Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
СОВРЕМЕННИКИ Н.К. РЕРИХА

БОРИС КОНСТАНТИНОВИЧ РЕРИХ

*******************************************
 
 
  
 

Борис Рерих. Автопортрет. 1903 г.

СОДЕРЖАНИЕ

1900 г.
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рериху Б.К. (7 Октября 1900 г. Берлин.)
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рериху Б.К. [Ноябрь/декабрь 1900 г. Париж]
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рериху Б.К. [Ноябрь 1900 г. Париж]
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рериху Б.К. [Декабрь 1900 г. Париж]

1903 г.
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рериху Б.К. (1 июля 1903 г.)

1906 г.
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рериху Б.К.

1908 г.
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рериху Б.К. [23 июля 1908 г. Bad Neuenahr]

1911 г.
Открытое письмо Н.К. Рериха к Рериху Б.К. (29 августа 1911 г. Москва)

1913 г.
Письмо Б.К. Рериха к Рериху Н.К. (1 июля 1913 г.)
Хроника. (9 октября 1913 г.)

1914 г.
Письмо Б.К. Рериха к Рериху Н.К. (15 июля 1914 г.)
Письмо Б.К. Рериха к Рериху Н.К. и Е.И. (24 июля 1914 г.)

1917 г.
В Обществе поощрения художеств (31 марта 1917 г.)

1927 г.
Телеграмма Б.К. Рериха к Рериху Н.К. (3 января 1927 г. Ленинград)
Письмо Н.К. Рериха к Рериху Б.К. (17 февраля 1927 г.)
Письмо Рериха Б.К. к Рериху Н.К. (17 февраля 1927 г.)

1937 г.
Письмо Н.К. Рериха к Рериху Б.К. (16 июля 1937 г. Кулу)
Письмо Н.К. Рериха к Рериху Б.К. (7 октября 1937 г. Кулу.)

1942 г.
Письмо Н.К. Рериха к Рериху Б.К. (7 сентября 1942 г. Пенджаб)

1943 г.
Письмо Н.К. Рериха к Рериху Б.К. (9 января 1943 г.)
Письмо Н.К. Рериха к Рериху Б.К. (28 марта 1943 г.)
Письмо Н.К. Рериха к Рериху Б.К. (3 июля 1943 г.)

1945 г.
Борис (17 мая 1945 г.)

1947 г.
В Москву (Письмо Н.К. Рериха к Рерих Т.Г.) (28 марта 1947 г.)
******************************************************************************************

1900 г.

7 октября 1900 г. Берлин.
Письмо Н.К. Рериха к Рериху Борису Константиновичу

Berlin 7 Окт. 1900 г.
Continental-Hotel
L.Adion & H. Kicks

Дорогой мой Голубчик Борюшка, пожалуйста, похлопочи о высылке мне вещей и отбери книги, которые я перечисляю в письме к Лиле. Повидай Зарубина - часа в 4-5 он бывает дома (4 Лин. д. 21. кв. 23) - и уговорись об укладке 'Похода'. Лиля мне пишет плохие письма, короткие и казённого содержания - пиши мне пожалуйста получше; забудь что это письмо, а смотри на него как на разговор со мною. Также если у Тебя являются какие-ниб. мысли и думы, то пиши их мне и советуйся со мною. Ты ведь уже большой и потому я говорю с Тобою как с большим. Оправдай эту мою надежду. Пожалуйста, учись получше, чтобы скорее сбросить эту обузу и начать настоящее дело. Смотри, сколько интересного кругом, если Тебе понравится архитектура, - то поедешь за границу и увидишь, какая это важная вещь, не то что у нас, где, что ни дом, то какой-то ящик.

Смотри же пиши мне откровеннее, всё что ни думаешь, я постараюсь понять это и помочь Тебе - в этом ведь родство и состоит. У Тебя есть большие способности, Ты должен это сознавать и потому стараться, чтобы они не пропали даром.

В свободное время можешь рисовать орнаменты с гипса, а показывать их можно Зарубину - он укажет, что и как, я напишу ему. Но только, чтобы уроки не страдали от этого. Надо учиться распределять время - ведь выдающиеся люди умели его хорошо распределять. Не забрасывай и языки, а главное, не делай из всего важного дела - всё должно быть просто и всё делаться с улыбкою. Сильному и способному человеку - всё просто. Видишь, я хочу с Тобою поговорить, может быть, и непривычно для Тебя, но серьёзно; относись и Ты серьёзно к моим письмам, чтобы мне не жалеть, что посмотрел на Тебя как на большого. На охоту много времени не трать, но напр., на лыжах по островам не худо побегать.

Сейчас я был в Зоол. саду здесь; Господи, и народу же там, точно целый город собрался; заграницей живут здоровее и полнее, нежели у нас. Надо бы, чтобы весною мама ко мне пустила.

Ну, целую Тебя крепко-накрепко и жду Твоих хороших писем. Теперь уже в Париже. Поцелуй Володю, пусть он Грызовым и Песецким не очень увлекается - есть что получше этого.

Очень люблю Тебя Н. Р.

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/127, 1 л.
_________________________________


[Ноябрь. 1900 г. Париж]
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рериху Б.К.

Дорогой Боря.
Что же это никто мне из вас не пишет, хоть бы Ты то написал, ведь глаза-то прошли, небось. Это брат свинство. У [меня] идёт день за день работа однообразная и всё время на неё уходит, так что даже не соберусь эти дни в какой музей сходить. Уже третий день у меня какая-то странная сонливость, - ещё только 9 час., а у меня уже глаза слипаются. Лосские это какие-то хранители для меня - просто хорошо у них себя чувствую, - на редкость.
Познакомился со здешним настоятелем - он был ужасно польщён, когда я пришёл к нему в гости. Вчера у Щукина видал Пащенка и он ужасно жалел, что не знал раньше о том что я в Париже.

Напиши мне подробно, что в СПб. Как здоровье мамы? Как ученье Твоё? Отчего Влад. Степ. мне не пишет? Отнёс ли Ты книги Селиванову? Что знакомые? Кто бывает? Что слышно? У Вас, ведь, холодно уже, а здесь ещё тепло, как у нас в Сентябре. Поздравь от меня Василия Александр.
Пиши голубчик, ведь за всё время Ты только два письма прислал.
Всех и маму целую.

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/142, 1 л.
_________________________________


[Ноябрь-декабрь 1900 г. Париж]
Письмо Н.К. Рериха к Рериху Б.К.

