Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
МОНОГРАФИИ, ПОСВЯЩЁННЫЕ ТВОРЧЕСТВУ Н.К. РЕРИХА

Сергей Эрнст
Н.К.РЕРИХ

Издание Общины Св. Евгении
Петроград
1918
(продолжение)
 
Возвращаясь теперь в область чистого искусства, отметим, прежде всего, что и при самом беглом взгляде на произведения художника, исполненные за последние 8 лет (1907-1914 гг.), бросается в глаза преобладание среди них работ для театра, которому вот уже столько лет дарят своё вдохновение лучшие наши мастера, очень близко принимающие к сердцу пёстрые судьбы Мельпоменина дома.

Совсем другое отношение к театру замечается у Рериха. Несмотря на частое касательство, художник сумел поставить себя далеко от всей 'сей сложной и волшебной машины'... Рерих никогда не входит 'в самую толщу' театральной постановки, не обсуждает и не гутирует все её мелочи, не интересуется деталями режиссёрского замысла; он только даёт свои картины-эскизы декораций (живописное воплощение тех переживаний, которые возбудило в его душе произведение, готовящееся увидеть свет рампы и эти эскизы*) , увеличенные затем для сцены, служат величавым в своей благородной скромности украшением спектакля. В таком своеобычном отношении к делам театральным опять-таки сказалась всегдашняя склонность мастера к уединённости, к замкнутости в себе, к ревностному охранению своего внутреннего Mиpa. Кроме того, эта отдалённость спасла живопись Рериха от малейшего привкуса декорационности и не нарушила её прекрасную декоративность, ту декоративность, что соединяет в тесную семью лучшие памятники искусства.
 
  
 

Н.К. Рерих. Светлой ночью (Песня о викинге). 1909.
_______________________________
*) Они являются, в сущности, прекраcными станковыми картинами. Напомним тут, что три такие, казалось бы далёкие театра, полотна 1909 г., как 'Ункрада', 'Дары' и 'Светлой ночью (Песня о Викинге)', написаны, как проекты декораций к 'Трагедии о Иуде, Принце Искариотском' Алексея Ремизова.
_____________________

Первой работой художника для театра являются три проекта декораций к 'Валькириям' 1907 г., деланные им не по заказу, а 'для себя'; здесь он, новичок в этом деле, создаёт нечто значительное и очень близкое к грозному пафосу Вагнеровской музыки. Посмотрите, как великолепно и угрюмо поют чёрные и голубые тона 'Жилища Гундинга', как страшно притаились великие горы под сумрачным небом в Ущeльи' или как пылает роковая слава червонного пламени, застывающего волшебно-голубеющими кристаллами, в 'Заклятии огня'. В том же году был написан и эскиз декорации, изображающей площадь средневекового города, для мистерии 'Три волхва', показанной тогда в 'Старинном театре'; он рекомендует мастера как тонкого и живописного историка.

Через год Рерих сопровождает своими декорациями 'Снегурочку' Римского-Корсакова в 'Орега Comique', в Париже. Из их цикла особенно запоминаются голубовато-хрустальный свет зимней полуночи 'Пролога', весеннее веселье, звучащее в курчавых белых облачках, в яблонном цвете, в затейливости избушек 'Слободы' и жёлтый с бирюзово-зелёным покров 'Ярилиной долины'- три самых нежных и красивых места в сказании о Снегурочке *) .
__________________________
*) К 'Снегурочке' художник вернулся снова в 1912 г., когда написаны эскизы декораций для сказки Островского, в постановке петербургского драматическаго театра Рейнеке, который, к сожалению, не сумел достойно их использовать.

В 1909 г. мастер начинает сюиту, посвящённую 'Князю Игорю' Бородина*) - в небольших, полных искренней и простой поэзии эскизах художник запечатлевает и белый собор 'Путивля', среди серых стен, под голубым летним небом, и широкий, тёмный 'Терем Ярославны', и 'Половецкий стан' в жёлто-красных суровых тонах, овеянных унынием степного одиночества, и пустынную под клубящимися тяжёлыми облаками 'Ограду города', где привольное эхо разносит печальный голос Ярославны. Вместе с эскизами декораций исполнены и эскизы костюмов, примечательные, опять-таки, той благородной и богатой скромностью, что так способствует 'верному тону' всякого театрального зрелища, являющегося результатом соборной, взаимно уступчивой и деликатной в своей основе работы.

Прекрасно-лирический строй 'Слова о полку Игореве' надолго полюбился художнику - в 1914 г. он снова пишет эскизы для 'Князя Игоря', столь же сильные и одушевлённые в своих полных, ликующих красных, синих, зелёно-золотистых и жёлтых тонах, как и волнение древней повести о делах тайных и грозных. По великолепию живописи эти эскизы принадлежат к самому славному среди творений мастера.

К первой редакции 'Князя Игоря' очень близки своим строем и два эскиза 1909 г. 'Въезд Грозного' (синее и белое) и 'Шатёр Грозного' (чёрное, красное и зелёное) для 'Псковитянки' Римскаго-Корсакова*).
_____________________________________
*) Для антрепризы Дягилева в Париже.
_________________________________

Следующей большой театральной работой Рериха были эскизы 1910-1911 гг. для 'древнеславянского балета' 'Весна Священная' Игоря Стравинского*) (в нём художник принимал участие не только как декоратор, но и как соавтор либретто); свободная и nевучая, словно весенний ветер, густой и влажный, музыка действа вдохновила Рериха на столь же просторное и вольное живописное её воплощение - цветут зелёные холмы, блистают вешние воды, под благостно клубящимися юными облаками ликует земля, возрождаясь к новой славе. Все линии бегут широким 'космическим' порывом, краски лежат сильными пластами...
______________________________________
Первое представление в мае 1913 г. в Париже, в театре Елисейских Полей (антреприза Дягилева).
________________________

 
  
 

