Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
МОНОГРАФИИ о Н. К. РЕРИХЕ

1916 г.
А. Ростиславов

Н.К. РЕРИХ - ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ДЕЯТЕЛЬ
 

Имя Николая Константиновича Рериха, как художника, до такой степени сейчас популярно, целая галерея его многочисленных художественных работ, проходившая перед нами на выставках, так велика и в отдельных произведениях так общеизвестна, что наряду с характеристикой творчества художника пора отметить и выделить его, как выдающегося художественного деятеля вообще. Как о художнике, о нём много говорилось и писалось и в периодических, и специальных изданиях. Ему посвящены уже две книги: г. Мантеля, изданная в Казани, и недавно изданная 'Аполлоном' иллюстрированная монография 'Н.К. Рерих', со статьёй Александра Гидони. Кроме того, издательством 'Унион' готовится чрезвычайно и богато иллюстрированная книга о Рерихе с рядом статей различных авторов, где, надо думать, деятельность художника будет освещена всесторонне. О нём, наконец, говорили и писали в декабре 25-летия его литературно-художественной деятельности. Сам молодой юбиляр не праздновал и даже перед днём юбилея уехал из Петрограда. Для празднования были формальные стороны. Неожиданно для многих оказалось, что первые работы художника под псевдонимами 'Изгой' и 'Молодой' появились в печати, когда он был ещё 16-летним учеником гимназии Мая. Эти ранние работы не включены в первую книгу 'Собрания сочинений' Рериха, выпущенную в 1914 г. издательством Сытина. Первая статья в этой книге помечена 1898 годом и, следовательно, написана. когда художник окончил уже одновременно и университет по юридическому факультету, и Академию художеств (в 1897 г.). Не вошло в эту книгу и зачётное университетское сочинение 'Положение художников в древней Руси'.

С самого начала деятельности определилось, что Рерих явится художником-писателем. Тип этот ярко проявился у нас только в последние десятилетия со времени возникновения Мира Искусства, когда стало уже не редким, как прежде, появление художников с высшим общим образованием. Из старого поколения можно назвать только два-три крупных имени таких художников, каковы, например, Поленов и Ге, а из выступавших в литературе, но не получивших общего высшего образования - Крамского и Репина. К группе художников и писателей Мира Искусства, организовавшейся во второй половине 90-х годов, Рерих примкнул несколько позднее, когда художественная индивидуальность его уже ярко определилась. Отметим, что по складу и характеру своей живописи он стоял в этой группе особняком, пожалуй особенно оттенив сущность направления, придававшего такое значение индивидуалистичности дарования.

Из среды группы художников с университетским образованием (назовём ещё Врубеля, Добужинского, Билибина, архитектора Фомина, Кандинского, В. Милиоти, кн. Шервашидзе, Яремича) вышли такие выдающиеся талантливые писатели по искусству и исследователи, как Александр Бенуа и Игорь Грабарь. Эти художники-писатели и затем примкнувшее к ним поколение писателей и исследователей, каковы, например, покойный бар. Врангель, Сергей Маковский, сосредоточившись в художественных журналах Мира Искусства, Золотое Руно, Аполлон, Старые Годы, издавая отдельные исследования (истории искусств Бену и Грабаря и др.), воистину создали науку о русском искусстве в её художественно-эволюционном, а не архивно-историческом смысле.

Сам совершенно новый у нас тип художников-писателей и исследователей должен быть особенно отмечен. Углублённость в технику каждого искусства в связи с общим образованием даёт почву для широкого общего развития и миропонимания, чрезвычайно расширяющиеся у современных художников-живописцев, благодаря необходимости ознакомления с искусством прошлого, столь тесно выражавшим известные исторические эпохи. Университетски образованный художник, кроме того, вносил и вносит в своё искусство ту широту и тонкость общей культурности, которые так роднят искусство с другими областями духовной деятельности и популяризируют в лучшем смысле.