Голубчик Борюшка, спасибо за письмо.
Володю тоже благодарю за хорошее и длинное письмо. Поцелуй крепко маму за передник - он пришёл очень кстати, пришлось только укоротить его и сузить обшлага рукавов - а так он очень хорош. Посылаю Тебе ещё рисунок другого угла мастерской.

Из эскизов могу назвать Тебе: 'Святыня', 'Священный Огонь' и 'Чехарда'
(славянск. деревня), и 'Облачные девы', 'Ярило' (восход солнца), и 'Засада' (Скифы), и 'Предательница' (женщина впускает врагов в город ночью), и 'Победители' (татары после битвы при Калке пируют на телах русских князей), 'Гнёзда' (из монастырской жизни), 'Сборы' (красят ладьи перед походом), и 'Заповедные хороводы' (славянские девушки ранним утром на свящ. холме ), 'Трубный звук' (передача красками грохочущих трубных фанфаров), 'Охота', 'Мёртвый царь' (Скифы носят мёртвого царя по городам его).

Есть и ещё эскизы, но на первый раз довольно. Никому, пожалуйста, этих тем не рассказывай (только маме можно).

Удивляюсь, почему Фролов не передал путеводителей, у него их два или 3 (если не 4). Их вместе, лежавшими на моём шкафу, надо отнести Селиванову (Шпалерная, 26), а те, на которых написано Гинзбург - Гинзбургу в Академию (мастерская в нижнем этаже, первая от ворот, против Соловьёва сада). Фрак дошёл хорошо, взяли за него 5 франков.

Последние дни как то нездоровилось мне, болела голова и кашель был - видно, простудился, но теперь лучше, хотя ещё не совсем. Вчера был здесь первый мороз - градуса 2-3.

Пиши мне чаще, как и что у Вас. Смотри не забудь маму-то хорошенько поцеловать - она ведь добрая; хоть Лиля у нас что-то пугливая, да сердитая - уж такой у нас механизм. И Володя пускай пишет. Лосские обо мне очень заботятся. Об Еф. Ив. ни слуху, ни духу.

Пускай Фролов мне напишет, по какому адресу писать ему.
Если придёт тётя Юля, то не забудь попросить её достать из Риги наш герб (просто сургучный оттиск, но отчётливый); мне, кажется, удастся здесь узнать некоторые подробности, ибо герб, кажется, IX или X века.

Отдел рукописей ГТГ ф. 44/140, 3 л.
________________________________


(Декабрь 1900 г. Париж)
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рериху Б.К.

Поздравляю с Рождеством

Суббота
Дорогой мой Борюшка.
Огромное спасибо Тебе за Твое хорошее письмо, - читал его с удовольствием, тем более что здоровье Твоё и мамино настраивается. Здесь был Позднеев (из Пекина), с ним я послал маме и Лиле (сердитой) по брошке. Маме чёрная, Лиле серая; их передаст Вера Конст. Голстунская. Карточку и я думал послать Вам, и один любитель уже снимал меня, но не вышло, а заказать тут здорово дорого - так дюжина кабин. карт. 100 фр. Правда не дорого стоит чёрная брошка? - всего 18 фр. Неужели Влад. Степ. писал мне? - я ничего не получил. Поклонись ему; скажи на днях напишу. Работаю я много, так что на днях должен был устроить передышку и дня три толкался по городу, а то голова даже начала болеть. И рисую, и пишу, и сочиняю и большие вещи и малые.

Напрасно Лиля беспокоится о полемике: - полемика эта меня вовсе не трогает, тем более, что письмо Дягилева неумное. Поклонись Лоренцу; рисуй у него это хорошо. Но не приучайся затачивать рисунки тушёвкой; главное смотри за верностью контура и постановки. Когда наберётся несколько рисунков, покажи их Зарубину, он скажет что нужно. Посылаю Тебе рисуночек одного угла мастерской; другой раз пошлю, ещё другой угол. Она у меня немного косоугольная, так это острый угол.

Поцелуй всех, а маму покрепче. Лиле скажи, что на сердитых воду возят, и пиши мне Голубчик почаще. Как ученье? Какова цензура? Бывают ли Бергман и Заболотский? Что слышно по поводу писем моего и Дягилевского.

Н.Р.
Здесь погода прекрасная, тёплая и солнечная.

Отдел рукописей ГТГ, 44/141, 2 л.
_____________________________

**************************************************


1903 г.

1 июля 1903 г. Ростов-на Дону.
Письмо Н.К. Рериха к Рериху Б.К.

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО

Петербург.
Васильевский Остров, 16 линия, дом ? 15
Борису Константиновичу Рерих
____________________________

1 Июля
Дорогой Боря
Пишу из Ростова. Здесь прекрасно, - красиво и древностей много. Вчера получил Твоё письмо. Можешь теперь писать Москва, Кокоревское Подворье, а затем - Смоленск до востреб[ования]. Пробудем в Ростове с неделю. В Москве дня 3, в Смоленске неделю. Материала много.
Из Москвы вышлем плёнки. Проявляй их, пожалуйста. Но купи за наш счёт
большую ванну - нельзя ли проявлять дюжинами, а то иногда передвигались ? не точно и по одиночке, как бы не перерезать.
Поцелуй маму, очень рады, что она себя хорошо чувствует. Что наши путешественники. Как Твоя работа.
Твой Н. Р.

Отдел рукописей ГТГ, 44/128, 1л.
На почтовой открытке штемпели: 1. YII. 1903 г. - Ростов-на Дону.
03. YII. 1903 г. - Петербург.
____________________________________________________________


[1906 г.]

ПИСЬМО Н.К. Рериха к Б. К. Рериху.

Дорогой Боря.
Очень рад, что Ты рисуешь натурщика; старайся рисовать как можно проще, плавной точной линией без лишних деталей. Напрасно Ты не вслушался в 'Валькирию' - это высокохудожественная опера, специально написанная для сцены. Например, помнишь скачки у Валькирий - какая это могучая картина, сколько в ней прозрачности и силы! Учись понимать картинность в музыке.

Чучело у меня - песца, купленное в Сибирском отделе <...>, ещё купил 2 шкуры оленьих и 2 пары рогов с черепами (оленя и тура).
Шкуры (превосходные ковры) стоят всего по 4 руб. и песец тоже самое, а ведь одна шкура его как дорога! Посылаю несколько карточек, ответь ими приславшим, между прочим, пошли Веселовскому и Войтову (по две) - адреса в адресн. книге.