К 1911 г. относится и эскиз декорации для комедии Лопе де Вега 'Фуенте Овехуна' ('Овечий источник')*), интересный острым чувством исторического постижения - художник волшебно отобразил своей темперой самую соль, самый аромат дальней страны Испании: беспокойно сменяют друг друга сине-зелёные, лилово-вишнёвые горные кряжи, вдали высится замок, на первом плане к камням прилепились крепкие, широкие избушки и всё это зрелище завершено золотисто-зелёными узорными облаками. Так почувствовал художник землю, достойную видеть отважных мужей, прекрасных женщин, характеры и дела сильные и непреклонные.
_______________________________________
Вторая серия спектаклей "Старинного театра" в СПб.
__________________________________________________

Ещё более интересными в смысле исторического ведания и художественного мастерства являются многочисленные эскизы декораций и костюмов для 'Пер-Гюнта' Ибсена, 1911-1912 г.г.*) . Весь величественный и многообразный мир ибсеновской драмы получил достойное отображение в декорациях мастера. Широким взором увидел он и червонно-алый, выжженный солнцем 'Египет', и хрупкий золотисто-зелёный покров северных 'Холмов', и грозную гармонию 'Гегстада', и грустное уединение 'Избушки Пер-Гюнта'. Созвучит настроению драмы и живописная манера эскизов - мерно и пышно ликующие удары темперы, в последние годы всё более и более привлекающей внимание мастера богатством своих возможностей. Столь же широки, столь же полны высокого настроения и эскизы для 'Тристана и Изольды' Вагнера, относящиеся к 1912 году.
_________________________________________________________
*) Постановки Московского Художественного театра.
_______________________________________________

Последние театральные вдохновения Рериха отданы двум наиболее пленительным трагедиям Метерлинка - 'Принцесса Малэн' 1913 г.*) и 'Сестре Беатрисе' 1914 г.**) . В этих темперах и пастелях, живописные особенности коих очень показательны для последних исканий мастера (на них мы остановимся ниже), Рерих говорит те же жуткие и нежные, печальные и светлые слова, что слышатся и в ритмичном плетении фраз поэта; для самих же пьес полнотонные, 'крепко-сложенные' и, вместе с тем, 'очень духовные' декорации художника подходят лучше, нежели многочисленные театральные ухищрения последних дней, ибо в искусстве театра важнее всего не теоретически-чаемое единообразие пьесы и её воплощения, а их духовное родство, их духовная связь, сразу оживляющая всё и на которую всегда так щедр Рерих.
_________________________
*) Эскизы исполнены для Московского Свободного театра; в этом же году для того же таетра сделаны 2 эскиза для 'Кощея', Римского-Корсакова (первый из них близок к 'Избе смерти', а второй к 'Дарам'; обе постановки, вследствие распадения театра, рампы не увидели.
**) Для Театра Музыкальной Драмы, в Пгд.
_______________________________________


* * * *
Всякому, просмотревшему 'плеяду' театральных работ мастера, сразу бросается в глаза многообразие вдохновляющих его идей - художник затрагивает самые противоположные темы: и доисторическую пору славянства, и древние времена Нидерландов, и образы Скандинавии, и удельную пору Руси, и средние века, и Испанию Лопе-де-Вега, и на всё находит отклик в своём сердце, некогда открытом только для одних славян.

Такое расширение исторического горизонта и свободный отклик и на чужие голоса получает своё объяснение в осложнившемся и обогатившемся с течением времени мировоззрении Рериха (о первой стадии чего мы уже говорили). Перемена эта, особенно чувствуемая в 1906 -1908 гг., интересно отразилась в его большой статье 'Радость искусству' 1908 г. Автор видит Poccию как чудесный, единственный на земле, край, куда, по воле судьбы, текут пути многих странников Mиpa, где сталкиваются достояния народов далёких и, даже, незнаемых друг другу - из этих столкновений родилось великое и прекрасное зрелище русской древней культуры:

'Мы привыкаем искать наше искусство где-то далеко. Понятие наших начал искусства становится почти равнозначащим с обращением к Индии, Монголии, Китаю или к Скандинавии, или к чудовищной фантазии финской. Но, кроме дороги позднейших заносов и отражений, у нас, как у всякого народа, есть ещё один общечеловеческий путь к древнейшему иероглифу жизни и пониманию красоты. Путь через откровения каменного века'.

'Глубины северной культуры хватило, чтобы напитать всю Европу своим влиянием на весь X век... Памятники скандинавов особенно строги и благородны. Долго мы привыкали ждать всё лучшее, всё крепкое с севера. Долго только ладьи с пёстрыми парусами, только резные драконы были вестниками всего особенного, небывалого. Культура северных побережий, богатые находки Гнёздова, Чернигова, Волховские и Верхне-Поволжские-всё говорит нам не о проходной культуре севера, а о полной её оседлости. Весь народ принял её, весь народ верил в неё'.

'Скандинавская стальная культура, унизанная сокровищами Византия, дала Киев, тот Киев, из-за которого потом восставали брат на брата, который по традиции долго считался матерью городов. Поразительные тона эмалей; тонкость и изящество миниатюр; простор и спокойствие храмов; чудеса металлических изделий; обилие тканей; лучшие заветы великого романского стиля дали благородство Киеву. Мужи Ярослава и Владимира тонко чувствовали красоту; иначе всё оставленное ими не было бы так прекрасно'.

'О татарщине остались воспоминания только как о каких-то мрачных погромах. Забывается, что таинственная колыбель Азии вскормила этих диковинных людей и повила их богатыми дарами Китая, Тибета, всего Индостана. В блеске татарских мечей Русь вновь слушала сказку о чудесах, которые когда-то знали хитрые арабские гости Великого Пути в Греки'.