В этом отношении можно провести резкую грань между направлением Мира Искусства и предшествовавшим ему направлением передвижнечества, где даже крупные дарования шли по ложному пути, благодаря отсутствию широкого понимания и изучения искусства.

Литературных работ Рериха немного, и среди них нет крупных исторических исследований. Многие его статьи написаны ad hoc в связи с археологической деятельностью, возникавшими вопросами по охране памятников старины, вандализмами (например, относительно Спаса Нередицкого, Софии Новгородской, путевыми впечатлениями от поездок по России и пр. Часть - например, 'Сказки' - носит чисто литературный характер. Но, поднимая голос по некоторым важным вопросам искусства и старины, Рерих выработал себе своеобразный язык, создал новые очень удачные термины, вроде 'тихие погромы' и пр. Во всяком случае эта деятельность его в качестве археолога (им произведены разные исследования и раскопки курганов, одно время читались лекции по археологии), коллекционера (у него прекрасная коллекция старых картин и предметов и очень богатая коллекция предметов каменного века) в общем представлении бледнеют перед деятельностью его, как художника. Здесь он имеет уже европейское имя и популярность, работы его давно уже выставляются на выставках в крупнейших европейских городах и часть их приобретена некоторыми заграничными музеями.

В настоящем очерке нет возможности и, как я уже сказал, надобности подробно говорить о живописи Рериха, тем более о многочисленных отдельных его произведениях. Отмечу только известные периоды в ходе живописных работ, некоторые черты, может быть, ещё не отмеченные. Рерих очень быстро приобрёл известность и признание. Одна из первых его картин 'Гонец' была уже приобретена Третьяковской галереей, что в своё время было более высоким патентом, чем академическое звание. Печать индивидуальности сказалась уже в первых работах, но они ещё носят черты тогдашнего общего историзма и живописной трактовки.

Ярко и вполне уже своеобразно проявил себя художник после заграничной поездки на весенней выставке 1902 г., когда появились 'Заморские гости', 'Языческое', 'Зловещие', и годом позднее на выставке 'Мир Искусства' опять приобретённой Третьяковской галереей картиной 'Город строят'. Вместо бутафорской историчности повеяло подлинной легендарной стариной от синей реки, зелёных курганов, пёстрой ладьи заморских гостей. Формы. краски были совершенно новы. С этих пор как бы началась та выработка рериховской живописи, где чрезвычайно сложные влияния Врубеля, тогдашних западных новаторов, восточного экзотизма, позднее древней иконописи претворялись и объединялись своеобразным постижением прошлого, сознанием невозможности передавать его путём обычных реалистических форм. Дар прозрения, ясновидения прошлого действительно таинственно прирождён Рериху. Он проникает в самую отдалённую старину, её красоту, что им так оригинально выражено в статье 'Радость искусству'. Бутафорская историчность, всё ещё столь процветающая, совершенно исчезла с полотен Рериха. Декоративность, обобщение формы, местами преднамеренные уклонения от её правильности характерны для них так же, как и уплотнённость, своеобразная твёрдость форм.