Пособери статьи о Дягилевской выставке и пришли мне. Не сердитесь с Володей, что Вам ничего не прислал - совестно было затруднять Позднеева большою посылкою. Пиши, как мамино здоровье. Поклон Вас. Алек. Влад. Степ. и Лоренцу.

Поищи Боря былину мою об Академии; если найдёшь, то пришли хоть бандеролью.

[1906 г.]
Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/139, 1 л.
__________________________________


1908 г.

[23 июля с.с. 1908 г. Bad Neuenahr]
ПИСЬМО Н.К. Рериха к Рериху Борису Константиновичу

Дорогой Боря,
О Лондоне я расскажу Тебе лучше на словах. Было всё ничего себе, но англичане, кажется, вообще самая далёкая от искусства нация. Очень рад, что видел Лондон и от него отделался. Что же Ты раньше не сказал, какую сумму ассигнуешь на снимки и книги. Я везу Тебе в подарок одну книгу, но если Ты хочешь - то мог бы привезти и больше. Теперь делаю эскизы в Neuenahr'e, думаю, в общем, их сделаю все семь.

Здесь отменно скучно. Три раза в день пью воду. Через день делаю грязевые ванны. Вот и всё, и так 3-4 недели. За неделю сбавился на 1 1/4 ф. <...> видимо-невидимо.

Будь добр, Боря, выслать от 1 Августа получку в Бологое, так как в СПб. заезжать не буду - проеду прямо Псков-Бологое. Боюсь, что в СПб. задержат. Никому не говори, что я уже вернусь в Россию - буду значиться две недели ещё заграницею.

Местность дост[аточно] слащавая, и надоедают эти курганные горы.
Пиши кто и где, и почему. Поцелуй Маму, Володю и Лилю. Здесь пробуду ещё
две недели.

Твой
Н. Рерих
2 <...>. Июля с/с 908

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/131, 1 л.
_______________________________


1911 г.

29 августа 1911 г.
Открытое письмо Н.К. Рериха к Б.К. Рериху

Петербург. Вас. Остр. 16 линия, д. ? 15
Евб Б. К. Рериху
___________________
На штемпеле дата: 29. VIII/ 1911 г.

Дорогой Боря,
4-го Сент. утром будем в СПб. Я из Москвы, а мои - по Царскосельской из Смоленска. Встреть их с утренним поездом.
Сделали ли линолеум в ванной? Удалось ли Тебе купить его недорого? Щека теперь лучше. У нас вылетел шкворень из экипажа. ,<....> очень поправилась. Помоги Ардаматскому с домом Тенишевского Училища. До свидания
Твой НР

Пусть Пётр починит винт на моём белом мольберте. Дал ему записку Тебе. Тырсу я выгнал раньше срока - он прохвост.

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/138, 1 л.
_______________________________


1913 г.

1 июля 1913 г.
Письмо Рериха Б.К. к Рериху Н.К.

1-го Jюля 1913 г.
Дорогой Коля.
Согласен с Тобою, вести здесь плохие и очень. Ек[атерину. Вас[ильевну] перевезли на дачу. Я согласен, что дети здесь не у места. Но оказалось, что они не совсем понимают тяжесть положения и это их спасение - они слишком ещё легко на всё смотрят, да и пока лето и хорошая погода многие неприятности легко устранимы.

Что будет дальше - сказать трудно, но эта мера (перевоза на дачу) не решает вопроса о дальнейшем. О пользе её тоже сказать трудно. Вообще говорить что-либо сейчас нельзя - покажет время, хотя я всё время не был сторонником такого решения.

Теперь о деньгах. Ознакомившись с Твоими расчётами, я нашёл, что слишком трудно сейчас (при переходном состоянии биржи) что-либо комбинировать и переносить из одного банка в другой, и потому просто предложил до Твоего приезда воспользоваться, что было у меня, и дал Елене Иван. 1000 рублей, дабы избавить от лишних разговоров с жидками. А Ты приедешь и разберёшь тогда всё по порядку. Т.к. <:> обеспечение вещь крайне растяжимая при данном падении. Сейчас биржа резко идёт на улучшение и есть надежда на устройство всех дел.

Три дня я провёл в Павловском и всё же положения Ек. Вас. не понял. Угадать очень трудно, что это такое. Одним словом, лечись и поправляйся, а там разберёшься во всём. Особенно волноваться сейчас не стоит, всё также.

Дыши больше воздухом, а то здесь его нет совсем.
Зарубину рассказа,л очевидно, Белый. Ремонт в Демидовом кончаем, а на Мойке начинаем.
Целую Твой Борис.

ОР ГТГ, ф. 44/1198, 2л.
_____________________


9 октября 1913 г. СПб.
Борис Константинович Рерих в Школе ИОПХ.

УЧЕБНЫЕ ДЕЛА

Педагогический совет классов Императорского Общества поощрения художеств поручил заведование первым рисовальным классом по женскому отделению молодому архитектору Б. К. Рериху, по мужскому отделению - пейзажисту В. Н. Федоровичу. По классу перспективы, вместо недавно скончавшегося проф. П. Е. Мясоедова, приглашён заведующий Императорским Сельскохозяйственным музеем художник В. А. Воротилов. Лекции истории русского искусства поручены художнику Милееву и ведение этюдного класса - художнику Вахрамееву.

Биржевые ведомости. 1913. 9/22 октября. Утренний выпуск. ? 13793. С. 3.
________________________________________________________________


**********************************************************

1914 г.

15 июля 1914 г.
Письмо Б.К. Рериха к Рериху Н.К.

Милый Коля
С делами войны весьма плохо - говорят сегодня опять всё свалилось.
Был у Зарубина. Он приветствует и кланяется. Заказали 200 экз. прав. Школы. Узнал у Сталя - рекомендует Тебе письмом. Почему-то от Министерства Торговли и Промышленности получено на 2315 руб. более чем в прошлом. Напиши Зарубину для чего это и почему.

<Бутковской> нет в городе - за границей. Сегодня увижусь с её заместителем и переговорю с ним.

Звонил Руманову, конечно он советует обождать и в панику не продавать.
Видел Долинского. Он делал крышу и штукатурку под роспись и больше ничего. Очевидно тут дело тёмное.

Скажи княжнам, что Долинский приедет или воскресенье или понедельник осмотреть церковь. Я писать им от себя не буду. Долинский говорит, что работал в <:аршове> подобные работы, но я этому не верю. Одним словом, посмотрим что будет и пускай делают, как хотят. Во всяком случае, давать такую работу Долинскому без контроля нельзя, да он и сам, кажется, не очень хочет её брать.