'Бесконечно изумляешься благородству искусства и быта Новгорода и Пскова, выросших на 'Великом пути', напитавшихся лучшими соками ганзейской культуры. Голова льва на монетах Новгорода, так схожая со львом св. Марка, не была ли мечтою о далёкой царице морей-Венеции? Когда вы вспоминаете расписные фасады старых ганзейских городов, не кажется ли вам, что и белые строения Новгорода могли быть украшены забавною росписью*) ?'.
________________________
"Радость искусству". 1908 г. Собр. соч., кн. пер. стр. 136-137, 130-131, 126, 123-124, 123.
________________


Так любовь к Poccии даёт чувствовать художнику весь мир, так эволюционирует мировоззрениe Рериха, от некоего славянофильства к неонационализму, к светлой соборности мировой жизни.

Под знаком этого 'раскрытия тайн' развиваются и все творения мастера 1906-1914 гг., как и декоративные, так и станковые; притом эта перемена затрагивает не только идейный строй композиций художника, но и сильно влияет на их мастерство, что, вместе с уже отмеченной их усложнённой и обогащённой живописью, весьма отличает картины Рериха последних лет от работ предыдущих периодов.
 
  
 

Такими чуткими отзвуками являются хотя бы нежнейшая темпера 1906 г. 'Девассари Абунту с птицами' - к узорной колонне индийского храма прислонилась бледная девушка, убранная золотыми запястьями, а рядом на малом дереве, распустившемся невиданными тускло-розовыми цветами, поют диковинные птицы, серо-голубые, янтарные и синие, и ластятся они к погружённой в тайное.

К другой, полярной Индии стране, обращается мастер в сюите 'Викинг', состоящей из 'Песни о викинге' 1907 г., 'Песни о викинге (Светлой ночью)' 1909 г., 'Варяжского моря' 1909-1910 гг., уже упомянутого 'Боя' 1906 г. и 'Tpиумфa викинга' 1908 г. В этих полотнах, словно движимых суровым, северным напевом Балтийских волн, дробящихся о тёмные прибрежные камни, мастерство Рериха приобретает, в противовес 'цветистой мягкости' 'Девассари Абунту', черты северной замкнутости и молчания... Глубокой печалью звучат серые, синиe и бледно-оранжевые тона 'Песни о викинге'- тусклыми тенями залегли в ранние сумерки шхеры, одиноко плывёт чуть позлащённая закатная тучка и безнадёжна грусть девушки, скандинавской Ярославны, тоскующей у этих тихих вод... Грандиозная сумрачная гармония полнит 'Варяжское море' - сурово играют глубоко-синие, красно-коричневые и серые тона, грозной дугой стоят готовые к отплытию ладьи, пенятся холодные волны... Вечный, великий покой почиет на голубом кургане у спокойного серого моря в 'Триумфе викинга'...
 
  
 

Н.К. Рерих. Старый король. 1910.

Совсем новые ноты волнуют в пастели 1910 г. 'Старый король' - в ранний, сияющий утренний час вышел добрый старый король на балкон полюбоваться своим маленьким островерхим городком, ещё мирно почивающим под лаской свежего расцветающего дня...

О старой Италии, о всей её грустящей нежности, говорит художник в рисунке 1907 г. 'Италия'.

Та же отзывчивость видна и в словесном творчестве Рериха - уже одни заглавия: 'Древнейшие финскиe храмы', 'Японцы', 'Индийский путь', 'Гримр викинг', 'Девассари Абунту', 'Лаухми Победительница', 'Миф Атлантиды *)' поведают об этом.
__________________________
"Радость искусству". 1908 г. Собр. соч., кн. пер. стр. 154, 242, 258, 276, 300, 512.
__________________________


* * * *
Не менее важными, чем театральные и 'исторические' работы художника, являются и одновременные им пейзажи, которые тоже можно назвать 'историческими', так как темы их взяты из седых 'незнаемых' времён, а их пленительная пустынность часто оживлена присутствием древних; однако следует заметить, что в этих полотнах нет ни малейшей доли общепринятого и скучного историзма, их вольная, радостная мировым простором душа ликует так широко, так светло, так грозно, что поневоле отпадают сразу все грани, все заранее принятые определения...

Мы не знаем цвела ли когда-нибудь та прекрасная страна, о которой рассказывает Рерих, но мы видели не раз 'здешние намёки', 'здешние части' её - эти студёные, прозрачные озёра среди холмов, покрытых жёлтым ковром лютиков, эту кипень золотисто-синих закатных облаков, торжественно встречающих приближающуюся ночь, это одиночество холодных морских берегов, что так верно полонили мастера. Мы видели не раз - с палубы корабля, или со скамейки утлого челнока, с пригорка, неожиданно заканчивающего густой бор, свежую красоту страны художника и отображение её на полотне волнует и трогает глубоко.
Эти ноты настолько звучны в творчестве Рериха, что такой провидец художников, как Александр Бенуа, считает их самыми главными, самыми важными из всех пристрастий мастера:
'Кому знакомо молитвенное отношение к суровым скалам, к душистому ковылю, к дрёме и говору леса, к упрямому набегу волн и к таинственному походу солнца, те поймут то, что я считаю истинной сферой Рериха. Из седой древности доносятся до нас какие-то забытые, полупонятные заветы и о том же твердит всё то, что ещё не отравлено современной пошлостью, всё что не запятнано в природе*) '.
____________________________
*) "Художественные письма. Рерих на выставке Салона". - "Речь". 28 янв. 1909 г.
_________________________

 
  
 

Н.К. Рерих. Небесный бой. 1909.

Великими купами, золотисто - зелёными, тускло-синими движутся друг на друга облака, будет гром и клёкот молний... В смятении притихла северная озёрная страна, жалки и беззащитны свайные домики над водой... Таков 'Небесный бой' 1909 г.
 
  
 

Н.К. Рерих. Ункрада. 1909.

Ветряное весеннее утро покоится на пологих холмах над синим озером, распустились белоствольные берёзы, расцвели жёлтые скромные лютики... Тоскующая девушка бродит по нежной траве и словно слышится её жалоба: 'А ты вей, ветер, вей, понеси от меня весть моей родине, обойми её своими крыльями, прижмись грудью к груди. Помоги, пособи мне'... Это - 'Ункрада' 1909 г.
 