Впрочем, живопись Рериха может подвергнуться переоценке, но фантазия его в области тем кажется неисчерпаемой, чем и объясняется его продуктивность. Правда, бывали большие промежутки, например, между 1904 и 1909 годам , когда он не выставлял своих работ, но зато появлялся и до и после с целыми их циклами, в последнее время исключительно на выставках 'Мира Искусства', не считая заграничных. Особенно ярки были выступления на выставке 'Современного искусства' (1903 г.), когда появились фриз 'Сибирские древности', 'Княжая охота', 'Заповедное место', 'Город-рассвет', 'Рассказ о Боге' (маленький, но чрезвычайно характерный эскиз), пейзажи и рисунки, на выставке 'Салон' 1909 (может быть, самая выдающаяся и совершенная из рериховских картин 'Бой' , находящаяся в Третьяковской галерее, 'Сокровище ангелов', 'Пещное действо', 'Печоры' и др.), на выставке 'Мир искусства' 1913 ('Сеча при Керженце', 'Рондские саклы', 'Звёздные руны', 'Тропа прямоезжая', 'Огни подземные', эскизы театральных декораций и др.), а также на последней ('Змий кричит', 'Город обречённый' и др.) Мало отмеченной в своё время, но тем не менее особенно знаменательной была выставка этюдов 'Памятники старины' 1904 г. (малый зал Общ. поощрения художеств), явившаяся результатом поездок по России. К несчастью, большинство этих отличных работ (этюды ярославских, ростовских церквей, Печоры, Псков. губ., башни Изборска, смоленские стены и пр.) пропало в Америке. Здесь, может быть, впервые было показано, как надо понимать, чувствовать и передавать наши памятники старины, это была наглядная их пропаганда, иллюстрировавшая выступления автора печатные и устные в разных обществах. Красота наших архитектурных памятников старины давно признана, многое давно уже зарисовано Вилье и др. и даже увражно издано. Но передавались они как бы с чисто архитектурной точки зрения. даже в графических и красочных поправках. Рерих особенно осветил, показал современную живую красоту памятников в той сложной обвеянности историзмом, где красота форм как бы подчёркивалась постепенным умиранием, а печать времени так выделяет жизненность старинной работы, всю её своеобразную фактуру.

Работы эти, как и последующее изучение древней иконописи, много дали самому художнику для выработки собственных форм и приёмов не только в картинах, а и в стильных церковных росписях, декорационных работах для театра. Эти последние (декорации к 'Князю Игорю', 'Валькирии', 'Пер Гюнту', 'Снегурочке', 'Весне священной', 'Сестре Беатрисе' и др.), в большинстве очень удачные по замыслам и в эскизах, нередко искажались выполнителями на сцене.

Естественно, что и всё русское народное искусство слишком близко Рериху. по самой своей натуре широко культурного художника он не мог замкнуться в индивидуалистическом писании картин. Отсюда большое участие в работах известного художественно-промышленного производства села Талашкина в дореволюционный период. Самое понятие художественной промышленности, прикладного искусства надо было высоко поднять до равноценности с понятием искусства вообще, что и стремилось делать Талашкино практически.
В небольшой статейке Рериха "Художественная промышленность" - и теоретическая пропаганда. широкое поле в этой области художественного образования вообще, открылось для него, когда в 1906 г. он так удачно был назначен директором школы Общества поощрения художеств. Эта хиревшая, питавшаяся омертвевшими трафаретами школа стала неузнаваемой и несомненно превращается в народную школу искусств.

Не производя крупной ломки, Рерих проявил большую настойчивость, а главное широкое понимание ведения дела. Исходя из чисто художественных тенденций, из принципа 'искусство едино', привлекая в преподаватели известных талантливых художников, он чрезвычайно поднял уровень в обще-рисовальных и этюдных классах, не уставая открывать всё новые специальные (число первых сейчас 7, вторых больше 12) и мастерские. Усиленно вводилось знакомство учеников с техникой производств. В самое последнее время положена основа музея современного искусства при школе. Словом, дело всё ширится и поставлено на прочно художественных основах.

Конечно, и Рерих, как все выдающиеся художники, подвергался и подвергается нападкам, но, думается, его художественный путь и судьба, обусловленные, конечно, дарованием, личными стремлениями и энергией, очень удачливы. Он всюду попадал как бы на своё место. если ещё можно спорить о размерах его художественного дарования и значения его живописи, поднимаемых иногда на очень большую высоту, переоценивать их в настоящем и будущем, то значение его, как художественного деятеля, вполне определилось. Перед вами встаёт крупная, привлекательная фигура широко культурного художника, влюблённого в своё национальное искусство, энергично в разных областях работающего ему на пользу.

А. Ростиславов.

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/1251, 3 л. [1916 г.] (печатн.)
Русская мысль. 1916. Январь. ? 1. С. 7-11.
_______________________________________________