Доехал я прекрасно - всю дорогу дождь шёл. Пассажиров было 5 человек всего - все боятся.

Целую всех и благодарю. Передай всем остальным соответственные приветствия и в Талашкино также.
Твой Борис.

15 Июля 1914 г.

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/1199, 2 л.
_______________________________


24 июля 1914 г.
Письмо Рериха Б.К. к Рериху Н.К. (24 июля 1914 г.)

Дорогой Коля и Елена Ивановна.
Уж очень вы обеспокоились! Дело в том, что сейчас ничего делать банки не будут и весь вопрос, как в будущем урегулировать свои отношения к банкам - вот это вопрос. Т.к. весьма возможно, что после открытия операций начнутся, в виду обнищания наличности, продажи %% бумаг. Но
тут нужно иметь ввиду и внешние обстоятельства, т.е. что при помощи англичанина немцам изрядно накостыляют <выю >, да так и следует, потому зарвались чрезмерно и, следовательно, унылого настроения вряд ли нужно ожидать.

Сейчас большая битва у немцев с бельгийцами под Льежем. Ну вот! если будет, то напишу. Относительно денег можно только предполагать. Главное это то, что бумаги сейчас ничего не Стоят и Счастлив тот, кто имеет <налики>.

Целую крепко всех. Если немцы и придут в Питер, то голландцев отправлять никуда нельзя, т.к. и для пассажиров места нет. Но, я думаю, что ничего подобного быть не может. Поклон Талашкину.

Целую Борис
24 Jюля 1914.

А посольство немцев вконец разнесли, присутствовал и я. Зрелище 16-го века - всё освещено и под страшный вой <> летят вещи из окоп с грохотом.

Отдел рукописей ГТГ, ф. 44/1200, 2л.
***********************************************************


1917 г.

31 марта 1917 г. Петроград.
В Императорском Обществе поощрения художеств.

ХУДОЖЕСТВЕННЫЕ ВЕСТИ
В экстренном общем собрании Общества поощрения художеств выработано обращение к Временному Правительству. Решено переименовать Общество во Всероссийское Общество поощрения художеств. Избраны в действительные члены кн. В.Н. Аргутинский-Долгоруков и гр. П.Н. Игнатьев; избран комитет в составе вице-председателя А.Е. Лагорио, секртаря И.М. Степанова, казначея Е.Н. Фену, директора школы Н.К. Рериха, директора музея С.П. Яремича, членов С.И. Шидловского, Е.Н. Волкова, В.А. Щавинского, П.П. Гнедича, В.Д. Дурдина, бар. Н.А. Типольта, В.А. Галецкого и кандидатов в члены Б.К. РЕРИХА, А.В. Руманова и Н.П. Химоны.

Закрылась выставка 'Мир искусства'. Посетителей было около 9000 человек. Продано приблизительно на 10 000 рублей. Проданы преимущественно произведения Рериха, Григорьева, Чехонина, Добужинского, Билибина, Кустодиева и Остроумовой-Лебедевой.

Речь. 1917. 31 марта / 13 апреля ? 76. С. 5.
________________________________________


1927 г.

3 января 1927 г. Ленинград
Телеграмма Б.К. Рериха к Н.К. Рериху.

Урга, полпреду СССР / для Рериха из Ленинграда

Месячное жалование Рябинина около двухсот рублей, которые ему необходимо оставлять здесь [в] продолжении всей поездки.
Адрес: Чернышев переулок 22.
Сидоров запрашивает число иллюстраций, экземпляров, срок, форму издания. Предлагает четыре листа, пятнадцать репродукций, студия налаживается. Имеет ли экспедиция к ней отношение. Умоляю предоставить возможность ехать вместе [с] женой. Она сможет быть полезной. Оставить чрезвычайно трудно. Статьи высылаю. Возможно ли предварительное свидание [с] тобой.

Архив Музея Рериха в Нью-Йорке.
_____________________________


17 февраля 1927 г.
Письмо Н.К. Рериха к Рериху Б.К.

Сообщи Рябинину идём половину пути моторами коротким путём. Если хлопотно получение виз и поручения, помоги ему визе. О визе уже сообщено Университету. Если ему самому хлопотно, помоги. Из поручений: пусть возьмёт лекарства, палатку, три складных кровати. Советуем Необходимо приехать сюда скорей. <:>. Здесь наберётся сил.
Нам необходимо знать твёрдые растения. Телеграфируй. Друзья очень
ждут визы.

Архив Музея Рериха в Нью-Йорке.
_____________________________


17 февраля 1927 г.
Письмо Б.К. Рериха к Н.К. Рериху.

Урга. Полпреду СССР.
Для Рериха. Из Ленинграда.

Рябинин окончательно согласился. Препятствий много. Устраняются.
Работаю [с] Москвой. Возможно ускорение. Телеграфируй крайний срок нашей встречи.

Архив Музея Рериха в Нью-Йорке.
______________________________

1937 г.

16 июля 1937 г. Наггар. Кулу.
Письмо Н.К. Рериха к Рериху Б.К.

Naggar.Kulu. Penjab. Br. India
16-июль-37

Дорогой Боря,
Большая была для нас всех радость получить Твоё письмо от 24-го Мая, которое дошло к нам вчера. Теперь можно будет сноситься прямее и думаем, что воздушная почта сделает оборот не таким долгим. Конечно, все письма должны быть непременно заказные.

Порадовались мы сведениями о Твоих архитектурных работах. Большое счастье, когда можно приложить свой опыт и знание в любимой области. Посылаемых Тобою проектов мы ещё не получили, ибо они идут пароходной почтой. Как интересно будет ознакомиться с таким грандиознейшим проектом во славу науки. Про эту идею Горького мы слышали и весьма ценим её. Кстати, не дошла ли до Тебя моя статья о Горьком, которая была очень оценена в здешней прессе.

Хотелось бы послать Тебе статьи о Горьком, о Толстом, о Пушкине, о Мастерской Куинджи, о Юоне, и Петрове-Водкине и многое другое художественного и научного интереса. Научи, как лучше всё это переслать Тебе. Вполне понимаем Твоё желание переехать в М. на место Твоих работ. При огромном размахе созидаемых научных учреждений естественно, что строители должны быть как можно ближе. А вот бы фрески Гималайские. Так хотелось бы помочь посильно прекрасному делу. Вообще, что Ты и друзья об этом думают.