  
 

Н.К. Рерих. "У Дивьего камня неведомый старик поселился". 1910.

Сумрачно повисли 'остановившиеся' облака, тяжёлым строем залегли камни и деревья в некоей потаённой лощине, в их 'зачарованном лесном кругу' притаился белый древний старик... Это - 'У Дивьего камня неведомый старик поселился' 1910 г.
 
  
 

Н.К. Рерих. "Звёздные руны". 1912.

В тихом ночном величии почили голубые горы, на волшебно-светящемся изумрудном небе серебряной, прозрачной россыпью повисли небесные светила. В благоговении внимает им древний... Это - 'Звёздные руны' 1912 г.

Полны того же чудесного пантеизма 'Изба смерти' 1909 г., 'За морями - земли великие' 1910 г. (пустынный морской берег, клубящиеся облака и женщина жадно смотрящая вдаль, туда, куда бегут волны), ряд молчаливых финляндских Этюдов 1907 г. ('Вентила', 'Олафсборг', 'Пункaxapиy', 'Иматра', 'Седая Финляндия', 'Сосны', 'Камни', 'Лавола' и др.), рейнские этюды 1909 и 1912 гг., великолепные кавказские этюды 1913 г., прочувствованная пастель 1910 г., названная художником 'Пейзаж' и изображающая озеро среди пологих берегов под высоким светлым небом, и 'Облако' 1913 г. - прелестный этюд узорного, жемчужного облака, мерцающего на вечернем небе.
 
  
 

Н.К. Рерих. Задумывают одежду. 1908.

Иногда художник воплощает движения природы не в водах, камнях и облаках, а в другом, столь же сильном и столь же непосредотвенном, цветке природы - человеке; такова небольшая темпера 1908 г. '3адумывают одежду', где в здоровой смуглоте нагих тел, в ловкости крепких рук, чувствуется тот ритм утра и преодоления, что движет и спокойными водами, и ясными облаками вдали,
 
  
 

и 'Человечьи праотцы' 1911 г. - в летний день, по муравным холмам, залегли бурые медведи послушать игреца на жалейке*) - и чудится, что поёт не свирель, а солнечный, весёлый голос всей земли, зовущий к жизни и травы, и воды и всякого зверя, и всякого человека...
_____________________________________________
*) Так своеобразно отразил художник эллинский миф об Орфее.
_________________________________________________

* * * *
Переход от этих 'языческих' работ к религиозным композициям мастера с первого взгляда, как-будто бы, резок, но должно отметить, что в глубине каждого творения Рериха всегда чувствуется некое духовное волнение, некая мысль о мире вышнем и тайном, невидимые силы озаряют вдохновения мастера и единым роднят все его дары, пусть то будет даже первобытный пейзаж, пляска древних или их сходбище.

Первой церковной работой Рериха, в его новом периоде, является иконостас 1907 г. для фамильной церкви Каменских в женском монастыре, в Перми, - художником исполнены 'Царские Врата', 'Предстоящие', два 'Архангела', и круг 'Праздников'. Иконное письмо это, выдержанное в коричневых, зелёных и красноватых тонах, построено по строгим и древним канонам; превосходное решение их показало, что мастером уже пройден искус великого и сложного художества древней иконописи и что перед ним уже открыты просторы собственного иконного строительства. Его-то мы и видим в росписи церкви Св. Духа в 'Талашкине', Смоленской губ.; над ней Рерих работал в 1911, 1912 и 1914 г.г.

Сам художник так говорит о её содержании*):

 
  
 

Н.К. Рерих. Царица Небесная. 1910.

'Высоко проходит небесный путь. Протекает река жизни опасная. Берегами каменистыми гибнут путники неумелые: незнающие различить, где добро, где зло.

Милосердная Владычица Небесная о путниках тёмных возмыслила.

Всеблагая на трудных путях на помощь идёт. Ясным покровом хочет покрыть людское всё горе, греховное.

Из светлого града, из красной всех ангельских сил обители Преблагая воздымается. К берегу реки жизни Всесвятая приближается. Собирает святых кормчих Владычица, за людской род возносит моления.

Трудам Царицы ангелы изумляются. Из твердыни потрясённые сонмы подымаются. Красные, прекрасные силы в подвиге великом утверждаются. Трубным гласом Владычице славу поют.

Из-за твёрдых стен поднялись Архангелы, Херувимы, Серафимы окружают Богородицу. Власти, Престолы, Господствия толпами устремляются. Приблизились Начала тайну образующие.

Духу Святому, Господу Великому передаст Владычица моления. О малых путников вразумлении, о Божьих путей посещении, о спасении, заступлении, всепрощении. Подай Господи, Великий Дух.

Подымается к Тебе мольба великая. Богородицы моление пречистое. Вознесём Заступница благодарение. Возвеличим и мы Матерь Господа: 'О Тебе радуется, Благодатная, всякая тварь'.
___________________________________
*) "Царица Небесная. (Стенопись Храма Св. Духа в Талашкине)" - Собр. соч. кн. пер. стр. 310-311.
____________________________________

Следовательно, расположение композиции таково - центр (абсида) в изображении Царицы Небесной на берегу Реки Жизни. Вокруг Неё вырастают великие небесные города, охраняемые полками Ангелов; молитвенно к Ней обращены сонмы Святых; выше Её шествие Пророков, поклоняющихся Кресту.

