прилагаю, к примеру, СОС одного из старейших обществ Индии. Таково положение культурных дел. Всюду беда!

Вы пишете о неожиданных людях, справляющихся о моём здоровье. Особенно странно получение русской в Калифорнии вести из Тибета. Мы здесь не распространялись о моей болезни, да и Вы, кроме внутренних друзей, никому не говорили. Тем неожиданнее запросы от неожиданных людей. Бывают дальние чувствования. Что-то вывезет Илья из своей поездки по Европе? Не пропали ли письма Сони - мы ни одного не получили.
Грустно, что столько сообщений погибло за эти месяцы. И никогда не узнаем, откуда шли эти, может быть, спешные вести.

Видно, Зюме трудно живётся. Не было ли ещё каких подробностей о их быте? Как долго шли к ней Ваши письма - ведь посылка была бесконечно в пути! Удивительны Ваши сведения о резкой смене температуры, об ураганах во Флориде. Нежданно налетает и творит бедствия. Вот и у нас налетел неслыханный ливень. С нашей горы видно было, как срывались мосты и мирная Беас бушевала и затопляла поля, рушила огромные деревья, подмывала дома. Одно такое утро, а затем бесчисленные утраты. Через разливы люди пращами перекидывали весточки.

Сбудет вода, и вместо полей и травы - ил да камни. Сколько пропащих трудов человеческих! По счастью, с делами Культуры не так. След Культуры неизгладим. Мы можем не ведать его путей, но они нерушимы и нежданно процветают. Как они претворятся в жизни, не нам судить. Где обскачут мир такие благие гонцы - не наша забота, но главное, знаем, что Вестник постучится в час верный. И примут его друзья, нам неведомые.

Глава национальных мусульман Пенджаба заявил, что Пакистан Джинна есть фашизм, проводимый в жизнь гангстерами. Неплохо? Газеты сообщали, что Пакистан заказал ковров на тридцать миллионов рупий для украшения правительственных зданий. Когда миллионы голодают, можно ли так роскошествовать?! Уж не фашизм ли? Сейчас мы ждём приезд посла. Будут подвижки. Уже мелькнули первые доброжелательные весточки. Надо, надо скорей поправляться. В газетах и в радио опять мелькает страшное слово "война". И сейчас уже бушует война нервов, так бывало и раньше. А когда люди попривыкнут, то вызыватели войны рявкнут и грозное слово. Да, да, трудно сейчас, а Вам-то как нелегко быть в самом горниле всяких свирепых покушений.

Вот и теперь ещё три недели в постели. До чего хочется скорей поправиться! Сколько впереди! Пусть и Вам светит будущее!
П.С. Сейчас прилетело Ваше письмо от 9 Октября. Одобряем Ваши планы-действия.

17 ноября 1947 г.
Рерих Н. К. 'Листы дневника', т. 3. М., 1996.
______________________________________