Видаешь ли Ты А.В. Щусева. Недавно он получил моё письмо, в чём мы имеем его расписку. Мне бы хотелось, чтобы Ты переговорил о содержании моего письма, ибо оно направлено на пользу художников русских. Вообще, сообщите всё, что можно сделать полезного, ибо все мы как всегда готовы приложить наши художественные и научные познания во славу искусства и Родины. В Париж мы сейчас не собирались ехать, к тому же вы все завалены постоянною работою - каждый в своей области.

Е.И. (она так радовалась Твоему письму) не может похвалиться своим здоровьем, а переезд по Красному морю для неё был бы невозможным. Несмотря на сердечные боли и непорядки в кровообращении и давлении крови, Е.И. всё время работает. Пишет, занята ценнейшими переводами и записями - прямо можно поражаться с какой неустанной энергией она творит пользу и добро. Юрий закончил огромный, с тысячами новых слов Тибетский словарь - вот бы Акад. Наук издать его. Ведь теперь Юрий знает о востоковедении столько нового и нужнейшего которое многим другим учёным, не бывшим на местах, недоступно. Иностранцы считают его лучшим знатоком Тиб[етского] яз. а местные учёные ламы прямо поражаются его сведениям. В настоящее время Юрий пишет Историю Средней Азии - вот тоже неоценимый матерый для Ак. Наук. Вообще познания и способности Юрия должны бы быть широко применены
.
Святослав выработался в замечательнейшего художника - главная его сила в портрете - в лице человеческом. Самое время и ему примениться в разных художественных выявлениях. Ведь портрет в таком художественном исполнении всюду нужен. Также Святослав работает над Гималайскими медицинскими растениями, ибо здешние места, как Ты знаешь, издавна используются известностью своих лечебных трав. Кроме лечебных трав Святослав интересуется и полезными злаками и обменивается этими данными с некоторыми Институтами Растениеводства. Может быть, Ты с этим уже и встретился. Применить бы эти назревшие дарования на пользу народную. Что Тебе по этому думается.

Мои картины множатся. Открылось несколько новых центров. Очень трогательно, что узнав о сорокалетнем моём юбилее (окончания Академии Худ.) здесь придают этому сроку значение целого события. К тому же с этим совпадает и полвека моих публичных выступлений в журналах и археологии. Помнишь как рано ещё в середине гимназии делались эти самостоятельные попытки. Святослав написал несколько отличных моих портретов. У него была мысль послать один из них для Музея или в М. или там где Ты живёшь. Конечно, такое обстоятельство могло бы быть выполнено лишь по совету с лицами прилежащими. К этому же осеннему сроку наше общество в Риге издаёт новую монографию. Жаль, что в Ам[ерике] куда-то пропала прекрасная статья Бабенчикова. Е.И. и все мы очень её любили. Будут выдержки к из Голлерб. и Кузм. - каково теперешнее их настроение. Дошла ли до А.В. моя книга "Нерушимое" Там имеются статьи "Оборона Родины", "По лицу Земли", "Горький" и другие, которые Тебе бы были интересны. Очень рад, что Ты видал И.Я.В. - всегда сохраняю о нём лучшую память. Вот бы опять всем вместе во славу искусства.
Ведь теперь нам уже не так долго остаётся для выявления опытности и знания. Спрашивается, для кого же мы собирали Лигу Культуры, ведь не для себя, но для молодых поколений, которым на их трудовом пути пригодятся наши разнообразные накопления.

Видаешь ли ты нашего милого Аркашу Рылова. Ему была послана моя статья 'Мастерская Куинджи', - получил ли он её. В ней мне хотелось помянуть всю нашу мастерскую и нашего незабвенного учителя Архипа Ивановича. Теперь в разных землях так мало знают даже о недавно бывшем, особенно же молодые поколения, что такие статьи прошедшие и по Прибалтике, по Европе, по Америке, напоминают о наших русских ценностях. Я счастлив тем, что пришлось много и в разных странах говорить о Родине, о сокровищах народа русского. Ты помнишь, как в декабре 1916-го года захотела ехать в Финляндию, и как потом моё воспаление лёгких нас задержало там. Вспоминаем мы Тебя и в Москве в 1926 году, и Тебя в Монголии в 1927 г. Слышали о Твоём возвратном полёте и столько раз хотели установить близкое общение. Не о том же ли самом и Ты поминаешь в своём письме. Много воды утекло с тех пор. Много новых друзей подошло. Образовались культурные общества. Вот и здесь у нас уже восемь учреждений. А что говорить обо всём мире. Может быть Ты слышал, что Х[орш] оказался жуликом. Что же делать. если в мире так много казначеев, присваивающих себе чужое. От этого не убережёшься. К тому же тот город вовсе не пуп земли и наши устремления в иных плоскостях. Кроме того, нередко враждебные действия порождают лишь новых ценных друзей. Это обстоятельство, конечно, ведомо каждому деятелю. Сейчас и в А[мерике] состоялись две новых наших культурных организаций. Особенно приятно всё, что приходит само, в самодеятельности.

Недавно мы получили из Лонд[она] сведение о моей смерти. Это уже четвёртое за последние двадцать лет. Приходится по примеру Марка Твена улыбнуться и сказать, что это сведение 'слегка преувеличено'. Вообще, если собрать все появляющиеся в печати благоглупости и мерзости, то получилась бы своеобразная летопись лжи.

Хотелось бы послать Тебе и фотографии здешних мест, сосны, деодары, дубы, снежные вершины, но жду для этого Твоих указаний. Шлём привет супруге Твоей - не знаем её имени и отчества. Вообще, напиши о Твоей жизни. Верю, что архитектурная работа всецело захватила Тебя. О Твоих успехах в архитектуре мы слышали однажды и в совершенно неожиданном месте. Порадовались, что и на таких неожиданных путях Твоё имя связывалось с большим успехом. От Вол[оди] имеем мало сведений, а когда видели его, то весьма жалели, что он попал в неподходящее окружение. Звали его с собою, но он не поехал в неподходящее окружение. Звали его с собою, но он не поехал, а потом это сделалось уже невозможным. Ты пишешь, что хорошо бы повидаться. Именно так и есть. Ты чувствуешь, что пришло к тому время, и каждая твоя мысль об этом будет приветствована.