Вся сложная композиция полна богатой символики, полна своеобычного, единственного выражения и, этим самым, является одним из виднейших созданий творческого воодушевления мастера. Её колористический 'порядок' таков: в центре - белое, золотое, зелёное, жёлтое, с переходом в красное, и бирюзовое, выше жёлто-красно-карминное, та же гамма продолжается и ближе, к пилонам, в архитектуре преобладает бархатно-чёрное, на котором выделяются фигуры Святых - белое, зелёное и коричневое *).
_____________________
*) При росписи, для богатства и ясности тона, пришлось вследствие размеров храма употреблять сильные краски - чистую сиену, краплак, ультрамарин, чистый кадмий, чистую киноварь и т.д.
_______________________________________

Весь идейный и формальный строй талашкинских фресок говорит о совершенно новом, величавом понимании задач украшения храма. Будем надеяться, что судьба ещё не раз предоставит художнику украсить стены Дома Божия и позволит выразить полно и ярко всё его чувство религиозной живописи.

 
  
 

Н.К. Рерих. Хозяин дома. 1914.

К 1914 г. относится новое большое произведение Рериха в церковном характере - 12 панно для моленной виллы Л. С. Лившиц, в Ницце, изображающих 'Хозяина дома', 'Благих посетивших', 'Отроков продолжателей' и 'Древо Благое *)'.
_______________________________
*)Художником написаны также 'Входы' и орнаменты.
______________________________________________
 
  
 

По своей живописной идее эта роспись восходит к уже упоминавшемуся небольшому эскизу 'Росписи в моленной' 1905 г., хранящемуся в Русском Музее Императора Александра III. Целое росписи тогда так представлялось художнику: в полутёмной комнате, по стенам мягкого, глубоко-вишнёвого, золотистого тона, играющего словно старинная драгоценная ткань, вспыхивают золотистые, дрожащие облики... В Ницце более или менее и осуществилась эта мечта - в круглой комнате, с двумя окнами, на дымчато-янтарном поле предстают писанные темновато-золотистым тоном фигуры. Очень показательно для Рериха и всё содержание росписи - только он мог облечь в такую форму декоративное убранство покоя, посвящённого отдохновению от дел житейских и возвышению в иные страны.

Кроме этих капитальных произведений, художником создано ещё несколько единичных работ в этом же роде, интересно дополняющих и уясняющих болышие росписи: так в 1907 г. написан в дымно-огненных тонах 'Илья Пророк *)', в 1908 г - золотистый 'Св. Георгий Победоносец', в 1909 г. -'Пантакратор' (на золотом фоне фигура Благословляющего, выдержанная в тонах византийских эмалей) и 'Спас' в окружении огненных ангелов (картон для мозаики над входом в Талашкинскую церковь), в 1910 г.-'Князья Святые' (картон - синее и жёлтое - для надвратной мозаики в Почаевской Лавре), въ 1911 г. - 'Сошествие во Ад', в 1913 г. - четыре эскиза росписи часовни в Пскове (близкие по стилю к канонам русской иконописи XVII века) и эскиз мозаики орнаментальнаго характера для памятника А. И. Куинджи на Смоленском кладбище.
 
  
 

________________
По своей живописной идее эта работа является промежуточным звеном между 'Заклятием огня' и 'Небесным боем'.
_______________________________________

Образцом светской чисто декоративной живописи художника может послужить громадный*) 'Богатырский фриз' 1909 г. для столовой в доме Ф. Г. Баженова в Петрограде, состоящий из 7 частей: "Вольга", "Микула", "Илья Муромец", "Соловей разбойник", "Садко", "Баян" и "Витязь". Живопись его, силуэтная, широкая, чего требует само помещение, построена на сочетании полных тонов - так в 'Вольге' господствуют синий и жёлтый (являющиеся, вообще, лейтмотивом всего фриза), в 'Садко' главной темой звучит тоже синий, цвет воды и неба и т. д. К самому последнему времени (1915 - 1916 гг.) относится другое произведение Рериха, близкое по своему характеру к 'Богатырскому фризу' - два грандиозных панно для Казанского вокзала в Москве: 'Сеча при Керженце' и 'Покорение Казани'.
__________________________________________
*) Размеры панно 'Садко' 9 арш. на 3 1/2 арш., 'Микула' и 'Вольга' по 7 арш. и т.п.
__________________

* * * *
Переходя теперь к исключительно-формальным исканиям, преследуемым мастером в эти годы, должно, прежде всего, указать на то обстоятельство, что мы не найдём в структуре его композиции и палитры определённой, раз принятой и затем уже разрабатываемой и варьируемой манеры, - манера Рериха часто меняется, богатство живописных идей не позволяет ему останавливаться на одном и заставляет в каждой новой работе идти к новым берегам, затрагивать новые созвучия, но, вместе с тем, он, как истинный мастер, всегда остаётся самим собой и его всегда можно узнать сразу среди самых разнообразных явлений современной русской живописи.

Художник пишет и внимательно, 'втёрто', как то можно видеть в первой сюите 'Князя Игоря' и 'Небесном бое', и бурными, широкими и вольными мазками -'Князь Игорь' (вторая редакция); то он трезвый натуралист - 'Задумывают одежду', то истинный фантаст - 'Пер Гюнт'. Иногда в его картинах звучит фресковая ясность и прохлада - 'Поморяне', или сложность и искушённость древних письмен - религиозные композиции.

Столь же разнообразны и чисто-красочный одежды творений мастера *).
_____________________
*) Интересно отметить тут, кроме богатых возможностей любимых мастером темперы и пастели, ещё те цветные холсты, на которых нередко он пишет - в 1906 г. Рерих увидел в Лондонском музее неоконченную картину Микель-Анжело, писанную сиеной на зелёном холсте, вследcтвиe чего она и ныне играет прелестными золотистыми колерами. в то время как сиена на белом холсте вызывает только обыкновенный рыжий тон; это открыло мастеру важность для живописи цветных холстов, которые всегда дают 'верное, музыкально-тональное общее задание'.
______________________________________

Часто он разрабатывает свежую, чуть грустную северную rapмонию тускло-голубого, зелёного и серебристого - 'Ункрада', 'Небесный бой', 'Человечьи праотцы'. От неё он неожиданно обращается к роскоши лиловых, алых, сапфирных и золотых тонов в композиции 'Царицы Небесной на берегу Реки Жизни' и эскизе 'Фуенте Овехуна'. Иногда он всю картину подчиняет какому-нибудь одному цвету - так 'душный', 'червонный' воздух окутывает темперу 1909 г. 'Дары' и утренними, прозрачными, золотисто-зелёными светами сияет пастель 1910 г. 'Каменный век'. Новые задачи ставит себе художник в работах 1912 - 1913 гг. Он берёт два, иногда три определённых и 'сильных' красочных 'потока' и дерзко, иногда парадоксально, сопоставляет их - так в 'Мече мужества' 1912 г. сине-зелёной громаде холма и замка на нём противопоставлена фигура ангела с мечом в красном, словно пылающем одеянии; 'Сеча при Керженце' 1913 г. развёртывается под алым небом, на ярких зелёных холмах, среди которых 'пылает' красное озеро; в 'Крике 3мия' 1913 г. пламенно-синие горы вонзаются в глубокие, горячо-жёлтые небеса, внизу извивается алый змий. На соотношении таких же полных тонов построены и эскизы к 'Принцессе Малэн' и 'Сестре Беатрисе', где синие, лиловые и голубые тона образуют гармонии неожиданные и звучные.

* * * *
Вместе с расцветом художнического дарования к мастеру приходит и прекрасная, легкокрылая гостья - Слава, о которой уже давно предсказывало имя его древнего рода.

Он становится одним из любимейших и известнейших художников России, в чужих землях его имя тоже хорошо знакомо.

Офицальный Парнас дарит его своим признанием - в 1909 г. он избирается академиком Императорской Академии Художеств, членом Реймской Академии, членом Салона и почётным членом Венского Сецессиона (в 1914 г. Рерих отказался от этого звания). Картины его приобретаются Третьяковской галереей, Русским Музеем Императора Александра III, Академией Художеств в 1915 г. ('Крик змия'), Люксембургским Музеем в 1909 г. ('Человек со скребком' 1905 г.), Лувром ('Синяя роспись' 1906 года, с выставки 'Общества Св. Иоанна' 1911 г.), Римским Национальным Музеем в 1910 г. ('Ростов Великий' 1909 г.).

Выставки произведений художника устраиваются в Венеции (1906, 1908, 1914 гг.), Париже (1907, 1908, 1909 гг.), Лондоне (1909, 1912 гг.), Брюсселе (1910 г.), Риме (1911, 1914 гг.), Мальмэ (1914 г.); в России большими сюитами его работ можно было любоваться в 'Салоне' 1909 г., 'Союзе русских художников' 1910 г., 'Мир искусстве' 1911, 1913 и 1915 гг.

Деятельное участие принимает Рерих и в нашей общественно-художественной жизни. Так, кроме непрерывного и ближайшего касательства его к делам И. О. П. X., в 1908 г. он избирается членом Правления Общества Архитекторов-Художников, в 1909 г. - членом Совета 'Общества защиты и сохранения в России памятников искусства и старины' и Председателем 'Коммиссии Музея до-Петровского искусства и быта' при Обществе Архитекторов-Художников*), в 1910 г. - Председателем общества 'Мир Искусства', в 1914 г. - Почётным Председателем Совета Женских Курсов Высших Архитектурных Знаний, в 1915 г.
Председателем 'Комиссии художественных мастерских для увечных и раненых воинов'. Постоянным вниманием и помощью художника может также гордиться и Комиссия Художественных Изданий при 'Общине Св. Евгении Красного Креста'.
_________________________
*) Благодаря энергии своего Председателя Комиссии удалось произвести летом 1910 г. замечательные по своим открытиям раскопки в Новгородском кремле.
С ними художник хорошо познакомился во время своих летних путешествий в Париже 1908 г., по Рейну, Голландии и в Лондон 1909 г., по Рейну и Голландии 1911 г.
_____________________________________

Но уже с 1909 года, освобождая время для новых живописных исканий, Рерих начинает понемногу отходить от общественной работы - так в 1909 г. он покидает Правление Общества Архитекторов-Художников, в 1911 г. слагает с себя звание председателя 'Комиссии Музея до-Петровского искусства и быта', а в 1913 г. председательство 'Мир Искусства'.

Должно также отметить, что в 1909 г. художник кладёт основание своему собранию старинной живописи, 'открывшейся' ему в 1905 - 1906 гг. Основным устремлением коллекции являются работы Нидерландской, Голландской и Фламандской школ. В настоящее время 'собрание Рериха' занимает одно из первых мест среди аналогичных по теме частных русских галерей; в состав его входят отличные картины мастеров XVI и XVII вв. - Г. в.-д. Блеса, Клеве, Остзанена, Спрангера, Ломбарда, П. Бриля, Винкбонса, Схореля, Алслота, I. и А. Гримеров, Говартса, Орлей, Кёнинга, К. в. д. Мандера, Д. Тенирса. Л. в. Удена, Валкенборха, И. Момпера, А. Броувера, А. в. д. Венне, Я. и П. Брейгелей, П. Неффса, Я. Вранкса, А. Виллартса, А. Блумарта, Дрохслота, Гонтгорста, Яна Ливенса, Брекеленкама, Э. в. д. Вельде, Саверея, Босхарта, Мириса, Брамера, Аарта-ван-дер Неера, Бредаля, Аста, Хеда, Бреенберга, Кранаха, П. Паламедеса, Кваста, И. Викторса и др.

Самый подбор полотен, полных свежести и всеобщего выражения, говорит, что и здесь художника не оставило всегда его воодушевляющее чувство жизни, чувство живого отношения ко всем явлениям искусства. При каждом новом npиoбpетении Рерих руководствуется прежде всего живописной красотой картины, яркостью её 'художественного горения', и поэтому-то его собрание так пленяет своей 'живописной чистотой'.

*****

В самые последние годы (1914, 1915 и 1916) творчество художника ознаменовано новыми исканиями, новыми стремлениями... К этому времени он достигает полной зрелости, полного развития своих сил, за ним уже 25 лет интенсивной работы, но, по-прежнему, его увлекают ещё незнакомые пути.