Пиши нам прямо сюда, но повторяю, непременно заказным. В Ам[ерику] можно писать на З.Г.Л. (N.Y. Box 31, Station H) она и М.М. хорошие люди, таковыми и остаются. Школа наша, руководимая ими по-прежнему действует. Кроме прежних учреждений З.Г.Л. участвует и в одном новом учреждении, посвящённом культуре. Только что получили сведения, что и оно инкорпорировано. Но ведь всё это собирается и учреждается с тою же нашей мыслью о служении человечеству и Родине. Ты это знаешь, да и друзья тоже должны это чувствовать. Посылали мы книги и Макар[енко], не знаем, дошли ли они. Вообще, не знаем кто и где. Случайно слышали о смерти Рущица и Химоны. Слышал мельком и о Вроблевском, но о прочих ничего не знаем. Впрочем, слышали мы, что Щуко был в Музее - З.Г.Л. с ним беседовала. Сделай все установки - ведь старая дружба не ржавеет, так, по крайней мере, с нашей стороны.

Сейчас пишем Тебе, а наверху над нами стучит машина Е.И. - ещё та самая, которую вы привезли в Монголию. У Юрия сиди приезжий тиб[етский] лама. А сейчас Святослав пишет по растениеводству. Действительно, прекрасные портреты пишет Св. Было бы жаль, если всё это будет разбегаться по каким-то далёким краям. А ведь наша художественная работа не может входить сама - на всё нужно приглашение.

Итак, письмо это сначала это пойдёт на почтальоне бегунце, потом на грузовике, потом по узкоколейной горной дороге, потом по обычной желдороге доберётся до аэроплана, а там с перегрузками пусть долетит к Тебе со всеми нашими приветами и сердечными мыслями, и Тебе и супруге Твоей, и всем, кому их передашь.
Будем ждать Твои вести и среди трудов наших будем радоваться в ожидании.
Целуем Тебя крепко Н.Р.

Машинописные копии письма находятся в архивах Извары и ГМВ
________________________________________________________


7 октября 1937 г. Наггар, Кулу.
Письмо Н.К. Рериха к Рериху Б.К.

Naggar. Kulu. Penjab. Br. Jndia
7-ОКТ-37

Родной Боря,
Не знаем, дошли ли до Тебя два наших письма, но теперь хочется ещё дослать несколько строк. В 'Правде' от 21-го сент. читаем, что в Русском музее мои картины собраны в отдельном зале. Не знаю, как лучше сделать, но хочется мне послать привет устроителям. Вероятно, ты знаешь, кто именно там теперь работает, и сможешь передать им мой сердечный привет. Напиши, пожалуйста, все подробности в связи с этим залом. Что именно вошло. Со своей стороны хотелось бы добавить что-либо из последнего периода. Да и Светик хотел бы дать мой портрет. Ты, может быть, уже слышал, что в близком будущем выходит монография, в которую войдут статьи Бабенчикова, Голлербаха, Бурлюка, Всев. Н. Иванова. Кстати, не получил ли Ты статьи Всев. Иванова, которая до монографии вышла отдельной книгой. Если бы Ты написал куда лучше направить эти книги - мы были бы очень рады поступить по Твоему совету. Сведение о зале в Музее совпало с другими подобными же. В Риге расширился отдел наших картин, в Праге посвящён отдельный зал, в Музее Санта-Фе тоже отдельная группа, в Аллахабаде расширился наш зал, и тоже хотят сделать в Бенаресе и Траванкоре.

Всё это сконцентрировалось к сорокалетию окончания Академии. Получилось много трогательных знаков, а внимание русского народа сердцу моему особенно близко. Слышали мы, что прихварываешь, может быть этим объясняется и Твоё молчание. Все мы как всегда в напряжённой работе. Кроме указанных семейных обстоятельств, предполагается ещё одна большая выставка, и всё это требует много энергии. Шлём Тебе наши лучшие мысли и будем рады иметь Твою весточку (непременно заказной почтой).

Всегда в мыслях с Тобою
Ник. Рерих

Архив Музея Рерихов, Москва. (Машинопись)
_______________________________________


1942 г.

7 сентября 1942 г. Пенджаб.
Письмо Н.К. Рериха к Рериху Б.К.

7 Сент. 1942 г.
Наггар. Пенджаб. Брит. Индия
Дорогой Боря, глубоко нас обрадовало Твоё письмо - такое хорошее, устремлённое к работе во славу Родины. Много удивлялись мы, что наши письма к Тебе доходили (это мы видели по почтовым распискам), а Твоих не было, опасались, не пропадают ли, ибо почта очень трудна. Но вот утренняя почта порадовала! Да, да - всегда и везде будем рады встретиться и вместе трудиться во славу народа русского. И приехать на работу всегда готовы. И картины и писания. - словом, вся творческая работа всех нас полезна Родине и немало уже сделано за все эти годы. Кто из друзей с Тобою? Кого встречаешь?

Знаем из почтовых расписок, что жена Твоя - Татьяна, а вот отчества и не знаем. Конечно, здоровье Е.И. хрупко, но всё же держится хорошо, она так много работает, Юрий так и рвётся на работу и столько у него накоплено! Светик развернулся в мощного художника. Весь наш опыт и знания должны быть приложены к достижениям родной земли - Ты это видел из дошедших к Тебе писем.

Конечно, сейчас мы отрезаны от всех друзей и не ведаем об их судьбах.
За эти года накопилась <: > картин, посвящённых Родине - 'Богатыри проснулись', 'Александр Невский', 'Ярослав', 'Весть Тирону', 'Новая земля' (Новгород), 'Настасья Микулична' и 'Святогор' - все о самом дорогом в сознании народа.

Пошлю Тебе отдельным пакетом несколько листов дневника - вероятно, они Тебе пригодятся. Некоторые из них были напечатаны по-русски и английски.
Да, всё опытное, всё желающее трудиться, должно соединиться в дружных достижениях. Не буду утруждать цензуру длинным письмом, авось, так быстрее дойдёт.

И Вы трудитесь, и мы работаем каждодневно, каждый в своей области. Будем рады, если удастся, наладить переписку - но всё берёт такое долгое время, вот и твоё письмо шло 78 дней, а сколько наше пройдёт?!
Чуйте, как мы часто о Вас думаем и хотели бы увидаться скорее.

Сердечный привет Н. Рерих

***
Родной наш Боря, наконец-то пришла от Вас долгожданная весточка и принесла не только большую радость, но и ярое устремление к родине. Хотя мы живём в прекрасных условиях, и Гималаи стали для нас второй чудесной родиной, всё же сердце полно горения и желания оказать всякую помощь нашему страдающему народу. Н.К. и Юрий, да и мы все полны готовности послужить нашей стране в грозный, переживаемый ею час. Будем ждать, когда родина вспомнит о нас и позовёт.

Иногда мы мечтали о Вашем приезде с женой в наш чудесный край, думалось, что может быть состоится какая-либо дружественная миссия из России и Вы могли бы принять в ней участие. Всякие мечты бывали, всякие мысли на пользу родине посылались, утверждая значение её среди друзей и в тяжкое для них время.