Искания философские тревожат дух мастера, он углубляется в себя, душа ведёт его всё выше и выше, всё таинственней и таинственней её прозрения. Он обращается к самодовлеющим большим полотнам, задания театральные отныне далеки его... Ему предстают видения грозные и неведомые доселе:
Просыпается змий: Начало этого цикла картин мы видим ещё в 1912 г.:
 
  
 

тогда написаны 'Меч мужества - пламенный страж приносит меч мужества, к твердыням вознёсшегося на горе замка, у врат коего спят нерадивые стражи,
 
  
 

и 'Ангел последний', непреклонно стоящий среди клубящихся огненных облаков, над землёй пылающей последним пламенем -

': И пролетит над землёю
Ангел конца,
Грозный, прегрозный!
Красный, прекрасный!
Ангел последний'.

Так грезилось художнику ещё в 1912 г.
 
  
 

Мотив битвы, обречённости и гибели с этих пор звучит в творении мастера - в 'Коронах' 1914 г. (картине удивительной по прозрачной гамме густых бирюзово-лиловых тонов), где клянутся на мечах три короля, а над ними розовеют облачные лёгкие короны, и в одновременных им 'Граде обречённом', 'Зареве' и 'Делах человеческих', отданных одной и той же теме 'Града',
 
  
 

сначала окружённого великим змием, затем пронизанного кровавым клубящимся заревом и, наконец, лежащего во прахе...
 
  
 

Рушится 'Град', 'чтобы новая радость возникла'...

Другая волнующаяся художника тема, это - вечно-прекрасная, вечно-светлая тайна неба: К ней художник подошёл уже давно - вспомним только 'Небесный бой', 'Звёздные руны', 'Облако' и один из эскизов к 'Весне Священной' (чудесный гимн весеннему небу). Ныне же эта тема углубляется и одухотворяется. Мастер всё вдохновеннее вглядывается в нетленную красу небесных созвездий, всё крепче хочет связать её с тайной земли, всё убеждённее ищет родственных нитей между миpoм 'этим' и 'тем':
 
  
 

Так жёлто-красным, бурным облакам в 'Стрелы неба - копья земли' 1915 г. внизу ответствуют словно полные пламени холмы, между которыми в ущелье движется рать - видны только устремлённые ввысь копья и знамёна.
 
  
 

В 'Мехески-лунный народ' 1915 г. мастер повествует о племени почитавшем луну как свою родину, и здесь, на земле, в час лунного владычества поклонявшемся её серебристому свету:
 
  
 

В 'Знамении' 1915 г. древний в священном трепете взирает с зелёной земли в бескрайнюю высоту радужного весеннего неба*).
_________________________________
*) Ещё в 1912 г. написана картина 'Слушай веления неба' - белая ночь, в облаках виден Великий Лик, на холме малый человек. Тут же следует вспомнить карт. 1901 г. 'Рассказ о Боге' - сидящий на камне старец указывает мальчику на величавую картину расстилающейся кругом природы.
_________________________________________

Ответвление той же идеи мы находим в 'Доме духа' 1916 г., где так значительно и таинственно покоится тёмный великий камень у зелёных утренних вод, под нежно-розовеющим небом.

Рядом с работами этого круга в творчестве художника идут полотна, воспевающие ту радость земли, тот пантеизм, что и раньше столь прекрасно звучали в его творении. Но и эти 'чувства' получают ныне особенно углублённый и возвышенный характер. В природе, в спокойствии вод, в мирном беге облаков, в шелесте лесов и полей художник особенно узнаёт отныне Вышнюю Волю, управляющую всеми движениями земного царства, всей сменой его явлений.

Этим 'светом' полны две прекрасные картины 1914 г.: 'Прокопий Праведный благословляет неведомых плывущих' и 'Прокопий Праведный отводит каменную тучу от Устюга Великого'. Ещё ярче эти переживания проявились в большом полотне 1916 г.: 'Три радости', в котором художник вспоминает народное предание о счастливом хозяине', у которого Святой Егорий коней пасёт, Святой Никола коров пасёт, а Святой Илья рожь зажинает. Вдохновлённый этой святой легендой мастер создаёт целую поэму летнего 'золотого' деревенского благоденствия, полевого праведного труда, - за крестьянским просторным, двором расстилаются нивы и луга, освящённые присутствием Небесных Помощников, благостно пылает 'доброе' солнце, мирно пасутся обильные стада, 'богато' стелется рожь: По своему настроению к этим полотнам близки две другие картины 1916 г.: 'Св. Никола', вышедший в сияющий летний день из храма посмотреть всё ли 'хорошо' на земле, и 'Св. Пантелей-Целитель', весенним утром собирающей целебные
 
  
 

Н.К. Рерих. Ковёр-самолёт. 1916.

Магией волшебства земного вызваны такие работы 1916 г., как 'Ковёр-Самолёт', играющий словно тёмный 'густой' cапфир, 'Ведунья', 'Лесовики', холст примечательный своей лёгкой и тонкой структурой, своими лиловыми и коричневыми колерами, и жуткие 'Тени'.