Много жертв ещё придётся принести, но вера в силы нашего народа остаётся настолько непоколебимой, что уже стала непреложным знанием сердца. Знаем о победе!
Обнимаем Вас и Вашу супругу и полны надежд свидеться с Вами в недалёком будущем.
Оставляю место и для послания Юрия. Всего Вам самого лучшего,
сердцем с Вами, ,Е.Рерих

Дорогой дядя Боря, приветствую Вас всех. В эти грозные дни всеми мыслями с Вами. Как хотелось бы действенно послужить общему делу.
Крепко обнимаю, Твой Ю.Рерих


Крепко обнимаю Твой С. Рерих.
Очень радовались Твоему письму. Скоро, быть может, увидимся.


Рукописный отдел в Изваре
________________________


1943 г.

9 января 1943 г.
В МОСКВУ (Письмо Б.К. Рериху)

Дорогой мой Боря, с Новым, с победным годом! Так и не знаем, дошли ли до Тебя два наших письма и телеграмма? Было ещё письмо Нестерову, посланное через Тебя. За последние годы по разным обстоятельствам я писал Щусеву, Рылову, Грабарю Бродскому, Фролову, Молотову, Потёмкину, Майскому, в Академию Художеств, в Комитет по делам искусства, Председателю Верховного Совета, в Художественный Театр...

Ответы, и притом добрые, получились лишь от Бродского и от Майского. Вчера я послал Тебе новогодний номер здешнего журнала 'Новости Советского Союза'. Журнал начал выходить в Дели с Ноября и сразу был всюду встречен огромным успехом. Номера все немедленно расхватали, даже нельзя было выполнить заказы из Ирана Египта. Теперь очень трудно с бумагой, а то тираж мог бы сразу утроиться. Интерес и сочувствие везде.
#partizany#
Н.К. Рерих. Партизаны. 1943 г.

В будущем пойдёт в красках моя картина 'Партизаны' или 'Весть Тирону-воину'. Вероятно, в Дели состоится в Феврале наша выставка в пользу военногого фонда -всё пойдёт русскому воинству.
#tiron#
Н.К. Рерих. Весть Тирону-воину. 1940 г.

Каждый должен принести и средства, и знание, и труд во славу Родины.
Прекрасно говорит Алексей Толстой - недавно слушали его 'Разгневанную Россию' и 'Славу'. Воистину, Слава! Радовались и Щусеву за его радиосообщение о восстановлении 'Нового Иерусалима' и города отдыха на Истре. Велико строительство русского народа!

Представь себе, как мы сидим около радио и радуемся. Всегда мы верили в Русскую мощь, так оно и есть. А ведь сколько мне доставалось за мою русскость от Бенуа и всяких таких 'версальцев'! Не понимали они русское величие и красоту нашей Родины.

Все ли наши письма дошли? Когда получим Твой ответ? В Нью-Йорке образовалась АРКА (Амер[икано]-Рус[ская] Культур[ная] Ассоциация) -выбрали меня Почётным президентом. Много сочувствия, подошли шли хорошие деятели. Не встречал ли Ты профессора Кирхенштейна, латвийского председателя? Он написал в нашем рижским сборнике 'Мысль' в 1939 году отличную статью о русской агрокультуре, судя по радио, он сейчас в Москве.
Сердечный привет от всех нас Вам и всем друзьям.

9 Января 1943 г.
Рерих Н.К. "Из литературного наследии". М., 1974 г.
______________________________________________


28 марта 1943 г.
МОСКВА
(Письмо Н.К. Рериха к Рериху Б.К.)

Родной Боря, сегодня у нас большая радость - пришло Твоё доброе письмо от 8 Декабря. Итак, Ты действуешь во благо, на пользу народов Союза. Рад, что мои записные листы Вам по душе. Сделай с ними так, как лучше - на месте виднее. Конечно, покуда есть сила, хотелось бы приложить её на пользу родной земли, Знание, опытность, любовь к славной Родине - всё это надо дать туда, где будет особенно полезно. Все мы трудимся с единою целью - во благо народа. Жалко, нет фото с последних картин - Вам они были бы близки. Хлопочем устроить нашу выставку в пользу Русского Красного Креста. Святослав сейчас в поездке с этой целью. Хотел я с этой же целью издать книгу "От Гималаев", "Фром Химават", но сейчас трудно с бумагою.
Ещё две картины пошли на военный фонд. Думаем о лотерее.

Картина "Победитель" даёт богатыря, поразившего огромного змея, - на фоне очертания Белухи, "Мстислав Удалой" поборает косогожского богатыря Редедю.

Юрий стремится к делу - ведь у него столько незаменимых знаний и способностей. Невозможно, чтобы они оставались без приложения. И не в одной восточной науке, но и в воинском деле, и в исторической литературе он знает так много, а уж Родину как любит!

Святослав развернулся в славного художника. Ты прав, какие бы портреты он мог написать! Сообщай нам всё, что Тебе удастся сделать - чем скорей, тем лучше. Не была ли Татьяна Григорьевна на наших курсах? Не встречали Вы её? Как ладно, что Вы оба работаете в одном строительном деле. Ведь какая стройка предстоит! Радио сообщало, что Фролов сложил какую-то мозаику по моему эскизу. Видаешь ли его? Слушаем радио Щусева, Толстого, Эренбурга - точно с Вами говорим. Привет им.

Здоровье Е.И. довольно хорошо. Много она работает - пишет, переводит - всё это на пользу. Всюду всё необычное, вот у нас вчера снег выпал - никогда такого в конце марта не бывало. Горы кругом стоят белые-пребелые! Самоцветы!

Как хочется знать о Вашей жизни, а письма идут так медленно - ведь это Твоё письмо шло сто десять дней. Итак, действуй, будем ждать Твои добрые вести, Елена Ивановна и все мы шлём Вам наши сердечные приветы. Передай мои приветы все друзьям.
Привет! Привет! Привет!

28 Марта 1943 г.
Н.К. Рерих 'Листы дневника', т.3. М., 1996 г. (Из архива МЦР)
______________________________________________________


3 июля 1943 г.
Письмо Н.К. Рериха к Рериху Б.К.

3 июля 1943 г.
Дорогие Боря и Т.Г., последнее письмо было от Вас от 8 Декабря. Дошло оно к нам в Марте и мы сейчас же ответили. За это время послали журнал, записные листы, письмо и письмо для М. Нестерова. Дошли ли эти вести? Не пропала ли в пути и Ваша весточка? Большая радость - каждое Ваше письмо. Трудимся во славу Родины.
Шлём Вам наши лучшие мысли.
Сердечно Н. Рерих.