О новом восхождении духа мастера говорит большой эскиз декоративного панно 'Мудрость Ману' 1916 г. - оно как бы указывает путь к великим тайнам и силам Индии:

В ряде 'широких' пейзажей 1915 г. - 'Облака', 'Холмы', 'Равнина', 'Мхи', и 1916 г. - 'Чёрный берег', 'Отдых охотника', 'Зов', 'Поля', 'Холмы', 'Озеро', Рерих затрагивает тему родной, северной, спокойной изначальной тишиной земли. Близость к её 'душевной', молчаливой тайне изменяет даже самую манеру художника - в последние годы он особливо любит строить композицию линиями и формами намеренно скромными, 'тихими' и 'просторными':

Краски мастера по старому радуют своим обилием и свoeoбpaзием. Некоторые его картины построены на одном основном, ярко звучащем тоне - таковы огненные 'Стрелы неба -- копья земли', 'Зарево', голубоватый, пронизанный лунным серебром 'Оборотень' 1915 г. волшебно-розовеющая 'Граница царства' 1916 г. (полотно исключительное по гармонии и верности построения), другие радуют богатой звучностью синих, белых, золотисто-коричневых, 'летних' колеров - такова гамма чудесной в своём уверенном ритме картины: 'Волокут волоком' 1915 г.; 'Три радости' облечены в перезвон сияющих золотистых, зелёных, малиновых, алых и лиловых красок. Прекрасная по пышности и свободе своей живописи картина о 'Св. Пантелее Целителе' выдержана во 'влажных' весенних, тёмно-синих, белых и зелёных тонах. Иногда же, наоборот, цвета звучат не 'громкими трубами', а незаметно переходят один в другой, создавая гармонии редкой цельности, как то можно видеть в 'Могиле великана' 1915 г., где тема северного пустынного приволья облечена в чуть слышный перезвон серовато-зеленоватых, голубых, 'прохладных' красок.

Общим же устремлением самых последних работ Рериха является искание наиболее простого, 'широкопланного', крепко спаянного в своей простоте живописного выражения, как бы отвечающего духовному пути мастера, прекрасному в своей чистоте и силе.

Ныне мы видим только первые шаги на этом новом пути, но они так верны и так плодотворны, что нет сомнения в счастливом его завершении, вновь увенчающем творение мастера, всегда твёрдого 'самим собою', верного 'смолоду' своей единой, суровой, волшебной мечте, непреклонно чтущего заветы живописи и сильного волей великих древних поколений, чудесно воплотившейся в современности.

Сергей Эрнст.
Сентябрь 1916 г.

**************************************************************************
 
  
 

БИБЛИОГРАФИЯ

1. С. Д - в (Дягилев). 'Ученическая выставка'. 'Новости' 1897, ? 309.
2. М. Далькевич. 'Весенние выставки. IV'. 'Северный Курьер' 1900, ? 136.
3. В. Стасов. 'Пять Выставок. III'. 'Новости' 1900, т. 79.
4. Ив. Лазаревский-'Николай Константинович Рерих' 'Новый Мир' 1901 г.,
? 66, стр. 328-331.
5. 'Мир Искусства' 1902 г., т. VII, стр. 309-315.
6. Современное Искусство. Каталог выставки картин, этюдов и рисунков Н. К. Рериха. СПБ. 1903 г.
7. А. Ростиславов. 'Картины Рериха'. 'Театр и Искусство' 1903 г., ? 13, стр. 277-278.
8. 'Весы' 1905 г., ? 8 (весь номер украшен рисунками и виньетками работы Н. К. Рериха).
9. Serge Makovsky. 'The spirit of ancient Russia in modern art. (N. Roerich"s pictures)'. London. 1905.
10. Н. Рерих. 'Из прошлой и настоящей жизни русского искусства' (доклад). 'Искусство' 1905 г., ? 4, стр. 48-54; ? 5-7, стр. 143-151.
11. Hubert Cyriak. 'Sen Minulosti'. 'Moderni Revue' 1906, ? 7, стр. 173-177.
12. F. X. Salda. 'N. K. Roerich'. 'Volne Smery' 1906, ? 3.
13. Milos Marten. 'N. K. Roerich'. 'Dilo' 1906 (отдельный номер).
14. С. Маковский. 'Н. К. Рерихъ'. 'Золотое Руно' 1907 г., ? 4, стр. 1-7.
15. А. Ростиславов. 'Индивидуализм Рериха'. Там же, стр. 8-10.
16. Denis Boche. 'Une exposition d"artistes russes a Paris'. 'Art et Decoration'. Paris. Decembre 1907, стр. 179-184.
17. H. Беляшевский. 'Н. К. Рерих'. 'В Mиpе Искусств'. Киев. 1908, ? 2-3, стр. 26-29.
18. Denis Boche. 'Artistes contemporains. Nicolas Roehrich.' 'Gazette des Beaux-Arts.' Paris. Fevrier 1908, стр. 142-151.
19. Александр Бенуа. 'Художественные письма'. 'Рерих на выставке 'Салона'. 'Речь' от 28 января 1909 г.
20. Максимилиан Волошин. 'Архаизм в русской живописи (Рерих, Богаевский и Бакст)'. Аполлон 1909 г., ? 1, стр. 43-53.
21. Александр Бенуа. 'Художественные письма' 'Школа Общества Поощрения Художеств'. 'Речь' отъ 14 мая 1910 г.
22. William Ritter. 'Artisti Contemporanei. Nicolas Roe┐rich'. 'Emporium'. Bergamo. Marzo 1910, стр. 163-178.
22. William Ritter. 'Chronique Slave'. 'L"Art Libre' 1910. Avril, стр. 262-270.
23. William Ritter. 'Nicolas Roerich'. 'L"Art et les artistes'. Paris. Juin 1910, стр. 115-121.
24. Сергей Маковский. 'Страницы художественной критики. Кн. 2. Современные русские художники'. Книгоизд. Пантеон. СПБ. 1911 г., стр. 93-114.
25. А. Мантель. 'Н. Рерих'. Издательство книг по искусству под ред. Н. Н. Андреева. Казань. МСМХП.
26. Н. К. Рерих. Собрание сочинений. Книга первая. Изд. И. Д. Сытина. М. 1914 г.
27. Александр Гидони. 'Творческий путь Рериха'. 'Аполлон' 1915 г., ? 4-5, стр. 1-34.
28. 'Рерих'. Текст: Ю. К. Балтрушайтиса, А. Н. Бенуа, А. I. Гидони, А. М. Ремизова и С. П. Яремича. Художественная редакция: В. Н. Левитского. Десять сказок и притч Н. К. Рериха. Издательство 'Свободное Искусство'. Птг. 1916 г.