Архивный отдел в Изваре.
___________________________


БОРИС

Дорогая Татьяна Григорьевна! Грустную весть сообщили Вы нам. Печально и за милого, любимого Борю и за него как отличного деятеля-строителя. Мало кто остаётся из этой хорошей группы. И Боря и я ещё так недавно мечтали опять поработать вместе, и вот судьба решила иначе.

Сохраните все памятки и сообщите нам в случае переезда. К сожалению, почта очень медленна, а телеграмма Ваша дошла с большим опозданием. Когда будете писать, лучше пошлите копию и на имя Зинаиды Григорьевны - кто знает, которая весточка скорее дойдёт. Так хочется нам знать все подробности болезни и всех обстоятельств.

Последнее письмо Борино было от 8 Декабря 1942-го, и оно предполагало скорое продолжение (он шёл в Комитет по делам искусств). С тех пор все вести прервались - словно бы что-то случилось. Между тем 24 Апреля 1944-го Грабарь прислал хорошее письмо через наше посольство в Вашингтоне. Затем ВОКС писал Зинаиде Григорьевне о том, что московские художники пишут мне коллективное письмо. Может быть, оно в пути или пропало - так трудны сообщения. Но всё же письма от ВОКС сравнительно быстро доходят до Зинаиды Григорьевны - значит, та линия как будто благополучнее. Потому и это письмо посылаю Вам и прямо и через Зинаиду Григорьевну.

Вы чуете, как нам хочется знать всё касаемое Бори, его работ, его болезни. И Елена Ивановна, и Юрий, и Святослав всегда так любили Борю и ждут Ваших сведений. Что Щусев? Что Бабенчиков? Кто был близок Боре? Неужели голодовки отозвались на болезни мозга? Или как-то иначе зародилось заболевание? Теперь и болезни-то особенные. Обо всём, что вместится в письмо, напишите. Хоть и долго пойдёт оно, но всё же будем уверены, что оно где-то плывет. Шлём Вам наши сердечные мысли и будем ждать. Искренно с Вами.

17 мая 1945 г.
Н.К. Рерих, "Россия". М. МЦР, 1992 г.
_______________________________


В МОСКВУ

Дорогая Татьяна Григорьевна,
Ваше сердечное "воздушное" письмо от 1 Марта долетело быстро, уже 27 Марта. Первая столь быстрая весть из Москвы. Читали и перечитывали, радовались и печаловались с Вами. Трудно сейчас всюду, где в одном, где в другом. Как звали того мудрого врача, учившего Вас радость нести безрадостным людям? Великий светоч - радость. Не всегда удаётся зажечь её, но несение радости есть истинная мудрость. Близки Вы нам в трудах, в переживаниях Ваших. Не надорвитесь, поберегите себя на радость другим. Можно ли целые ночи напролёт трудиться, ведь Вы были так опасно больны. И чем только Ваш мудрый врач выходил Вас?

Огромны нынешние медицинские достижения. ТАСС прислал нам прекрасную книгу А.Поповского "Вдохновенные искатели", про Павловского и Вишневского. Какие герои на пользу человечества! Героизм, самопожертвование вознесёт нашу Родину. Чуяли ли Павловский и Вишневский, какие добрые стрелы летели к ним с Гималаев? Не забыл ли Павловский о двух книгах акад[емика] Козина, которые он обещал прислать для Юрия? Впрочем, такие люди, как Павловский, не забывают. Чем больше занят деятель, тем острее память. Чего торопились гости отлетать, - заехали бы к нам. Вот бы мы были рады! Хорошо бы достать ещё экземпляр "Вдохновенных искателей", ибо наш мы должны вернуть ТАССу.

Не знали мы о семейных бедствиях Щусева. Жалеем его, чтим его труды во славу Родины. По газетным статьям удивляемся, как сохранилось его творчество и как много он преуспевает. Вот и Грабарь славно преуспел и много добра принёс Русской Культуре. Сейчас он налаживает несколько экспедиций, и всюду потребуется его опытный глаз. От Бабенчикова пришла телеграмма, он сообщает о давно посланном письме. Не дошло оно, пропало.
Очень жалеем, - скажите ему наш сердечный привет. Его давняя статья обошла несколько журналов и в Индии и в Америке. Хороший, чуткий человек.

Когда Вас запрашивал Комитет по делам искусств? На всякий случай, посылаю Вам список статьи, бывшей в рижском журнале "Мысль", 1939. Это был хороший журнал, способствовавший возвращению Латвии в лоно Союза.
Кирхенштейн там писал. В статье отмечен и памятный нам Декабрь 1916-го.
Кто мог думать, что наш отъезд в Сердоболь послужит началом странствий по всем частям света! И везде-то благовестили о нашей любимой Родине, о всей Всесоюзной семье народов-героев. А сколько благовестей летело с Гималаев!

Да, Вы правы, скоро забыли некие союзники о всех жертвах, о всём героизме наших народов. Диву даёмся, какая куцая и бесчеловечная память бывает у своекорыстных людей. Очень страдает от враждебных наскоков наша АРКА (Американо-Русская Культурная Ассоциация) в Нью-Йорке. Она несёт по Америке добрую весть о русских достижениях, а в ответ получает грубый рёв. Конечно, и "это пройдёт" (по словам Соломона), и наши народы опять восторжествуют, но всё же обидна явная несправедливость.
Русофобия в Америке доходит до того, что музей в Канзас-Сити выбросил на аукцион весь русский отдел. Куда же дальше? Культура, где ты?

По газетам, наверно, знаете о волнениях в Индии. Сколько бедствий, разрушений и нового горя! В наши горы ещё не дошло. Какое мирное, красивое наше нагорье. Сейчас плодовые деревья залиты цветом, а на горах снега.

Если не пишете, будем знать, что сердечно Вы с нами, а каждой весточке порадуемся. Письмо из Москвы! Письмо от друга, душевного человека!
Поберегите себя. Елена Ивановна шлёт Вам сердечнейший привет, - трогательна надпись на баснях Крылова. Многие басни можно припомнить. Светику пошлем список письма Вашего. Юрий шлёт Вам лучшие мысли.
По древнему и всегда новому обычаю:
"Радоваться Вам!"

28 марта 1947 г.
Рерих Н. К. 'Листы дневника', т. 3. М., 1996.
______________________________________